горле пересохло от страха и ожидания чего-то пугающего.
– Дружков твоих, – недовольно произносит он. – Не тупи. С кем кейс мой утащила? Где он? Тот мудозвон, что по башке мне дал?
– Я н-не знаю, – пячусь от него, потому что он садится на кровать совсем близко.
Но не успеваю отодвинуться, как он хватает меня сзади за шею и притягивает к себе.
– Мне нужен мой кейс, – цедит каждое слово. – Даша.
Откуда он знает мое имя?
– Кто заказал меня? – звучит следующий вопрос.
– Я правда не знаю, – чувствую, как начинает дрожать голос.
– С кем ты была? Отвечай! Не испытывай моего терпения.
– Если скажу, отпустите? – с надеждой спрашиваю я.
Он окидывает меня быстрым взглядом. И произносит с ухмылкой:
– Зачем ты мне? Все, что надо, я уже получил с тебя. Катись на все четыре стороны. Хотя…
И он неожиданно резко дергает вниз за край одеяла. Так неожиданно, что я не успеваю покрепче ухватиться за него.
Опять осматривает меня. Теперь уже медленно. Я прикрываюсь руками. И, когда он пытается протиснуть свою руку мне между ног, вцепляюсь в нее. Но остановить его невозможно.
Глядя мне в глаза, он одним движением пальцами раскрывает складочки и просовывает внутрь палец. Я чуть ли не подпрыгиваю от неожиданности и неприятных ощущений. Сразу вспоминается неприятное чувство переполненности после его члена во мне.
– Больно? – спрашивает он.
Судорожно киваю.
Он вынимает палец.
– Ну вот, видишь? На что ты мне? Даже не трахнуть нормально, – говорит он, все также глядя мне в глаза и перетирая друг о друга пальцы, один из которых только что побывал во мне. – Поэтому да, отпущу.
Замолкает.
– Если скажешь, с кем была тогда, – добавляет.
– С Грэмом, – сдаюсь я. – С Грэмом я была.
– Это что за хуй? – он приподнимает бровь. – Иностранец? Он с акцентом говорил? Сказал, из какой страны?
– Местный он, – отвечаю я, возвращая одеяло на место. – Почему иностранец.
– Ладно, – Марат встает, открывает тумбочку, достает блокнот и ручку. – Пиши имя, адрес, телефон. Все, что знаешь.
Дрожащими руками, пытаясь ими же удержать на себе одеяло, пишу данные Грэма. Все, что вспомнила. И передаю листок Марату.
Он всматривается в него, хмурится, встает и уходит.
Я быстро вскакиваю с кровати и начинаю одеваться. К счастью, успеваю сделать это до его возвращения.
Увидев, что я уже одета, Марат улыбается уголком губ.
– Тебя отвезут, – говорит он.
А потом достает из кармана зажим с деньгами, отсчитывает несколько купюр и подает мне.
– На.
Выглядит это мерзко. Он заставляет меня чувствовать себя проституткой.
Молча разворачиваюсь и иду к двери.
– Деньги возьми, дура, – говорит он. – Или мало? Еще набавить за целку?
Смеется и я слышу шелест купюр. Он и правда еще отсчитывает.
Останавливаюсь и сжимаю от злости кулаки.
– Да пошел ты, – произношу тихо, но он все равно слышит.
Хватает меня за руку и тянет к себе.
– Показать тебе, для чего нужен твой рот?
Толкает меня опять к кровати.
– Пусти! – пытаюсь вырваться из захвата.
Наклоняюсь и впиваюсь зубами в его руку. Чувствую металлический вкус во рту.
Он не издает ни звука. Лишь сводит брови и сильно сжимает губы. В одну тоненькую полоску.
С силой швыряет меня на кровать. Я падаю и пытаюсь отползти.
Вижу, как на его руке в месте укуса появляются капельки крови.
Но Марат не обращает на них внимания.
Он стоит надо мной и спокойно поправляет рукава рубашки. Потом часы. При этом прожигая меня насквозь своими черными глазами.
– Боишься? – спрашивает с ухмылкой.
Молчу в ответ.
– Давно в клубе работаешь? – продолжает он свой допрос, а я опять молчу. – Если спишь с клиентом, всегда бери деньги, – наставляет он.
Прямо отец родной.
Подходит ближе и сует мне свою руку с укусом.
– Вылизывай, – говорит зло и тычет мне ее в рот.
Отворачиваюсь.
– Или другое хочешь полизать? – наседает на меня и я оказываюсь под ним. Ногой чувствую его возбужденный член в брюках. И сразу вспоминаю, какой он огромный и как больно было мне.
– Пусти! – кричу я. – Ты обещал отпустить, если скажу! Я сказала! А ты…
И тут он закрывает мне рот своей огромной ладонью.
– От тебя слишком много шума, – говорит он тихо и спокойно. – Успокойся. Я никого не насилую. Сами приходят. И ты придешь, если захочу. Но я не захочу. Данные дала и вали.
Встает с меня.
Машинально перевожу взгляд на выпуклость в паху. Маньяк. Сразу же отвожу взгляд, но он его замечает.
– Придешь, – довольно улыбается. – А сейчас вали.
Я встаю и быстро иду к двери. Когда прохожу мимо Марата, он хватает меня за руку и притягивает к себе.
– Но учти, если обманула…
Не договаривает, а смотрит на меня испепеляющим взглядом. Потом отталкивает от себя и я бегу сломя голову из этого дома.
– Ты где была-то? – встречает меня дома Луиза. – Обыскалась тебя. И на телефон не отвечала.
– Надо было по делам, – уклончиво отвечаю я. – Луиз, слушай, давай потом все расспросы, ладно? Я спать.
Ухожу в комнату и падаю на кровать.
Пытаюсь забыть этот ночной кошмар. Вычеркнуть его. Но перед глазами так и стоит эта самодовольная ухмылка и проникающий внутрь взгляд черных глаз.
Он же получил свое? Сам сказал. Информацию я ему дала. Поэтому можно выдохнуть. Больше ему от меня ничего не надо. Найдет свой саквояж с документами и забудет обо мне. Если уже не забыл.
В этой мысли я укрепилась в последующие дни. Марата я больше не видела. В клубе он не появлялся. И я даже стала забывать ту ночь и его слова. Ну, мне хотелось верить, что я это забуду. Хотя в памяти до сих пор звучал его смех и мне кажется, я даже внутри помнила то самое ощущение после того, как его член оказался во мне.
Конечно, от Луизы я скрыла подробности. Как мне было неприятно ей врать, но и рассказать было стыдно.
И вот, теперь, когда почти отпустило, почти забылось и почти прошло, я опять встречаюсь с этим колким взглядом.
Мое выступление. Я разворачиваюсь к залу и за ближайшим столиком замечаю его. Марата. Он сидит, по привычке положив руки на спинку дивана, и наблюдает за мной, улыбаясь уголком губ. Обвожу зал взглядом и нигде! Нигде я больше не вижу такого самодовольного, надменного взгляда.
Стискиваю зубы от злости. Он же надо мной смеется.
И, не закончив свой танец и так не раздевшись, ухожу со сцены.
Жорик перехватывает меня на пути в гримерку.
– Дакота, с ума сошла? Быстро
