раз тщетную рутину чистки зубов.
Мне не просто понравилось — я была готова растечься лужицей у его ног, утопая в том мгновении. Вглядываясь в собственные глаза, чувствую, как горит внутри неутолимая жажда и прокатывается приятная волна нежности. Этот волшебный миг, когда мир вокруг растворяется, а остается лишь всеобъемлющее чувство восхищения, окутывает меня, как теплое одеяло.
Но как же всё изменилось? В тот момент, когда я вернулась в реальность, мысли о его губах, о том, как они ловко обвивали меня, стали смешиваться с тревогой. Вроде бы я ненавидела его поведение, эти его тёмные глаза, полные угрозы, а сейчас сидела, сгорая от стыда и желания.
Просто не могу позволить себе увлечься этим нахалом — он же просто играет, я для него развлечение, за которое мне не стоит платить эмоциональной ценой.
Вспоминая ту сцену в кафе, невольно думала: а может быть, это только начало? Возможно, под его жестоким внешним обликом скрывается нечто большее. Инстинкты вопили об опасности, но сердце тревожно стучало в ответ — что, если действительно готова идти на риск? Тихий шёпот интуиции кружил голову, и я не знала, откуда брать силы для решения.
— О каком риске может идти речь? Даже не думай об этом! Ты же ненавидишь мужчин, которые легкомысленно относятся к жизни, а он именно такой. Вспомни, как он пренебрежительно отзывался о рыжеволосой красавице. Поздравляю, ты заработала нервное расстройство, но зато узнала, как его зовут.
«Спокойной ночи, принцесса.»
Кто отправил это сообщение, даже сомнений не было. Смотрю на соседнюю виллу, мечтая сжечь своего нового соседа.
Глава 12
Пронзительный звонок вырвал меня из сладких объятий Морфея. Кто же решился позвонить в такой ранний час? Ах, конечно же, это мама. Даже в мыслях не осмеливаюсь поднять трубку — ведь она вновь начнёт настойчиво наставлять меня вернуться к мужу, и это вряд ли закончится чем-то добрым для моего утра.
Сознание, ещё окутанное пеленой сна, бунтует против предстоящего ливня советов и упрёков. Знаю этот ритм наизусть: вновь повествование о том, что я женщина и должна сохранить семью, о том, как важно выглядеть в глазах родственников и соседей лучшей женой.
Пожалуй, стоит оставить телефон в покое, притвориться, что мир моих сновидений зовёт меня обратно. Пусть этот звонок уйдёт в тишину, а я закрою глаза и вновь вернусь в объятия Морфея, где нет места ни заботам, ни маминому голосу. Мой собственный мир снов так и манит, в нём я — хозяйка, свободная от упрёков.
Звонок в дверь раздался, произнося свои настойчивые ноты, когда уже была на краю сладкого забвения. Кто мог так смело нарушить моё утренний сон? В моём сознании замелькала мысль игнорировать его: пусть позвонят ещё раз, поймут, что меня нет, и покинут порог. Но настойчивый звук повторился, не желая отступать, взывая к моему вниманию.
Вздохнула и уже всей глубиной души ненавидела незваного гостя, наконец, собравшись с мыслями, встала. Стало ясно, что утренняя тишина уже не вернется, и с каждым новым звуком она ускользает, как протестующий призрак.
На пороге стоял он — мужчина, которого когда-то любила, но ныне лишь воспоминание. Его присутствие вызвало бурю противоречивых чувств: с одной стороны, сердце подсказывало, что хочется его ударить, а с другой — терзало недоумение, как он оказался здесь? В его глазах читалась неуверенность, что только усиливало мое смятение.
Тем временем моя жизнь переживала настоящий аншлаг — палитра эмоций и событий. За Ником, как неприметная тень, стоял Мэтт.
«Как же жестока эта жизнь, вчера я его спасала, а сегодня, похоже, придется спасать ему», — мелькнула мысль.
— Что тебе нужно? — вырвалось у меня с внутренним гневом, словно звоночек, наполненный недовольством.
Он выглядел изможденным: темные круги, подобные теням разочарования, легли под его глазами, а взгляд утратил свою прежнюю искру.
— Нам необходимо объясниться, — произнёс он с ледяным спокойствием, словно оглашал приговор.
Он был одет, как всегда, безукоризненно, в идеально сидящий костюм, который выгодно подчёркивал его стройную фигуру. Лёгкая улыбка, за которую раньше я была готова отдать всё, что угодно, теперь вызывала лишь чувство пустоты и тоски.
Я абсолютно уверен, что его приезд — это результат давления со стороны родителей.
— Тебе нужно, ты и говори, а я ждала своего парня, — правая бровь удивленно приподнимается, хотел было схватить за руку и сказать что-то из серии «Что за бред ты несешь, если хочешь отомстить за измену, то продумывай более тщательно свою легенду». — А вот, кстати, и он.
Отталкиваю бывшего мужа, но в душе уже начинаю винить себя, собираюсь использовать Мэтта точно так же, как и он использует людей. Ник не мог со мной связаться, я заблокировала его везде, кроме как через адвоката. Но и его попросила передавать мне что-то только в случае серьёзных проблем.
Мэтт, казалось, даже не обратил внимания на мои слова. Его сильная рука, словно стальная лента, обвила мою талию.
— Анна, и зачем этот спектакль? Ты приехала только вчера, ты не могла найти здесь себе кого-то, — с полной уверенностью заявил бывший, бросая недовольные взгляды на руку мужчины.
Значит, мы ещё и недовольны? Мэтт, словно каменный идол, молча сверлит убийственным взглядом. Его мышцы слегка напряглись, как будто он готовится в любой момент набить рожу Нику.
— Тебе же ясно дали понять, что здесь тебе не рады, так что лучше уйти. Хотя, знаешь, нужно быть полным идиотом, чтобы изменить такой девушке. Будь уверен, твоей ошибки я не повторю.
— Мэтт, не стоит, — почти шёпотом выдохнула, стараясь снять напряжение с атмосферы. Он строго посмотрел на меня, но в его глазах забрезжил свет понимания, словно он знал, что это всего лишь ненужная драма.
— Ты же не можешь просто уйти без объяснений, — произнёс тихо Ник, его голос тонул в моих раздумьях. Знала, что если не остановлю его, то не смогу больше жить, отказывая себе в праве быть счастливой. Но нужно было ещё остановить в попытке свести нас.
— Я не собираюсь ничего объяснять, — лицо бывшего мужа потемнело от гнева.
Мэт переплел наши пальцы, ведя меня в дом, и только там я наконец-то смогла вздохнуть полной грудью. Сон мгновенно испарился, как утренний туман под лучами солнца.
— Бывший муж? — спросил он, его голос был мягким, но настойчивым.
Вздрогнула, словно от удара током. Его вопрос пронзил меня насквозь, кровь отлила от лица, и сердце забилось быстрее.
— Как ты узнал? — мужские губы растянулись в улыбке, обнажая белоснежные и ровные зубы.
