– Но у вас должны же быть какие-то гарантии того, что вы получите эти деньги назад.
– Не совсем так, – чуть скривив губы в усмешке, заметил Фокс, – я не собираюсь забирать эти деньги. Они нужны вашей компании, и я не буду все рушить. Однако мне нужны некие подтверждения того, что я буду получать определенный процент от своего вложения.
– Какие? – Маршалл внимательно посмотрел на собеседника, догадываясь, что вот тут-то и скрываются подводные камни столь великодушного предложения.
– Я женюсь на вашей дочери и через брачный контракт получу определенную часть акций компании, – невозмутимо закончил Фокс.
– Вы сделаете что? – Дональд опешил. – Женитесь на моей дочери?!
– А что в этом плохого? – Николас равнодушно пожал плечами. – Или вы считаете, я не гожусь на роль жениха?
– Но…
– Возможно, независимо от того, что я готов помочь вашей компании остаться на плаву и наладить бизнес, этого не достаточно, чтобы стать вашим зятем. Однако смею заметить, Энтони тоже не подходил на роль заключенного. И в тюрьме ему было очень нелегко…
– Замолчите! – вскричал Маршалл, вскочив с кресла и делая несколько стремительных шагов туда и обратно по кабинету.
– Что? Не любите слушать правду? – снисходительно усмехнулся Фокс. – А кто же ее любит. И все равно, придется помнить о ней. Ведь без нее – никуда.
– Не уверен, что ваше предложение стоит рассматривать! – Дональд остановился перед посетителем, все еще сидящим в кресле.
– Не торопитесь, подумайте, – вкрадчиво посоветовал тот, пронзительно глядя ему в глаза.
– Что тут думать? Вы даже не представляете, что предлагаете.
– Почему же?! Отлично представляю. И советую вам хорошенько поразмыслить. Ведь я могу заговорить. Тогда вряд ли вам удастся сохранить свою репутацию. Уж можете мне поверить.
Дональд вернулся на свое место и обреченно вздохнул. Выбора не было. Придется пойти не все условия. Но Аманда? Каково будет ей? Выйти замуж за совершенно незнакомого человека?
– Где у меня гарантии, что эти деньги не принадлежат мафии или еще кому-нибудь?
– Только мое слово. Но можете ему верить. Это мои деньги. Доставшиеся мне от отца. А то, что я предлагаю их наличными… Что ж, считайте это моей прихотью.
– А то, что вы не желаете светиться по документам?
– Тоже, – ухмыльнулся он, глядя на президента компании своими черными глазами.
– Дайте хотя бы обещание, что ни при каких обстоятельствах не обидите мою дочь, – глухо проговорил тот.
– Не волнуйтесь. Я ведь прекрасно понимаю: дети не в ответе за своих родителей. Поэтому не собираюсь ничего делать против ее воли. Мы можем даже не ездить в свадебное путешествие. Потому что, думаю, ни мне, ни ей это не нужно. Но вы должны сами сказать ей о том, что будет. Я не могу тратить время на ухаживание и всякую прочую чепуху. Понимаете меня?
– Да, – кивнул Маршалл.
– Вот и отлично. – Фокс поднялся с места, протягивая ему визитку гостиницы. – Я остановился здесь. Номер 411. Звоните, как только уладите все детали.
Ничего, не добавив на прощание, он удалился, оставив Маршалла одного.
Как только за посетителем закрылась дверь, Дональд схватился за голову:
– Что же я наделал! Что я наделал! – пробормотал он.
Маршалл прекрасно понимал, что бесполезно подключать службу безопасности, ведь такой человек, как Николас Фокс, вероятнее всего, хорошо обдумал ситуацию. Это читалось у него на лице. И Маршалл окончательно понял, что его загнали в угол, не оставив никакого выбора.
Нужно было поговорить с Амандой. Ему даже подумать было страшно, во что превратится ее жизнь после свадьбы. Необходимо подключить юристов к составлению брачного контракта. Чтобы все предусмотреть, чтобы интересы его дочери соблюдались во всех отношениях.
Что она скажет, когда узнает?..
От одной лишь мысли об этом ему сделалось нехорошо…
Аманда рвала и метала. Она и помыслить не могла, что отец мог додуматься до такого. Выдать ее замуж за незнакомца! Наяву ли она слышит это? Да как он мог вмешаться в ее личную жизнь, заставляя связать свою судьбу с никому не известным человеком!
– Ты хоть знаешь, откуда он?! – с возмущением спрашивала она отца. – Или готов выдать дочь замуж за первого встречного?!
От ее истеричного крика у Маршалла заболела голова.
– Он не лыс, не толст и не коротышка. По-моему, эти критерии волновали тебя больше всего, когда мы разговаривали в последний раз, – поморщившись, заметил он.
– Ах, вот, значит, как! – Аманда в ярости швырнула в него подушку, до этого мирно покоившуюся на диване. – Значит, тебе наплевать на меня?! Так вот! Я сбегу из дома! По-видимому, этого ты и добиваешься.
– Без денег далеко не убежишь, – спокойно проговорил ее отец. – А я заблокирую все твои кредитки, если ты уйдешь.
– Не смей угрожать мне!!! – закричала она, чувствуя, что негодование переполняет ее, и в сердцах бросая на пол хрустальную вазу, стоявшую на небольшом столике.
От удара осколки разлетелись по всей комнате.
– Не забудь убрать, – сказал Дональд, поднимаясь и всем своим видом показывая, что разговор окончен, – миссис Натаниони придет только утром. Думаю, ни к чему, чтобы она догадалась о том, что здесь произошло.
– Я ненавижу тебя, – прошептала Аманда, в слезах опускаясь на пол и подбирая стекляшки.
– Можешь не стараться, – проговорил ее отец. – Я сам себя ненавижу.
С этими словами он вышел.
Аманда не видела, какая боль отразилась на его лице. Не поняла, что он так же страдает, как и она. Однако есть вещи, которые нельзя раскрывать ни дочери, ни кому бы то ни было еще, и именно поэтому Дональду приходится подчиняться тому, кто знает правду и может поведать о ней миру. Какую правду? Ту, которая известна ему. И Дональд подозревал, что она весьма далека от того, что случилось на самом деле. Это была искаженная правда о ситуации, и без того ужасной…
Несколько дней Ник потратил на то, чтобы привести себя в порядок. Он посетил парикмахера. Обновил свой гардероб. И теперь почти не отличался от коренных жителей Сан-Диего. Лишь заинтересованные взгляды, которые он бросал вокруг, проходя по улицам города и посещая здешние магазины, выдавали в молодом человеке приезжего.
Облюбовав пляж, он проводил там почти все свободное время, ожидая звонка от Дональда Маршалла. Но тот все еще не давал о себе знать. И Ника это начинало беспокоить.
По прошествии недели он решил подождать еще несколько дней и уж, потом заново штурмовать офис директора «Маршалл энтерпрайзис». Да и хранить деньги в камере хранения было небезопасно.
Телефон зазвонил спустя десять дней. Подняв трубку, Фокс услышал голос, который ждал.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
