Кто-то вошел в палатку. Рейш отступил в тень; огонь костра осветил лицо вошедшего: Траз Онмале. Он казался мрачным и подавленным.
— Рейш Вадуз, где ты?
Адам вышел из тени. Траз Онмале посмотрел на него и грустно покачал головой.
— С тех пор как ты появился у нас, все пошло не так, как надо. Раздоры, ненависть, смерть. Разведчики приносят вести о том, что степь безлюдна. Эмблема Пилуны опозорена. Колдуны гневаются на Онмале. Кто ты? Почему ты принес нам столько горя?
— Я уже сказал тебе, кто я. Человек с планеты Земля.
— Это ересь, — нерешительно возразил Траз Онмале. — Люди — порождение луны Аз. По крайней мере, так говорят колдуны.
Немного подумав, Рейш произнес:
— Если люди несогласны друг с другом, значит, кто-то из них не прав. Сейчас правда на моей стороне. Мне не нравятся ваши обычаи. Племенем управляют колдуны, которые...
— Нет! — решительно сказал юноша. — Племенем правит Онмале. Я — носитель этой эмблемы; она говорит моими устами.
— Не совсем так. Власть колдунов сильнее; они все делают по-своему.
— Чего ты хочешь? Погубить нас?
— Конечно нет. Я никому не желаю зла. Я только хочу выжить и защищаюсь, если потребуется.
Юноша тяжело вздохнул.
— Не знаю, что и думать. Или ты не прав, или колдуны лгут нам.
— Они лгут. История человечества на Земле насчитывает десять тысяч лет.
Траз Онмале засмеялся.
— Однажды, еще до того, как я стал носителем Онмале, наше племя попало в развалины древнего Карцегуса, и мы захватили в плен Прислужника Пнумов. Колдуны пытали его, чтобы выведать что-нибудь о его хозяевах, но он только проклинал каждую минуту из пятидесяти пяти тысяч лет, которые люди прожили на Тчаи. Пятьдесят пять тысяч против твоих десяти тысяч... Все это очень странно.
— Действительно, все это очень странно.
Траз Онмале поднялся, посмотрел вверх на гонимое ветром рваное одеяло облаков, мчащихся по ночному небу.
— Я наблюдал за лунами, — произнес он ломким, почти мальчишеским голосом, — и колдуны тоже. Плохие предзнаменования; я думаю, скоро луны сойдутся. Если Аз будет сверху, все останется попрежнему. Если Браз затенит Аз, кто-нибудь другой станет носителем эмблемы Онмале.
— А ты?
— Я должен буду отнести на небеса мудрость Онмале.
С этими словами Траз Онмале покинул палатку.
Буря бушевала в степи до утра, весь следующий день и еще одну ночь. Через двое суток на ясном, словно выметенном ветром, небе взошло солнце. Как обычно, из лагеря выехали разведчики, но уже в полдень возвратились, необычно взволнованные. В лагере закипела работа. С повозок сняли брезент, разобрали палатки и увязали их в тюки. Женщины грузили скарб на повозки, воины натирали маслом коней-прыгунков, скребущих землю пятипалыми лапами, набрасывали на них седла, привязывали поводья к чувствительному выступу на морде, напоминавшему короткий хобот. Рейш подошел к Тразу Онмале.
— Что случилось?
— Наконец-то разведчики выследили караван с востока. Мы нападем на него у реки Айоба. Как носитель эмблемы Вадуз, ты можешь отправиться с нами и получить часть добычи.
Он приказал подать Рейшу коня. Стараясь не выказать страха, он взобрался на спину животного, от которого исходил резкий неприятный запах. Конь-прыгунок вздрогнул, почувствовав незнакомого наездника, и задрал шишкообразный хвост. Рейш ухватился за поводья, конь немного присел и пустился в степь прыжками, а Рейш изо всех сил старался удержаться в седле. Сзади донесся хохот, гиканье и насмешливые возгласы опытных наездников, издевающихся над мучениями новичка.
Наконец Рейшу удалось успокоить коня, и он быстро вернулся в лагерь. Через несколько минут группа всадников понеслась на северо-восток. Черные длинноногие твари скакали, покрывшись пеной, воины наклонялись вперед на плоских седлах, высоко подняв колени, наушники их шлемов развевались, и Рейша невольно охватило унаследованное от далеких предков упоение бешеной скачкой.
Около часа люди Эмблемы продвигались по степи, стараясь быстрее пересечь открытые пространства. Волнистые холмы постепенно становились ниже, перед ними простиралась обширная равнина, лежащая в тени холмов. Воины остановили коней на одной из вершин, указывая в разные стороны. Траз Онмале отдавал приказания. Подъехав к нему поближе, Рейш прислушался.
— ...по следу на юг, к броду. Мы будем ждать у Птичьих Гнезд. Иланты сначала перейдут реку, потом пошлют разведчиков к лесу Зед и Белому холму. А мы нападем на них с центра и захватим повозки с товарами. Все ясно? Тогда вперед!
Люди Эмблемы устремились вниз по длинному пологому склону, к далекому ряду высоких деревьев и группе одиноких утесов, возвышающихся над рекой Айоба. Воины затаились в самой чаще леса.
Время шло. Издалека донесся еле слышный рокот колес и появился караван. Впереди, за несколько сот ярдов от каравана, ехали три могучих желтокожих воина в черных шлемах, увенчанных человеческими черепами с отрубленной нижней челюстью. Они ехали на животных, напоминающих коней-прыгунков, но выше ростом и не таких диких; у седла висели мечи, на поясе у каждого — короткие сабли, а на коленях — ружья.
Дальше все пошло не так, как задумали люди Эмблемы. Иланты не стали перебираться через реку; они стояли, охраняя караван. На берег с грохотом выехали моторные повозки на шестифутовых колесах, доверху нагруженные тюками, пакетами и клетками, в которых, скрючившись, сидели люди — мужчины и женщины.
Предводитель каравана принял все мыслимые меры предосторожности. Перед переправой, чтобы обезопасить подступы, он установил повозки с пушками, затем направил воинов-илантов разведать противоположный берег.
В Птичьих Гнездах воины-круши с пеной у рта проклинали судьбу.
— Такое богатство! Столько добра! Шестьдесят повозок! Но если мы нападем, нас сразу всех перебьют.
— Один только залп — и всем нам конец.
— И зачем мы сидели целых три месяца у этих холмов Валграма? Что за проклятая судьба!
— Одни плохие приметы! Вчера ночью я видел, как благословенная луна Аз с трудом пробиралась сквозь облака — дурное предзнаменование.
— Все пропало, кругом сплошные неудачи! Мы попали под власть проклятой луны Браз!
— Луны Браз или козней этого черноволосого колдуна, того, кто погубил Джеда Пилуну.
— Верно! Он явился, чтобы расстроить наш набег! Раньше такого никогда не случалось!
Все больше мрачных взглядов обращалось на Рейша; он делал вид, что ничего не замечает.
Предводитель отряда стал советоваться с воинами.
— Думаю, ничего у нас не выйдет, — сказал он. — Мы только погубим людей, а эмблемы наши утонут в реке.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
