В общем, сидим мы смотрим бег, так как из участников я никого не знал, я выбрал фаворита, того черного парня в желтых шортах и майке, номер его, вроде как, был «63». Как бы это по-расистски не звучало, но в тот момент я думал, что если парень черный, то он должен очень хорошо бегать. Мой фаворит должен был отличаться от того, кого выбрал отец, я спросил у него кого он выбрал, а он ответил мне с улыбкой, ну с той, как он может, он вообще редко улыбался:
– Я выбрал не того, кого выбрал ты, – он еще немного подмигнул, ну тоже так, как у него это получалось.
Первый забег был на стометровую дистанцию. И, знаете, что? Мой парень победил. Да, он просто порвал там всех. Далее были забеги на более длинные дистанции, и там мой парень всех рвал, я за него так болел, пока он бежал. Я постоянно кричал:
– Шестьдесят три! Шестьдесят три! Да, сделай их, ты самый крутой! Беги!!
Я так кричал, что почти сорвал горло. И вот соревнования подходят к концу, все награждают победителя, становится уже прохладно, мы с отцом собираемся уходить и, вдруг, ко мне подходит этот парень, черт побери, этот номер «63». Тот, за кого я так болел, тот, кто стал моим фаворитом хотя бы на время. Он молча подошел, пожал мне руку и протянул другую руку, в которой была зажата олимпийка, та самая, в которой он выходил вначале соревнований. Я стоял, как истукан, немного в шоке, он развернулся и ушел. А я даже спасибо ему не сказал. Я потом долго думал о том, чтобы найти этого парня и сказать ему спасибо, но как-то все оставалось только на уровне мысли.
Да, на мне была та самая олимпийка в тот момент. Кстати, я не сказал, что в школе я не смог ее носить, она оказалась мне велика почти на пару размеров, так что я смог ее надеть только в колледже.
– Вот он этот магазин, нам сюда! – взяв за руку Алиса потащила меня в магазин на углу. Это был вполне себе обычный парфюмерный магазин. Он был из тех, в который ты заходишь, а прямо на тебя громадное облако из запахов движется. Твой нос перестает на время ощущать разницу запахов, ты просто чувствуешь это облако и не можешь понять, сладкий это запах или горький, либо еще чем-то пахнет. Меня всегда забавляли работники этих магазинов, я бы на их месте надевал прищепку на нос, дабы не слышать этих запахов.
Алиса отпустила мою руку и побежала к стеллажу, где было написано «Channel», возле стеллажа толпились девушки, видимо, все те, кто так же узнал о том, что завезли новый аромат «Channel». Они стояли и что-то обсуждали, делились мнениями и впечатлениями от запахов. Я слабо улыбнулся и пошел бродить по магазину в одиночестве. Я сделал такой вид будто ищу что-то конкретное. Я начал важно вышагивать будто был постоянным ходоком по таким заведениям.
В один момент на своем пути я увидел зеркало, и сразу же мысли о том отражении из магазина и из коридора общежития посетили мою голову. Я целенаправленно выдвинулся к зеркалу и встал перед ним. Отражение было обычным, оно повторяло каждое движение, что я делал, я поднял руку, оно подняло руку, я моргнул, оно моргнуло, я отошел от зеркала, отражение тоже исчезло. Я вел себя так, как вел бы первобытный человек увидев перед собой зеркало.
Обернувшись назад я заметил, что никого в этом отделе магазина нет, в соседнем отделе периодически мелькали продавцы и их клиенты, они там что-то ходили выбирали, другие им советовали, в общем классическая работа магазина и, вдруг, снова этот звук, звук глухого удара по стеклу, я обернулся и увидел на уровне своего лица такую же отметину от удара, как и в том магазине. Снова дрожь прошла по моему телу, сердце начало колотиться сильнее, пот выступил на моем лбу, и я почувствовал, как от кончиков пальцев на ногах меня начинала наполнять злость, неимоверная злость, мне начало казаться, что я готов на все, что угодно, мне казалось, что каждый флакон с духами хочет меня оскорбить или обозвать, я сильно захотел что-нибудь разбить. Да! Черт возьми, я хотел ударить, разбить, убить, задушить! Но чувствовал, как мой организм этому сопротивляется. И снова это отражение, оно не соответствовало тому, что я делал. Он смотрел на меня, сверлил взглядом, начал снова тыкать в меня пальцем и говорить внутри моей головы шепотом:
– Ну как тебе? На твоем месте должен быть я!
Я ничего не мог с собой поделать, я пытался ему ответить, но эта злость уже раздирала большую часть моего тела.
– Придет время, и ты полностью станешь мной, ты должен ощутить себя настоящего, я – есть ты настоящий, ты не сможешь это побороть, это есть твоя природа. Никакая химия, никакие люди не смогут этому помешать!
Голос все так же звучал у меня в голове, его взгляд сверлил меня, а губы его двигались очень спокойно, без криков, без злости, губы его двигались как-то по-доброму, но глаза…
– Ну все, я выбрала, – справа от меня прозвучал звонкий голосок, – меня немного отпустило, и я начал успокаиваться, отражение в зеркале стало мной, – боже, ты весь горишь, у тебя жар, Том, – она, как заботливая мама поднесла обратную сторону ладони к моему лбу, потом достала платок и вытерла пот с моего лба.
– Все в порядке, пойдем, Алис, а то мне тут как-то жарко, – я взял под руку Алису, и мы в спешке покинули магазин. Когда мы отошли немного от магазина, она остановилась, достала из сумочки свежеприобретенный флакон духов и прыснула немного себе на шею. Вы бы видели эту идеальную шею, ее изгибы. По бокам шею прикрывали пышные локоны волос, которые падали на плечи и спускались немного ниже. Шея просто была прекрасна, тут даже и описывать нечего.
– Понюхай, – сказала Алиса.
Я поднес свой нос к ее шее и сделал несколько вдохов…
***
Мы оказались у меня дома. Я держал Алису в руках, моя рука была на ее талии, я целовал жадно ее шею, а она запустила руки мне в волосы.
– Боже, этот запах, он просто сводит меня с ума… – говорил я не переставая целовать ее шею.
Я силой прислонил к стене мою девушку, она выдохнула, издав сексуальный звук. Затем наши взгляды пересеклись, она прикусила немного нижнюю губу и начала сверлить меня взглядом. Мы находились на расстоянии одного поцелуя, я в шутку поцеловал ее в носик. Ох, тот носик, он всегда сводил меня с ума, а тут еще этот запах… Затем я страстно поцеловал ее губы. Я чувствовал, как она начала таять в моих руках, ее тело оказалось полностью в моей власти, я ощущал ее дыхание, я чувствовал прикосновение ее рук. Чувствовал, как вены наполняются кровью сильнее. Чувствовал, как наши сердце начали биться друг с другом в унисон. Затем я резко откинул ее от стены, она пала на диван, сначала немного замешкалась, но потом поняла, что я настроен серьезно. Я начал подходить к ней ближе, а она синхронно со мной двигалась в противоположном направлении. Извиваясь телом, она скользнула по дивану словно лиса, выуживающая добычу. Чувствовалось, как она играется со мной. Ее глаза блестели, одновременно впитывая в себя и отражая ночной свет, который старался заполнить всю комнату. Упершись в спинку дивана этот хищный зверек с милыми веснушками на носу понял, что сопротивление не имеет смысла. Я снова поцеловал ее шею, плечи, мои руки начали скользить по ее талии. Я снова слышал ее дыхание… Затем я поднялся выше, поцеловал ее ушко и провел язычком по мочке.
– Да… да… – как-то жадно произнесла Алиса.
Целуя ее ушко, я руками сдергивал с нее кофточку, она была на пуговках, но видимо некоторые держались не очень хорошо и среди стона я услышал, как они упали на пол.
Конец ознакомительного фрагмента.
