Затем внимание Райана обратилось на капитан-лейтенанта Легуена. Он поступил в академию из Аугусты, штат Джорджия. После окончания он долго служил в качестве младшего морского офицера. Имел дополнительную подготовку в области торпедного оружия и подводной гидролокации. В ноябре 1941 года он закончил командно-штабные курсы при Военно-морском Колледже и служил в Управлении Командующего Морскими Операциями. Легуен был также признан сильным кандидатом на придумывание и использование неортодоксальных правил боя в тактике судов-ловушек.
Но одно дело знание инструментов своего ремесла, а совсем другое хитрость и воля при использовании их. Как обстоит дело с темпераментом этих офицеров? Райан обратился к их характеристикам оценки качеств и подготовки. Он искал такие слова, как «безрассудство», «наглость», «глупость» и не находил их. Не ожидал он обнаружить такие прилагательные, как «смелый», «доблестный», «дерзкий», поскольку они используются только применительно к чрезвычайным обстоятельствам, Райану нужны были практики, и он искал фразы типа: «применяет здравый смысл», «в стрессовых ситуациях ведет себя достойно», «исключительно хорошо проявил себя во время боевых учений», «сильный лидер», а также слова, как «надежный», «настойчивый», «решительный». Ему были нужны смелые и отчаянные люди, способные на героизм, отвагу и бесстрашие. Ему не нужны были люди безответственные. Просмотрев дела остальных возможных кандидатов, Райан согласился на Хикса и Легуена.
Почти такую же важность имел подбор старших офицеров, по рангу следующих за командиром. Мак-Колл передал Райану два личных дела. Одно лейтенанта Леонарда Винсента Даффи, окончившего академию в 1929 году, и второе — лейтенанта Лоуренса Роберта Нэвилла, выпуска 1933 года.
Даффи, которому исполнилось 35 лет, служил на новом линкоре «Вашингтон», на котором заканчивалась подготовка к предстоящему отбытию в Англию. Прежде он служил на эсминцах и крейсерах и был командиром корабля «Нэйпа» (АТ32)[48] в азиатском флоте. Он также проходил шестимесячное обучение на Морской Торпедной Станции в Ньюпорте, Род-Айленд. Нэвиллу было тридцать лет, он служил на корабле «Эшвилл» (PG21), канонерской лодке прибрежного плавания, находившейся в Китае, затем в артиллерийском подразделении на линейном корабле «Арканзас» (ВВ33) в североатлантических водах. Оба офицера успешно делали карьеру и имели исключительно высокие оценки уровня подготовки.
Райан порадовался проведенному Мак-Коллом отбору кандидатов и попросил личные дела на остававшиеся три ключевые офицерские должности по каждому кораблю. На посты начальников артиллерии были предложены Генри Карл Шванер-младший, выпускник академии 1936 года, и Дэниэл Бернард Деккелмэн, окончивший академию в 1937 году. Оба имели подготовку в артиллерийском деле и служили в артиллерийских подразделениях тяжелых крейсеров. У каждого уровень подготовки оценивался высшими баллами и похвалами за успехи в овладении артиллерийским делом, в стрельбах и морском деле. Им обоим было по 29 лет и они оба были женаты.
Мак-Колл подыскивал офицеров-механиков, которые смогли бы управиться со старинными паровыми машинами тройного расширения и котлами, и поддерживать в рабочем состоянии все прочее старое оборудование. Технически это были системы несложные, но очень старые и изношенные. Существовало два источника заполучить офицеров с подобной квалификацией: «мустанги» и Корпус Резерва Коммерческого флота. «Мустанги» — старшины, находящиеся на службе или в резерве, которых отбирали для службы на более высокой должности. К таким младшим офицерам относился Ги Браун Рэй, отобранный из рядов помощников машиниста и уоррент-офицеров, и в ноябре 1941 года ему был присвоен чин мичмана. Ранее он служил на военно-морской верфи в Портсмуте. Мак-Колл сказал Райану, что в этом имеется некоторое преимущество, поскольку переоборудование кораблей будет производиться на ней, а он там все знает, и это поможет работе.
В данное время он служил в морской верфи в Бруклине, Нью-Йорк.
Вторым офицером-механиком был лейтенант Гарольд Джеймс Беккет, механик из Корпуса Резерва Коммерческого флота, призванный на службу в июле 1940 года, и теперь служил вместе с Хиксом на «Сильфе».
Мичманы Джон Лукович и Эдвин Мэдисон Леонард были морскими офицерами-резервистами, призванными на службу. Лукович окончил городской колледж в Нью-Йорке. Леонард имел степень бакалавра в университете Южной Каролины и степень по юриспруденции в универститете Вирджинии. Оба мичмана посещали Школу мичманского резерва на корабле «Прери Стейт» и получили дополнительную подготовку в области связи. После этого Лукович служил в штабе Командующего Третьим Морским Районом, по адресу 90, Черч-стрит, Нью-Йорк Сити, в то время как Леонард был направлен на линкор «Вашингтон» для прохождения службы в подразделении связи. Луковичу было 24 года, Леонарду — 23. Райан отметил, что вчерашний день был днем рождения Леонарда, и высказал надежду, что ему доведется встретить и 24-й. Они оба были холостяками и готовы к немедленной отправке на корабли в Портсмут. В отношении «Орла» решили оставить на нем его прежнюю команду.
Райана предложенные кандидаты вполне устроили, и он попросил Мак-Колла распределить отобранных офицеров по кораблям, т. е. на «Эстерион» и на «Этик». Мак-Колл выполнил это распределение, за исключением двоих офицеров-снабженцев. Он предложил на «Этик» командиром Хикса, старшим офицером — Даффи, Деккелмэна — старшим артиллерийским офицером, Беккета старшим механиком, Леонарда — офицером связи.
Хикс и Беккет вместе служили на «Сильфе», а Даффи и Леонард могли знать друг друга по службе на «Вашингтоне», по этой причине Мак-Колл свел их вместе. На «Эстерион» были предложены Легуеи, Нэвилл, Шванер, Рэй и Лукович. Райан согласился и попросил Мак-Колла продолжить распределение людей с учетом возможности внесения последних изменений. Но прежде, чем выпустить приказ, Райан решил встретиться с Легуеном и Хиксом.
Приближался полдень четверга 22 января. Райан вернулся в свой офис и позвонил в Охрану Восточной Морской Границы, чтобы переговорить с начальником штаба. Он говорил с капитаном 3 ранга Сиднеем С. Бантингом, помощником начальника штаба и флаг-офицером, и спросил, мог бы капитан-лейтенант Хикс с «Сильфа» прибыть на один день в Вашингтон. Сверившись с оперативным распорядком плавания «Сильфа», Бантинг ответил, что это можно организовать. Встречу назначили на 13:00 на следующий день, пятницу 23 января.
Затем Райан занялся поисками Легуена в Управлении Морскими операциями: несколько телефонных звонков позволили ему решить этот вопрос. В 13:30 капитан 3 ранга Райан был уже в кабинете адмирала Фарбера с кратким 5-минутным докладом о ходе выполнения Проекта LQ. Фарбер сказал, что проинформирует адмирала Хорна и предложил Райану продолжать работу в том же духе.
В 15:00 капитан-лейтенант Легуен вошел в конференц-зал. Райан перед этим посетил службу безопасности, где посмотрел на фотопортрет Легуена и проверил его допуск к совершенно секретным делам. Через девять лет с той поры Легуен с живостью вспоминал ту встречу с Райаном и то, как произошло его знакомство с Проектом LQ: Райан начал с того, что сообщил Легуену о перспективе назначения его командиром корабля, который должен выполнять секретную операцию. «Но, — продолжал Райан, — окончательное решение о назначении будет принято только после согласия Легуена, и адмирал Хорн одобрит его назначение». Затем Райан пояснил задачу проекта и назначение корабля, особенно отметив, что все, что относится к проекту, включая настоящую встречу, является секретным.[49]
Легуен вспоминал, что сидел молча, внимательно вслушиваясь в каждое слово. Райан отметил, что эта служба расценивается, как крайне опасная и что Легуен приглашается на нее на добровольных началах. Райан сделал паузу, затем продолжил более подробный рассказ о плане действий нескольких кораблей-приманок подводных лодок — судов-ловушек, вооруженных торговых судов, но замаскированных, у которых вооружение, состоящее из 4-дюймовых орудий, глубинных бомб, бомбосбрасывателей и гидроакустического оборудования, внешне не просматривается. Здесь Райан снова сделал паузу, давая собеседнику возможность подумать. Легуен задал несколько вопросов: каковы размеры корабля? Какова скорость хода? Каков личный состав? Будет ли он вооружен торпедами и торпедными аппаратами? Райан ответил: 3600 тонн; 11 узлов; адекватно отобранный офицерский состав и команда; торпедного оружия нет. Легуен спросил еще, будут ли у него развязаны руки в смысле ведения боевой деятельности, поскольку тактике судов-ловушек в Морской академии или в военном колледже не учат. Райан ответил, что выбор того, как именно вести боевую деятельность, является прерогативой командира.
