и выполнял жесты приведённых там заклинаний один за другим. Сначала он махал широко, а потом всё сильнее и сильнее, уменьшал размашистость, пока не находил оптимальный для себя размер жеста. То, что он искал именно личный оптимум, становилось очевидным, потому что иногда Илгус Ларуа увеличивал размер жеста, а время от времени кивал сам себе.
"Идеальное исполнение", - отметил про себя полугоблин, когда мальчишка всё-таки нашёл свой подход: в итоге он взял карандаш как... карандаш, а размер простых жестов примерно соответствовал буквам довольно убористого почерка. Сам профессор чар долгое время не мог преодолеть ментальный барьер, связанный с тем, что когда колдуешь, например, щит, то неосознанно стараешься схватить палочку покрепче, будто она ручка для физического щита и примет на себя тяжесть атаки. На самом деле этой связи нет, и даже самое "тяжёлое" заклинание не отдаётся в руку, так что смысла зажимать крепко, а значит, замедляться, делать кисть скованней, нет.
- Молодой человек, - Филиусу нравилось это обращение, поскольку оно подчёркивало дистанцию между этим магглом и им - сам он или полугоблин, или полуволшебник - зависит от случая, с какой стороны удобнее смотреть. Но точно не обычный человек.
- Да, профессор, - Илгус поднялся и немного навис над своим деканом. Несознательно, просто так уж совпало - Флитвик стоял близко, а сразу же вставший на ноги из уважения мальчик, оказался выше него. Уж лучше бы сидел и дальше.
- Что это вы делаете, позвольте спросить? - полугоблин поинтересовался максимально добродушно, даже показал зубы (люди называют это улыбкой).
- Пытаюсь найти удобную для себя манеру колдовства, - немного смущённо пробормотал мальчишка.
- Позвольте узнать, а почему на моих уроках вы не проявляете такого рвения?
- Простите, профессор? Не понимаю о чём вы!
- Ну как же! Не далее как вчера вы неуклюже махали карандашом, лишив факультет заслуженных баллов, а сегодня очень быстро осваиваете заклинания одно за другим. При таком же исполнении, я был бы вынужден заслуженно вознаградить вас.
- Прошу прощения, декан, но как вы видели, сейчас я тренировал жест в отрыве от вербальной формулы. Вместе с ней такая скорость не имеет смысла, так что на вашем занятии я был ограничен речью: "вингардиум левиоса", - проговорил парень скороговоркой, - 1.1 секунды. Жест я могу выполнить на порядок быстрее, но в этом нет смысла.
Профессор чар одобрительно покивал, а мальчик вдруг резко перескочил на другую мысль:
- А впредь я постараюсь не демонстрировать успехи однокурсникам. Надеюсь, и вы и старосты не станут это афишировать.
- Позвольте поинтересоваться, почему? - старосте, типичному рэйвенкловцу, это тоже показалось странным. И возмутительным!
- Я единственный магглорожденный на факультете и мне не по статусу превосходить чистокровных и даже полукровок... (авт: Подчиненный перед лицом начальствующим должен иметь вид лихой и придурковатый, дабы разумением своим не смущать начальства) Сказано же: "Кто возвышает себя, тот унижен будет, - и совсем понизив голос до движения одними губами закончил цитату: - ...а кто унижает себя, тот возвысится."
Собеседники всё-равно услышали (волшебники же!), но и Роберт, и Филиус одобрительно покивали, хоть их разум и отметил противненький осадочек. Малец как бы говорил, что не хочет демонстрировать, но всё-таки превосходит. Но мальчишка тут же это недоразумение исправил:
- К тому же более развитая моторика не предоставляет преимуществ в целом: при идеальном жесте и произношении, мои результаты волшбы оставляют желать лучшего, - потупил взгляд Илгус, действуя в согласии со сказанным ранее.
- Может быть с настоящей палочкой у тебя получится лучше? - ехидно заметил староста Хиллиард.
- Моя палочка выглядит точно так же, очень короткая и тонкая, - мальчишка говорил нейтрально, но старшекурсник выпучил глаза:
- Оригинальная маскировка! А сейчас у тебя карандаш или палочка?
- Карандаш.
- Смотри не перепутай! - ухмыльнулся Роберт, чем вызвал неудовольствие декана.
- Ни за что! Как волшебник может не узнать свою палочку? Хоть с закрытыми глазами! - немного наигранно вспылил малыш.
От этих слов старший покраснел, сообразив, какую глупость сказал.
"Каков хитрец!" - несмотря на то, что в крови мастера чар текла лишь половина гоблинской крови, он с неудовольствием подумал о том, что иногда люди тоже способны на коварство и хитрость, достойную гоблинов. Впрочем, тут же вперёд выступила человеческая половина и принялась излучать довольство. На душе стало спокойнее.
***
Никто не ждёт от рэйвенкловцев дружбы как на факультете барсуков. Репутация воронов всегда крутится вокруг слова "одиночка". Остальные Дома считают, что они объединяются в группки скорее как коллеги-исследователи, а не как друзья. Впрочем, такие коллективы зачастую оказываются сплочённее и более долгоживущими, чем самые дружные компании на других факультетах.
Как всегда из правил есть исключения: Илгус Ларуа не мог сойтись даже с соседями по комнате. Дети всегда чувствуют чужаков, а уж волшебные дети и подавно. Про старших "воронов" речи нет - они со всеми младшими ведут себя ровно-отстранённо. То ли дело на других факультетах! А вот внутри своих возрастных групп даже на синем факультете хоть как-то, но общаются. Только не с Илгусом. В первую очередь он не нравился чистокровному Терри Буту, а полукровки Энтони Голдстейн и Майкл Корнер его поддерживали. Да и без этого он не стал бы своим - слишком независимо ведёт себя даже для рэйвенкловца. Частенько в его интонациях проскальзывает высокомерие и снисходительность, будто взрослый объясняет глупым малышам прописные истины. Не каждый профессор такое себе позволяет!
Всё изменилось после одного занятия по астрономии. Это может показаться странным, но юным волшебникам преподавали именно астрономию, а не астрологию, как думают все магглорожденные. Тут дело в вырождении и запретах Министерства Магии: когда-то предмет изучали с практической точки зрения, так как время проведения ритуалов нужно выбирать с учётом положения звёзд и планет. Только вот почти все ритуалы теперь под запретом. Естественно, старые семьи тайком их проводят, но вот преподавать официально в школе нельзя. Вот и объясняют детям, как определить, где будет Сатурн такого-то числа, говоря, что это нужно учитывать "в ряде случаев", но даже не намекают, на что конкретно может повлиять пренебрежение.
В эту пятницу у профессора Синистры случился шок, когда мальчик поправил её, даже не глядя в телескоп и не сверяясь с таблицами. Верно поправил! Сначала она возмутилась, но потом решила пойти по пути зельевара и решила завалить его вопросами, чтобы факультет потерял как можно больше баллов. Старшие сами накажут его.
И вот тогда шок неприятный сменился
