Читаем без скачивания Гений - Эли Эшер

Тут и возникла идея, что раз уж «бездуховные» особи все равно отправляют бекап в Гайю, пусть хоть и скучнейший бекап, то нельзя ли его после смерти источника записывать в новые рождающиеся особи, тем самым позволяя чисто человеческой сущности за много жизней накопиться до чего-то интересного. Была краткая дискуссия об этичности использования новорожденных для уже существующих душ, но учитывая, что в них — новорожденных — по природе практически нет информации, а та что есть, вроде ритма сердца матери, отнюдь не теряется, причем записанная в тело душа дает ребенку значительно лучшие шансы на выживание, было решено, что проблема исключительно дутая и внимания не стоит.

Впрочем, в ходе сих бредовых дискуссий было получено несколько интересных результатов. Например, если какая пара слишком экзальтированно оплакивала уход богатого дядюшки, оставившего им наследство, то дядюшка, хоть и без памяти, но с тем же характером, оказывался в колыбели в качестве наследника ханжествующей пары. Что неожиданно привело к накоплению капиталов в некоторых семьях.

Побочным эффектом этого решения и стал запрет на долговременное вселение богов во взрослые особи, поскольку в этом случае был риск помешать развитию личности, души смертного, растущей, возможно, не одно столетие. Короче, заселять теперь стало возможным только чистых, в смысле, как «чистая DVD болванка», новорожденных. Поначалу это решение вызвало недовольство, но постепенно все привыкли и даже стали считать, что так — куда интереснее.

К слову, переселялась натренированная нейронная сеточка, а не набор воспоминаний. В этом большая разница, поскольку нейронные сети являются совершенно бездарными носителями информации. Попросту говоря, воспоминание в нейронной сети может появиться лишь по двум причинам: информация воспоминания еще не обработана либо нейронную сеть специально тренируют на воспроизведение воспоминаний. Короче, душа не несла буквальной памяти прошлого, а лишь опыт. Чтобы было понятнее — кто не обжигался в детстве о разные формы огня — спичка, свечка, газовая плита, уголек костра? Но помнить все эти инциденты просто невозможно, что остается в нейронной сети — это знание, что огонь — жжется. Вот так и душа знала что делать в той или иной ситуации, определяя характер, но не могла вспомнить события былой жизни, послужившие для накопления этого опыта, а лишь почуствовать смутную знакомость. Так что, при вселении души — смертного или бога, неважно — заполнялась лишь часть мозга, ответственная за эмоции и решения — амигдала — тот самый командный оверрайд центр, отсутствовавший у рептилий. А воспоминания о прошлой жизни если у кого и были, то весьма смутные.

Кстати, последние бекапы смертных — их «души», поначалу вселяли сплошняком, но потом обнаружилось, что некоторые души, аккумулируя столетия перевоплощений, превращаются в черт-те что, и хорошо если сбоку бантик. В общем, процесс накопления информации в смертном теле оказался до безобразия нестабильным, и часто приводящим к совершенно жутким моральным монстрам, пусть даже и в совершенно человеческом теле. В общем, пришлось души перед перевоплощением фильтровать и отправлять непригодные при помощи Гарона в медленную магматическую сеть Гада, где они могли спокойно и статически лежать, пока у кого-нибудь не дойдут руки их вычистить и привести в работоспособоное состояние. В некотором смысле, у Гайи сработал уже упомянутый хомячий инстинкт, так что Гор и Гайя уподобились в данном случае какому-то хакеру, который заваливает жесткий диск старыми файлами с фрагментами программ, руководств, статей, смешных картинок и прочим мусором из опасения, что это «когда-нибудь может пригодиться». А уж как смертными были восприняты слабо просачивающиеся к ним слухи о регулярных позывах Гайи «прибраться в подвале», думаю, вы и сами можете догадаться.

Возвращаясь к теме, теперь во взрослую особь вселиться было нельзя, так что просто кто-то из младенцев вместо архивированной души получал ни много, ни мало, а бога. Впрочем, не только в младенца, но и во взрослого человека бог не лез чисто физически — ну, не хватало жалкой сотни миллиардов углеводородных нейронов для столь сложной сущности как бог.

— Вот в твоем новом теле размеры черепа те же, а плотность нейронов на два порядка выше, — заметил Укантропупыч.

Ну, что ж, идея понятна — как новая версия процессора, при которой на тот же размер кристалла лезет больше элементов. Своего рода апгрейд.

— А чего так хило? — спрашиваю я, рассудив, что немного нахальства может освежить беседу. — Не маловато ль будет? Всего какой-то десяток триллионов на целого бога…

— А зачем еще? — удивился Укантропупыч, — Сам подумай, тело на постоянно растущего бога сделать просто невозможно, сколько емкости ни отведи, рано или поздно не хватит. А бесконечно растущий мозг, особенно гелевый, чреват многими проблемами. Ты же пойми, твое новое тело — это выражаясь в терминах смертных просто тонкий клиент, что-то вроде постоянно подключенного к сети терминала, а большая часть тебя, как и меня, постоянно в Гайе. Вот тебе и масштабируемость, и надежность, и тела со стандартным интерфейсом.

— Кстати, а зачем тела-то? И вообще, где мы?

— Мы — в отдельном мире, исключительно для богов. Что-то вроде «плюс-доля секунды в будущем». Мир как у Стивена Кинга, где сахар слаще, а соль солонее. Ну, или в некотором смысле, библейский Рай. Не совсем то же, но идею ты понял. К слову, единственный мир в котором течение времени и география совпадают с миром смертных. Это насчет где мы. А зачем тела… Тела для удовольствия. Привыкли мы уже к ним за тысячи лет, отличная штука вышла. Вот только подкорректировали их чуть, чтоб болячек не было и не старели. Да поместили их в отдельный мир, такой же как первый, только смертные под ногами не болтаются. Очень уж устаешь от них на работе. А так — приходишь с задания в свой мир, в хорошем теле, в хорошей компании, и наконец-то чувствуешь себя человеком. Хорошо…

Вот ведь хам, как о смертных одним скопом высказывается. Устает он от них, видите ли…

— Извините, профессор, а чего так резко? Среди, как вы называете, «смертных» очень нередко хорошие люди встречаются.

— Вот хороших здесь и собираем, — отвечает Укантропупыч своей фирменной усмешкой. — Правда, очень медленно получается. А почему так резко — поработаешь с мое, посмотрю что сам запоешь. Скажем, после первого танца Шивы…

— А это еще что?

— Не спеши, еще узнаешь…

Так вот, что происходило при вселении, это то, что большая часть бога оставалась в Гайе, в том числе и выполняя почти бессознательно свои очень важные функции. В человека же вселялась лишь небольшая компактная «душа», которая и развлекалась там на всю катушку. Вы можете спросить, и чего же такого полезного в ней? А дело в том, что эта божественная душа не просто делала бекап каждую ночь, а сливаясь со своим «небесным» оригиналом загружала также туда все свои проблемы, которые тут же решались необьятными ресурсами Гайи пусть даже и ограниченными в немалых пределах, отведенных конкретному богу, и загружались обратно в виде готовых решений. Получалось, как если бы какой перегруженый счетовод к конторе дядюшки Скруджа девятнадцатого века получал вечерами доступ даже не к компьютеру, а серьезному дата-центру. Вам когда-нибудь приходилось проснуться с решением проблемы, которая мучала вас весь день? Или может вы даже осознали, что размышляя над некоторыми вопросами обязательно нужно их «переспать»?

К слову, идея эволюции смертных до богов себя вообще-то не очень оправдала. Прошла пара тысячелетий, прежде чем один из смертных г'Еоракул таки дорос до статуса бога и после потери пары букв попал в анналы истории.

Впрочем, это не так важно. А мы, наконец, подходим к тому, что случилось со мной.

— Ну, не держит углеводородное тело бога, — сказал Укантропупыч, — хоть расшибись. Сгорает. Так что, как только бог перерастает тело, приходится его изымать.

— Так что, я помер?

— Сам ты «помер», не перебивай с глупостями. Тело твое еще как живо и функционально. Так что продолжит в том мире, как ни в чем ни бывало. В конце концов, нейронная сеточка у него натренирована. Кстати, такое тело из которого изьят бог или там душа называется тенью. Тень — это по сути то животное, которое получилось в ходе эволюции, только с натренированной нейронной сеточкой. Так что может говорить, обладает трудовыми навыками, внешне вполне как человек, только, как это называется, «искры божьей» в нем нет.

— А она, моя тень, с работой-то справится?

— Да лучше тебя! — отмахнулся Укантропупыч.

— Это как? — у меня возникли серьезные сомнения, не говоря уж о слегка ущемленном самолюбии. Как-то не считал я, что занимаюсь простыми вещами.

— Начальству хамить не будет. И сеточка у него уже натренированная, так что как работу делать знает. А душа твоя работодателю ни к чему. Он, знаешь ли, не «ты-знаешь-кто»… Кстати, если попадется тебе «работодатель», требующий душу, стучать немедленно. Мне. Лично. Запомнил?