class="p">Ну а вторая нестыковка – всё дело ведь происходило сейчас в её квартире. Куда она ускользнет и как оставит меня здесь? Нет, в наивных фильмах о любви и такое бывало – ключ мне оставит, завтрак на кухонном столе, всё такое. Записку, опять же. Но в реальной жизни я пока такое точно не встречал.
Значит – хватит делать вид, что я сплю. Да и запястье затекло, неудобно повернутое под жесткой подушкой. Или это не подушка вовсе, а наша одежда комом?
Я открыл один глаз и увидел её спину. Знатоки утверждают: в женщине главное – её обнаженная спина. Ножки – отлично. Грудь – здорово. Многим удаются животики. Ну и все там эти изгибы плеч, бедер, ягодиц и всё такое. Превосходно. Но превыше всего – ахх, именно эта спина, обнаженная, с тонкой стройной линией позвоночника, с подвижными очертаниями беззащитно острых лопаток под нежной кожей, с этими, прости нас Бог, грешных, чудесными ямочками на пояснице.
Кстати, почему она голая, спрашивается, если мы так и не трахались этой ночью?
Она завела руки за спину и неуловимо ловким женским движением застегнула на себе лифчик. Натянутая плотная ткань образовала небольшие складки возле её шеи и подмышек. Тут уж только два варианта, и другого не дано: или этот лифчик её маловат. Или это она великовата для этого лифчика.
Не скажу, чтобы эта случайно увиденная мною деталь была как-то неприятна или отталкивала. Вовсе нет. Лифчик – это хорошо. Чудная деталь женского гардероба. Но хрупкое очарование женской спины было невозвратно утеряно.
…
Мы сидели на кухоньке размером чуть шире надувного матраса, оставшегося в её комнате, и чинно пили кофе. С каждым годом всяческие задаваки всё громче фыркают пренебрежительно, услышав это словосочетание – «растворимый кофе», а мне ничего, мне нравится. К тому же к кофе прилагалось вкусное печенье со слоем шоколада сверху. Я и предложенный бутерброд с удовольствием съел – батон, сыр, масло. Люблю завтракать бутербродами с кофе. Есть в этом что-то, что дает тебе надежду – ты еще не совсем пропал, ты не на самом дне, ты не конченый. Есть утро, есть кофе, есть бутерброды.
Кружки, из которых мы пили этот самый кофе, были явно куплены вместе, одним комплектом. Они были одинаковые, только разных цветов: мне досталась зеленая, а у неё в руках была оранжевая. Дизайн такой, современенький, с претензией на хай-тэк. Такие обычно выставлены в Фикспрайсах и Икее.
Они, эти кружки, меня немного настораживали. Такие покупают себе пары, счастливо влюбленные голубки, когда только начинают вить своё гнездышко, как раз в таких вот однушках. Но голубя этого или его следов я тут не замечал, равно как и каких-либо других примет парного проживания, пусть уже и законченного, судя по всему. Это ничего, что я так просто сижу и пью – из его кружки? Почему у неё нет даже кровати, зачем она так пристально на меня посматривает, о чем серьезном думает, судя по напряженным морщинкам на красивом лобике, и как мне теперь выбраться отсюда, а главное – когда?
Мы пили кофе и говорили о наших возможных и невозможных отношениях – зря, конечно. Я с самого начала этой беседы понимал, что ничегошеньки хорошего из этого не выйдет.
Не могут два человека противоположного пола вот так вот сесть с утра за один стол, напротив друг друга, и спокойно в диалоге всё разрешить. Тем более – если речь заходит про отношения. Словами тут обычно мало чем поможешь. Не такими нас создал Бог. А как же мозги поебать?
Тем временем в её голосе зазвучало даже больше металла и обиды, чем она сама этого хотела:
– И что же нам теперь? Пожениться?
Пожениться, ага…
В мире есть мало вещей, которые я не люблю еще больше, чем общаться с людьми по телефону. Сползший носок в кроссовке; надевать зимой двое штанов; работающий телевизор во время секса; совещания по понедельникам; трезвых людей на пьянке; глупых громких женщин; когда нечем запить водку; делать вид, что тебе интересно слушать кого-то, и…и свадьбы.
Я ненавижу эти бл….ие свадьбы.
Там вечно негде удобно встать, вечно душно в этих пиджаках и рубашках, отовсюду пахнет косметикой и дурными манерами, музыка и люди фальшивят, смеяться не смешно, шампанское неприятно теплое, а шоколад пачкает пальцы и пристает липкими комками к зубам и языку.
О чем я ей немедленно и рассказал.
А она в ответ зажмурилась, как кошка на солнце, а затем, как кошка при луне, открыла свои зелено – карие глазища, уткнула их в меня и сосредоточено проговорила, будто заранее заучила:
– Сегодня мне приснился сон:
…у вас была свадьба с вашей девушкой. Она была изящна и красива, но вы были грустны. Это всё происходило на сцене, гости были в зале. И я в том числе. В конце торжества я осталась одна и сидела в огромном зале. Я знала, что вы придёте. Не знаю почему, но я подарила три корзинки с разными ягодами. Мы просто молча сидели, вы кушали черную смородину. Вскоре пришла ваша жена. Я поздравила вас и ушла.
Вот откуда она это взяла? Вычитала что ли где-то. И на «вы», главное. Я ничего не сообразил, и поэтому просто молчал, глупо улыбаясь. Пристально и с умным видом смотрел на неё, будто что-то понимал. Ни черта я не понимал.
Но уже было ясно – пятница неминуемо закончилась. Началась суббота, закончится и она. Всё заканчивается. До еще одного пустого понедельника в запасе оставались еще одни пустые выходные. И провести их здесь я, кажется, пока не готов. Позже с этим разберемся. Чуть позже.
…
Пожалуй, я слишком уж поспешно скатился вниз по скошенным ступенькам невысокого подъездного крыльца, и неприятно громкий удар захлопнувшейся стальной подъездной двери возвестил всему миру о моём очередном фиаско.
Я замер на секунду, покрутил головой, осматривая заставленный машинами незнакомый мне двор незнакомого района, почесал затылок, недоумевая, почему я совершенно не помню, как, во сколько, и, главное, в каком состоянии попал сюда накануне. Затем бросил об этом думать, закурил, и побрел куда глаза глядят, имея конечной точкой маршрута свою холостяцкую берлогу, а промежуточной – любой супермаркет или пивнушку-разливушку. Субботка.
…
Я встретил их, а они, в свою очередь, встретили меня, по классике, у гаражей. Двое, стереотипные аж до легкой оторопи. Бритые головы, похмельная щетина, недобрые колючие взгляды, насупленные брови, незамысловатые узоры татуировок-портаков, спортивная одежда, черные кроссовки, всё – в
