Джос подъехала к каменным колоннам, густо увитым побегами винограда. На одной из колонн была установлена мраморная плита, и, разобрав несколько букв, Джоселин поняла, что на ней написано.
Это здесь, подумала она и поехала дальше. Но в округе было так много огромных деревьев, что поначалу она не могла ничего разглядеть и даже подумала, что виденное на фотографии давно не существует.
Внезапно деревья расступились, и Джос увидела дом, он выглядел точно так, как на фотографии. Так как она в своей жизни посещала много старинных особняков, то сразу же поняла, что здесь все осталось так, как было когда-то. Окна, ставни, водосточный желоб были в превосходном состоянии.
С обеих сторон дома располагались флигели. Каждый имел свой собственный вход и крыльцо. В какой-то момент Джос подумала, не постучать ли в дверь и не попросить ли разрешения войти? Но это было бы смешно, ведь это ее собственный дом.
Продолжая рассматривать особняк, она вышла из машины, открыла багажник и вытащила чемодан. Она катила его за собой, поднимаясь по ступеням маленького крыльца у центральной двери.
Вытащив ключи из кармана куртки, Джос вставила ключ в старый замок и повернула. Сердце бешено колотилось.
— Эй! Есть тут кто-нибудь? — крикнула Джоселин, открыв дубовую дверь.
По виду старого дерева можно было сказать, что эта дверь всегда находилась здесь, значит, ей по меньшей мере две сотни лет. Перетащив большой черный чемодан через порог, Джос вошла в холл, стук каблуков отдавался гулким эхом.
Справа от нее были две закрытые двери, слева еще две двери на дальней стороне лестничной площадки. Она надеялась, что дом не перестраивался и что за дверьми скрывались большие комнаты, а не маленькие закутки, на которые их разделили прежние владельцы.
Лестница была изумительная. И Джос не сомневалась, что балясины сделаны из цельного красного дерева. Повернувшись, она посмотрела наверх и увидела множество закрытых дверей.
В дальнем конце огромного пустого коридора она обнаружила большое окно. Отсюда были видны старые деревья, такого же возраста, как и сам дом. Ей захотелось прогуляться под ними и посидеть на маленьком железном стульчике, выкрашенном в белый цвет.
Пока она смотрела в окно, из правого флигеля вышла девушка. Она держала в руках что-то похожее на платье и корзинку со швейными принадлежностями. Джос удивленно поморгала, решив, что сместилось время. Кто сегодня шьет? Кто сегодня пользуется корзинкой с подушечками для иголок и катушками разноцветных ниток? Или мисс Эди послала ее в такое место, где время остановилось?
Джос улыбнулась этой мысли, но улыбка мгновенно погасла. Хотя прошло несколько месяцев со дня смерти старшей подруги, Джос никак не могла смириться с ее уходом. Больше не было ни забавных сообщений, ни бесед по телефону, которые могли длиться часами. Больше они не сидели за остывшим чаем и не обсуждали ее страхи, беспокойства и радости. Никогда больше она не услышит знакомые слова: «Конечно, это не мое дело, но если бы я была на твоем месте, то я бы…»
Джос заморгала, прогоняя слезы, взглянула на закрытую дверь, ведущую из длинного коридора во двор, где в тени большого дерева устроилась девушка с шитьем. Нужно было осмотреть другие комнаты, найти бакалейную лавку и подумать, где расположиться на ночлег. Но Джос снова взглянула на девушку — и любопытство победило.
Джос нашла ключ от задней двери и, выйдя на свежий весенний воздух, направилась к девушке. Она была так занята шитьем, что не слышала шагов, поэтому Джос успела рассмотреть ее. Девушка была очень молоденькой, лет двадцати с небольшим, и выглядела как невинное дитя с открытки. Лицо прелестной овальной формы и кожа точно фарфор. Темные волосы отливали золотом, что выглядело натурально.
Джос не хотела напугать ее, поэтому еще издали сказала:
— Привет!
Но девушка продолжала шить, не поднимая головы. И только подойдя ближе, Джос увидела, что к ушам девушки тянутся тонкие провода. Улыбаясь, Джос выдвинула стул из-за стола и села напротив.
— Привет! — сказала девушка, все еще не поднимая головы.
Она вытащила из ушей наушники и выключила ай-под.
— Позвольте угадать, — сказала Джос. — Эниа?
Хорошенькая девушка заморгала и улыбнулась.
— О, я знаю, я выгляжу так, будто за всю свою жизнь не видела ни одного непристойного фильма и, разумеется, слушаю ангельскую музыку. Моя мать была хиппи, — продолжала она. — Отец — доктор и консерватор, но мать обожает рок и ставит на полную катушку, когда отца нет дома.
— А соседи не жалуются?
— Одна жаловалась, но мать пригласила ее выпить, и когда отец пришел домой, они обе танцевали. С тех пор соседка больше не жалуется.
Джос засмеялась, продолжая разглядывать девушку.
— Вы похожи на маму или на отца?
— На свою старую тетушку Лиззи. Во всяком случае, мне гак говорили. Она заманила в ловушку самого богатого мужчину в городе и заимела полдюжины детей, которые растранжирили все деньги ее мужа.
Джоселин не подала виду, что имя «Лиззи» ей знакомо, эту женщину мисс Эди упоминала в своем письме. Вместо этого Джос сказала:
— Мой любимый тип женщины. Вы себе шьете платье?
— О Господи, нет! Для меня это слишком дорого. — Она подняла платье и показала Джоселин. Оно было нежно-голубое, лиф расшит пайетками, бисером и бусинками, но несколько бусинок потерялись. — Я говорила ей, как надо обращаться с ним. Говорила, что никаких туристов или обжиманий на заднем сиденье. Это платье стоит тысячи, поэтому с ним надо обращаться осторожно. Но разве она послушала меня? Конечно, нет.
— Глядя на него, можно сказать, что обжиманий было более чем достаточно.
— Я тоже так думаю, и когда она постучала ко мне в шесть утра и сказала, что я должна поправить его к вечеру, я поняла, что она обжималась не со своим мужем.
Джос рассмеялась:
— Вы мои квартиранты?
— О! Простите. Я не представилась. Я Сара Шоу, — сказала девушка. — Я живу в этом флигеле, а Тесс Ньюленд — в том.
— Я…
— Весь город уже знает, кто вы. И все ждут вас с самого утра.
— Женщина в магазине смотрела на меня так пристально.
— Это моя мать, — сказала Сара. — Она уже позвонила и сообщила мне, что вы вот-вот приедете.
— А женщина с веником?
— Моя тетя Хелен. Она позвонила матери и сказала, чтобы мама позвонила мне. Думаю, что в этот момент шериф проверял номер вашей машины.
Джоселин не знала, что сказать в ответ, поэтому растерянно моргала.
— Хотите холодного чаю? — спросила Сара. — Я только что сделала целый кувшин.
— С удовольствием, но… — колебалась Джос.
— … но только без сахара? — продолжила Сара.
Она поднялась, осторожно свернула платье и положила его на маленький белый стол.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
