и я убедился, что он прав. Трезвые орки стояли только возле входа в пещеру — караульщики и те разведчики, которые и принесли весть о людях, да еще стража моего шатра. Но этих трезвенников было всего пятеро. А остальные орки уже скорее напоминали зеленых свиней. Самых трезвых из них просто пошатывало, а многие уже просто валялись на каменном полу пещеры без чувств.
Итого, почти все мои соратники или пьяные, или желают мне смерти. Замечательно.
— Мы готовы умереть за тебя, герой… Ик! — рыгнул крупный самец, потрясая копьем, которое он держал не той стороной вверх.
Я чинно кивнул:
— Мы разломаем людишек, брат.
По крайней мере, вот этот еще за меня.
Я скорее юркнул в свой шатер, оставив шамана снаружи.
— Что происходит? — Сев уже оделась в орочье платье, любезно предоставленное той орчихой, которая похитила сорочку девушки.
Магичка явно была перепугана, и Дар, вошедшая со мной в шатер, была не в лучшем состоянии.
— Люди, — коротко сообщил я, — На драконе. И с собаками. Идут сюда.
— О, боги! — Сев ахнула, — Послушай, нам надо…
Но я быстро подошёл к магичке и положил палец на её пухлые губки:
— Если скажешь «сдаться» — я тебя отдам развлекать моего кореша-вождя, клянусь. Просто помолчи, ладно?
Это сработало, наставница так и не озвучила свое позорное предложение. Хотя тут еще надо разобраться, кто из нас теперь кому наставник…
Я отлично понимал, что ситуация хуже некуда. На Сев рассчитывать нельзя, на орков — тем более, и если я сейчас не буду действовать решительно: жить мне осталось несколько минут.
Я покопался в своем вещевом мешке и извлек оттуда залутанный со вчерашнего трупа трофей — богатые одежды обезглавленного командира людей. Одежды были местами рваные, а еще их густо покрывала кровь, но так даже лучше.
Не стесняясь даже присутствия барышень в моем шатре, я начал переодеваться.
— Ты что делаешь? — удивилась Сев, — С ума сошёл?
Голосок у магички дрогнул от ужаса. Видимо, девушка решила, что я и правда поехал кукухой.
Я же тем временем напялил на себя шелковую синюю рубаху, черный кафтан, штаны и сапоги командира. Потом подпоясался его ремнем, украшенным стальными заклепками, потом бросил задумчивый взгляд на броню командира, ножны и его огненный меч…
Увы, но ни броню, ни это волшебное оружие я взять с собой не мог.
Так что я ограничился острым кинжалом, его я сунул за пояс, спрятав под кафтаном и придавив туго затянутым ремнем.
— Ты не похож на него, — тревожно заметила Сев, — Ты правда обезумел, если решил притвориться Храманатаром. Храманатар был тебя выше на целую голову. И борода у него была длиннее в десять раз…
Храманатар — это тот самый командир отряда, которого я вчера ночью завалил. Так звали этого подонка.
— Ага, а еще у него был член в сто раз длиннее моего, — парировал я, — По его словам. Но это всё сейчас неважно.
— Да как ты не понимаешь, — Сев закусила губу от волнения, — Люди знают, что Храманатар мёртв. Его смерть показала волшебная карта в кабинете императора! И его сожженные останки тоже уже наверняка нашли!
— И идентифицировали по длине члена?
— О, боги… Виктор, прекрати. Что бы ты ни задумал — это глупость. Тебе не притвориться Храманатаром. Император отлично знает, что он мертв.
— Просто помолчи, Сев, ладно? Если хочешь жить — закрой свой ротик и делай, что я скажу.
— А ты знаешь, что делаешь?
Вот это хороший вопрос. И магичка, разумеется, была права — с Храманатаром меня перепутать было сложно, его одежда висела на мне, как мешок, его сапоги были мне велики на пару размеров.
Но отступать уже было поздно и некуда.
Я высунулся из шатра и приказал моей орочьей страже:
— Принесите мне два мешка вяленой медвежатины. И верёвку. И топор поострее.
— Герой решил обедать и вязать ящериц? — забеспокоились стражники моего шатра, — А зачем топор? Герой же не владеет топором…
— Делайте, что говорит герой. Быстрее!
Мое приказание было исполнено стремительно, меньше чем через минуту мне притащили и веревку, и медвежатину, и острый орочий топор.
Веревку я тут же порубил топором на четыре куска, а медвежатину из мешков высыпал в миску.
После этого я надел мешок из-под медвежатины себе на голову. Мешок оказался мне впору, как раз доходил до шеи. И самое главное — сквозь него я мог видеть, хоть и не слишком хорошо.
— Помилуй меня система, — выдохнула Сев, созерцая меня с мешком на голове, — Ты сошёл с ума! Нет, ну правда…
Девушка в ужасе всхлипнула.
— От системы милости ждать нечего, — бросил я, стаскивая с башки провонявший медвежатиной мешок, — Тем более что тебя от неё отключили, Сев. Так что единственный, кто может сейчас спасти твою жизнь — это я.
— Мда? Но я все еще не понимаю…
— Понимать ничего не требуется, — я швырнул Сев два куска веревки, — Просто обмотай вокруг запястий, наставница. Как я.
Я уже принялся за дело и оперативно обмотал кусками веревки обе свои руки выше кисти, каждую отдельно.
— Боги, да зачем мне это делать? — Сев меня не слушалась.
Я глубоко вдохнул:
— Всё просто, наставница. У нас очень мало времени. Так что или делай, что я говорю, или я прикажу сейчас ящерам держать тебя, и сам замотаю тебя проклятой веревкой. Помнишь, ты говорила мне, что людям не нужны обузы? Мне они тоже не нужны, Сев. Так что делай, что велено, или я сейчас включу ОРКА.
Магичка хмыкнула, но проверять, что означает включить ОРКА, не стала. Она наконец покорно перемотала себе обе руки кусками веревки, как я.
— Ох, надеюсь, ты знаешь, что делаешь, Виктор…
— Безусловно.
Я отрубил от расшитого орочьего покрывала кусок ткани топором, а потом подошёл к девушке и сунул этот кусок ей прямо в рот.
— Ммм! — простонала магичка.
— Вот так-то лучше, — констатировал я, — Не вынимай это. А то завяжу тебе рот веревкой, чтобы кляп был полноценным.
Глазки у девушки стали совсем кругленькими от страха и удивления, но вынимать ткань изо рта она не пыталась. По крайней мере, теперь я на время избавился от её болтовни.
Я оглядел шатер, быстро прикинул, не забыл ли я чего, а потом перекрестился.
Пора. Если всё пройдет как надо — вернусь сюда уже победителем. А если нет — то
