наложниц разных национальностей, да еще и сдавал бедных женщин в аренду.
Если верить свидетельствам архиепископа Макария (1482–1563), в Сибири казаки имели обыкновение вступать в брак в своих «городах и в селах», а «на Москве» жениться «на иных женах» или красть женщин («у мужей жены увозят»). Вернувшись с новыми женами в родные земли, они без зазрения совести их продавали «своей же братье»[64].
Вот таким было положение несвободной женщины на Руси. Может быть, не зря иностранцы называли Русь дикой, варварской? Давайте взглянем на историю Европы. Не будем говорить о рабах-африканцах — это известно всем. Но были там и «белые» рабы.
В XVII веке многие европейские бедняки стремились в колонии в поисках лучшей жизни. Но, с трудом купив билет на корабль и умудрившись выжить на нем, в далекой Америке, на «земле обетованной», им приходилось продавать себя и своих детей в рабство богатому землевладельцу. Белыми рабами становились и преступники, сосланные в Новый Свет. Да и в любой момент можно было стать рабом по решению суда, задолжав кому-то денег. Кроме того, до середины XIX века в самой Англии сохранялся обычай продажи жен — не невольниц или рабынь, а своих законных жен! — на публичных аукционах.
Глава 5. Властительница
«Что такое злая жена?» — спрашивает Даниил Заточник, древнерусский книжник XII или XIII века. У него же готово и описание:
…злая жена наказуема — бесится, а укрощаема — заносится; В богатстве тщеславной становится, а в бедности других осуждает.
<…>
Жены, стойте же в церкви и молитесь Богу и святой Богородице; а чему хотите учиться — учитесь дома у своих мужей. <…>
…злая жена ни учения не слушает, ни священника не чтит, ни Бога не боится, ни людей не стыдится, но всех укоряет и всех осуждает.
<…> Нет на земле ничего лютее женской злобы[65].
Несмотря на засилье патриархальных устоев и тенденциозные исследования мужчин-историков XVIII–XX веков, следует признать, что женщины всех классов (кроме рабынь) на Руси обладали довольно значительной свободой.
К сожалению, летописцы концентрировали свое внимание исключительно на князьях и боярах, однако своды законов свидетельствуют, что правовое положение женщин в Древней Руси было гораздо более высоким, чем в Риме и у древних германцев. Там женщина не имела прав вообще, не могла владеть собственностью и нуждалась в опекуне-мужчине. А вот русская женщина, кроме приданого, также распоряжалась наследством и другими видами имущества. Например, представительницы высшего сословия владели крупными состояниями и поселениями. У той же княгини Ольги в собственности были город, а также места птичьей и звериной ловли.
Рекомендуем посмотреть.
Николай Бруни. Святая великая княгиня Ольга. 1901
© Русский музей, Санкт-Петербург, 2023
В имущественном плане мужчины на Руси часто зависели от жен. Такого порядка вещей не допускало законодательство ни одной европейской страны. «Сага об Олаве Трюггвасоне» (Óláfs saga Tryggvasonar)[66] дает нам интересное свидетельство того, что русские княгини имели свою дружину: «могущественных конунгов был тогда такой обычай: половина дружины была у жены конунга, и она должна была содержать ее на свои средства, и ей причитались налоги и подати, которые были ей необходимы для этого. Так было и у Вальдимара конунга: у его жены была не меньшая дружина, чем у него, и конунг и его жена соперничали в том, чтобы заполучить к себе в дружину наиболее доблестных мужей»[67]. Это подтверждают и русские былины, в которых поляницы (богатырши) сражаются наравне с мужчинами и вообще ведут себя крайне свободно.
Что говорить о представительницах привилегированных сословий, если, судя по берестяным грамотам, даже обычные женщины были экономически независимы. Они могли сами распоряжаться деньгами (порой очень крупными суммами), а также брать в долг, о чем свидетельствуют долговые расписки. В грамоте № 603 и вовсе говорится, что некая жена Смолига сама заплатила за него огромный штраф — целых 20 гривен! Женщины на Руси не только вели хозяйство, они активно занимались ремеслами и продавали то, что сами изготовили; неплохой доход приносила профессия свахи. Мало того, как показывают все те же берестяные грамоты, русские дамы часто занимались и ростовщичеством! В отличие от европейской, русская женщина могла владеть землей, «кормиться за счет урожая с нее, сдавать в аренду или продать часть земли»[68]. При этом ни ее муж, ни сыновья не имели права этой землей распоряжаться.
В случае смерти мужа древнерусские вдовы управляли всем домом (в Западной Европе вдовы отдавались во власть родственников-опекунов). Судя по духовным грамотам и завещаниям князей, именно женам передавали они права старшинства в семье и обязанность решать все вопросы, связанные с имуществом. Так поступил и знаменитый князь Дмитрий Донской (1350–1389): «А по грехом, которого сына моего Бог отъимет, и княгини моя поделит того уделом сынов моих. Которому что даст, тo тому и есть, а дети мои из ее воли не вымутся. <…> А приказал есм свои дети своей княгине. А вы, дети мои, слушайте своее матери во всем»[69].
Судя по историческим документам, княгини на Руси занимались «законодательством и устроительством» ровно в той же степени, что и их мужья. Это, похоже, было нормой для общества того времени. Например, в таком серьезном документе, как Договор Игоря с греками 944 года, перечисляются «держатели», властители земли русской, от имени которых действуют специальные послы. Кроме Игоря — верховного правителя, — в списке трое мужчин и три женщины. Третьим послом сразу за послами Игоря и его сына Святослава назван посол «Ольги княгини» — Искусеви. И этот документ был составлен, заметьте, до гибели Игоря! Также в тексте договора значатся посол Предславы и жены Улеба — дочерей племянников князя. А значит, и они играли важную роль при дворе.
А в XIII–XIV веках супруга князя Всеволода Мстиславовича, имя которой, увы, не сохранилось, участвовала в составлении Устава о церковных судах. Получается, жена князя стояла в одном ряду с самыми важными персонами города, такими как старосты и сотские.
Но еще больше поразило ученых открытие, совершенное археологами. Они нашли несколько княжеских женских печатей, которыми удостоверяли самые важные официальные документы. А это значило, что древнерусские женщины регулярно выполняли важнейшие административные функции в своих землях. Это в корне противоречит представлению о них как о «забитых мужьями».
Интересно прослеживать взаимоотношение православной церкви и женщины. В росписи храма Святой Софии в Киеве обращает на себя внимание значительное количество преподобных
