– Ты вампир, – сказала она и потянулась к кресту на шее у Айви.
Айви отпрыгнула с ошеломительной быстротой, глаза у нее блеснули черным.
– Тихо, тихо! – Я шагнула между ними, готовая ко всему. – Успокойся, Айви. Она тысячу лет просидела в безвременье. Может, она в первый раз видит живого вампира. Она, наверное, внутриземелец, но слишком пахнет безвременьем, чтобы Дженкс мог определить, кто именно. – Я помедлила, сигнализируя ей глазами, что Кери эльф, а значит, в области магии – бомба без присмотра.
У Айви зрачки расширились почти до максимума, глаза стали вампирски-черные. Поза у нее была агрессивная и сексуально-заряженная, но жажду крови она только что утолила, а потому могла услышать. Я быстро глянула на Кери и обрадовалась, что ей хватило ума не шевелиться.
– Все нормально? – спросила я, давая понять обеим, что надо сбавить обороты.
Поджав тонкие губы, Айви повернулась к нам спиной. Дженкс шлепнулся мне на плечо.
– Красиво, – оценил он. – Всех стерв построила.
– Дженкс! – зашипела я, помня, что Айви все слышит.
У нее пальцы на стакане побелели. Я стряхнула пикси прочь, и он со смехом поднялся в воздух и снова приземлился мне на плечо.
Кери стояла, спокойно опустив руки, глядя, как все больше напрягается Айви.
– У-уу, – пропел Дженкс. – Твоя новая подружка щас что-то отмочит.
– Э-э, Кери? – спросила я с колотящимся сердцем. Женщина подошла к Айви, явно требуя ее внимания. Айви повернулась, бледная отеле сдерживаемой злости.
– Что? – спросила она без интонаций.
Кери царственно подняла голову, не встречаясь зелеными глазами с медленно принимающими карий цвет глазами Айви.
– Приношу извинения, – сказала она высоким чистым голосом, тщательно выговаривая каждый звук. – Я тебя оскорбила.
Ее взгляд переместился на драгоценное распятие, висящее на серебряной цепочке на шее Айви.
– Ты воин-вампир, и все же можешь носить крест?
Рука Кери дрогнула, и я поняла, что ей хочется потрогать крест. Айви тоже поняла. Вмешиваться было нельзя. Я смотрела, как Айви повернулась к ней лицом. Выставив бедро, она обмела Кери очень внимательным взглядом, отмечая следы слез на лице и роскошное бальное платье, и босые ноги, и ее очевидную гордость, и прямую спину. Я затаила дыхание, а Айви потащила с себя крест, цепочкой перекинув волосы себе налицо.
– Я живой вампир, – пояснила она, вкладывая религиозный символ в руку эльфийки. – Родилась с вирусом вампиризма и крови. Ты знаешь, что такое вирусы?
Пальцы Кери ласкали чеканное серебро.
– Мой демон разрешал мне читать, что пожелаю. Вирус убил моих родичей. Не вирус вампиризма. Какой-то другой.
Айви стрельнула в меня глазами и снова посмотрела на тоненькую женщину, стоявшую на полшага слишком близко к ней.
– Вирус изменил меня, когда я формировалась в материнской утробе, превратив во что-то среднее. Я могу выходить на солнце и молиться. – Потихоньку отодвинувшись на шаг, она добавила: – Я сильнее тебя, но не такая сильная, как настоящие нам пиры. И у меня есть душа.
Последнюю фразу она сказала так, словно ждала, что Кери станет возражать. Лицо у Кери опять утратило выражение:
– Ты ее потеряешь.
У Айви дернулись веки.
– Знаю.
Я задерживала дыхание, слыша тиканье часов и едва различимый гул крыльев пикси. Глядя очень серьезно, Кери протянула распятие Айви.
– Прости. Это все ад, из которого меня спасла Рэйчел Мариана Морган.
Айви смотрела на крест в руке Кери с бесстрастным лицом:
– Я надеюсь, что она и меня спасет.
Меня перекосило. Рассудок Айви держался на убеждении, что какой-нибудь колдовской ритуал сумеет освободить ее от вируса вампиризма, что главное – найти нужное заклинание, и она сможет избавиться от крови и насилия. Только заклинания не существовало. Я думала, что Кери ей скажет что-то вроде: «Для всех возможно спасение», но она только кивнула, рассыпав тонкие волосы:
– Надеюсь, ей удастся.
– Я тоже надеюсь. – Айви глянула на распятие в протянутой руке Керн. – Оставь его себе. Мне крест уже не помогает.
У меня рот открылся от удивления. Дженкс уселся мне на серьгу, а Кери повесила крест себе на шею. Изящное серебряное распятие удивительно хорошо подошло к роскошному пурпуру и зелени вечернего платья.
– Айви… – попыталась заговорить я и вздрогнула, когда на меня глянули сузившиеся глаза Айви.
– Он не помогает, – сдавленным голосом сказала моя подруга. – Ей он нужен. Я его ей отдаю.
Кери выпрямилась, явно обретя утешение в кусочке серебра.
– Спасибо,. – прошептала она. Айви нахмурилась:
– Еще раз тронешь что-нибудь у меня на столе, и я тебе все пальцы переломаю»…
Кери так спокойно приняла угрозу, что я удивилась. Она наверняка имела раньше дело с вампирами. Интересно где: вампиры неспособны манипулировать лей-линиями, и фамилиары из них поэтому хреновые.
– Чаю? – предложила я, мечтая заняться чем-нибудь нормальным.
Готовить чай для меня не нормально, но хоть с виду похоже на норму. ЧАйвик закипел, и пока я рылась в шкафу в поисках кружки, которую не стыдно дать гостю, Дженкс выпендривался, раскачиваясь на моей серьге словно на качелях. Его потомки залетали в кухню по двое-трое – Айви назло, – привлеченные нашей новой гостьей. Они так и кружили над эльфийкой, и ближе всех – Джи.
Айви с воинственным видом встала перед компьютером, и после секундного колебания Кери села на самый дальний от нее стул. Она водила пальцами по цепочке с крестом и казалась до ужаса одинокой. Обыскивая шкафы на предмет пакетиков чая, я думала, куда мне ее девать. Еще одна соседка не придется Айви по вкусу.
С демонстративно громким стуком Айви переставила ручки в своей карандашнице, как было.
– О, нашла! – с облегчением воскликнула я, обнаружив завалявшийся пакетик.
Дженкс меня бросил, чтобы понадоедать Айви, когда я начала наливать кипяток в кружку, и поваливший пар согнал его с серьги.
– Держи, Кери, – сказала я, отгоняя от нее пиксенят и ставя кружку на стол. – Хочешь что-нибудь к чаю?
Она посмотрела на чашку, словно видела чай впервые в жизни. Подняв брови, она покачала головой. Я не могла понять, что м сделала не так: женщина готова была расплакаться.
– Что-то не так? – спросила я, но она покачала головой. Тонкая рука дрожала, когда она взяла чашку.
Дженкс с Айви смотрели на нее во все глаза.
– Не хочешь сахара или еще чего?
Она опять покачала головой и поднесла чашку к губам; тонкий подбородок задрожал.
Нахмурившись, я пошла к холодильнику за молотым кофе. Айви взялась помыть кофейник. Нагнувшись ко мне поближе, она пустила воду, чтобы заглушить слова, и пробормотала:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
