Читаем без скачивания Мрак в конце тоннеля - Владимир Колычев

– Да ты не бойся, лучевая болезнь тебе не грозит. Не тот еще уровень, – сказал Валера. – От ста двадцати надо плясать, чтобы лучевую болезнь заработать, и то не у всех это бывает. Если у тебя организм крепкий, то тебе ничего не грозит…

– Да крепкий у меня организм! – встрепенувшись, сказал Леша. – Я на Крещение в проруби каждый год купаюсь!

– Значит, иммунитет хороший… Учти, радиация снижает иммунитет. Поэтому будь осторожен, чтобы простуду не подхватить. А то, я так понимаю, с медициной здесь так же, как и с электричеством, – заметил Валера.

– Да нет, в медпункте что-то есть, – не согласился Леша.

Я тоже заглядывал в медпункт, когда обследовал бункер. Со скидкой на подземное сооружение порядок там был образцовый. Стены обшиты пластиком, стеклянный шкаф, бинты в нем, жгуты, таблетки в упаковках, спирт в банке, какие-то мази. Ковер на полу, стол, стул, яркая осветительная лампа, плакаты в деревянных рамках. Только медсестры там не было.

– Блин, разберут же все! – хлопнув себя по лбу, Леша вскочил со своего лежака и выбежал из кубрика.

И его молчаливый брат безмолвно последовал за ним.

– Да, ситуация, – уныло вздохнул Валера. – Я здесь, а мама там. И Вика с ней…

– Вика твоя невеста?

– Да нет, сестра родная… Невесты у меня нет.

– И не было?

– Да нет, была. Только скучно с ней вдруг стало… Да и ей со мной тоже.

– Ну, хоть какая-то взаимность.

– И не говорите…

Чувствовалось, что парень относился ко мне с большим уважением, чем к Леше, с которым я был примерно одного возраста. К нему он обращался на «ты», а ко мне на «вы». Но какое это сейчас имеет значение, когда мы все медленно накачиваемся радиацией?

– Ты понял, куда братья пошли? – с неприязнью к своим соседям спросил я.

– За лекарствами.

– Мародерничать они пошли. Боюсь, тут беспредел может начаться. Порядка нет, управлять нами некому, ситуация напряженная, мать ее анархию… Двумя ногами в бардаке стоим… Ты мне скажи, у тебя ствол боевой или травматический?

– Какой ствол?

– Который ты на груди держишь. Пистолет у тебя в кобуре, да?

– Откуда вы узнали? – удивился парень.

– Пуговица у тебя на куртке немного оттянута. И контур чуть-чуть просматривается, когда плечи расправляешь…

– Да нет, я смотрел, не видно ничего.

– Я, парень, одиннадцать лет в уголовном розыске прослужил… Что за пушка у тебя, спрашиваю?

– Да так, ничего особенного. «Вальтер» пневматический. Шариками стреляет…

Валера расстегнул куртку, вынул из карманной кобуры пистолет, протянул мне. Действительно «Вальтер», и правда пневматический.

– Зачем с собой взял?

– Да спокойней как-то, – пожал плечами парень.

– Он тебе не поможет. Если ты в меня, например, выстрелишь, только еще больше разозлишь. Поверь, в состоянии аффекта такой выстрел никто даже не почувствует…

– А если в глаз выстрелить?

– В глаз еще попасть нужно.

– А если так?

Валера достал из кармана какой-то предмет, вытянул руку, чтобы я осветил ее фонарем. Это был цилиндр глушителя, который он тут же неторопливо и с важными видом накрутил на пистолет.

– Был у меня случай, с придурком одним сцепился. Я глушитель на ствол накрутил и ему под ноги выстрелил. Как будто это бесшумный пистолет. Он как ломанулся от меня, только пятки сверкали.

– Значит, полный придурок был, – хмыкнул я. – Боевой пистолет с глушителем бесшумно стреляет, но у него затворная рама назад отходит. С характерным звуком. А в твоем пистолете этого нет…

Валера передернул затвор и выстрелил в потолок. Пневматический пшик действительно напоминал заглушенный выстрел, но затворная рама на пистолете даже не дернулась.

– Ну да, нету здесь такого, – приуныл парень.

– А чего ты переживаешь? В наших джунглях такой пшикалкой никакого не напугаешь. В нашем положении не пугать надо, а сразу на поражение стрелять. Ну, если вдруг что… Боевое оружие сейчас нужно. Хорошо, если я ошибаюсь – а если нет?

Я сунул руку под полу куртки, вынул из оперативной кобуры «макарыч».

Частному охраннику разрешалось иметь при себе служебное оружие, которое отличалось от боевого лишь ослабленной дульной энергией. А так ствол нарезной, и пуля настоящая. А частному сыщику по закону дозволялось иметь только спецсредства – шлем, бронежилет, резиновую палку и наручники. Даже травматический пистолет иметь нельзя. Частному детективу такое оружие не позволялось, поэтому я приобрел «макарыч» на правах обычного гражданина, разумеется, с соблюдением всех разрешительных формальностей. Такая вот петрушка у нас с законами. Была. Потому что ни петрушки теперь нет, ни законов. Есть только хаос, и сейчас он сверху спускается к нам.

– Боевой? – спросил Валера.

– Если бы, – с сожалением покачал я головой.

И в это время под потолком загорелась лампа. И воздух с едва уловимым шелестом посыпался из вентиляционного канала. Или дизельная электростанция заработала, или… Может, и нет никакой войны? Может, все-таки нас водят за нос?..

Я только собирался вернуть пистолет на место, когда в кубрик вбежал Леша. Глаза бешеные, под носом по лицу размазана кровь.

– Гады! Гады! – простонал он, в беспомощной злобе сжимая кулаки.

Увидев пистолет в моей руке, он испуганно попятился, столкнувшись в дверном проеме со своим старшим братом.

– Эй, ты чего?

– Ничего, – хмыкнул я, засовывая пистолет в кобуру.

– А я думал, стрелять будешь!

– За что, за мародерство?

– Какое мародерство? – Отодвинув младшего брата, помещение заполнил Геннадий Ефремович. – Ничего там нет, без нас все смели…

Он бросил на пол свернутый в рулон ковер.

– Только это и осталось… Ногам теплей будет…

– Хозяйственный ты мужик, Геннадий свет Ефремович… А чего брата не уберег?

– Да я сам себя не уберег! – тряхнул головой Леша. – Даже не понял ничего! Влетели в медпункт, фонарь из руки выбили и кулаком в нос… Ну, я руками махать, а ничего не видно… Гену в бок толкнули…

– Не люди, а черти какие-то, – кивнул Геннадий Ефремович. – Руками не ухватить.

– А надо было хватать, пока они копыта свои не унесли. За рога хватать, за хвост…

– Не смешно, – насупленно глянул на меня Леша.

– Так никто и не смеется, – невесело хмыкнул я.

Похоже, хаос уже проник в наши ряды. Народ уже разграбил медпункт, что следующее на очереди? Неужели продуктовый склад?

Рука моя невольно потянулась к фляжке с коньяком: надо было успокоиться, освежить мысли. Но я одернул себя: слишком серьезно все, чтобы блаженствовать, лежа на боку. К складу надо идти, брать его под охрану, а то ведь разнесут все к черту. Если это уже не произошло…

– О, я бы тоже выпил! – Леша перевел взгляд с меня на бутылку водки, которая по-прежнему стояла на моей тумбочке.

Глаза его изумленно расширились. Его удивляла собственная безалаберность. Как так могло случиться, что столь драгоценная вещь осталась без присмотра? Время сейчас такое, когда можно думать только о своей рубашке. Ничего другого в его глазах я не прочел.

Он шагнул к тумбочке, а я в это время поднялся с лежака. Леша дернулся, поднес к груди сжатые кулаки. Похоже, он решил, что я собираюсь завладеть бутылкой, и приготовился со мной драться. Быстро же деградирует народ…

– Выпить хочешь? – пренебрежительно скривил я губы. – А закуска?

Я двинулся к дверям, и Лешу сдуло с моего пути. Парень он мощный, кряжистый, но и я не слабого десятка. Мои родители в правильной очереди стояли, когда Бог рост и силу раздавал. Мышечную массу я себе никогда не накачивал, но и без этого смотрелся весьма внушительно. Что Леша своим поведением сейчас лишний раз подтвердил. Да и кулаки у меня большие и крепкие. Так что лучше не становиться у меня на пути.

Я вышел в коридор и увидел двух мужчин. Один был в джинсовом, как у меня, костюме, другой – в шелестящем камуфляжном комбинезоне натовского образца и горных ботинках с эластичной, пружинящей подошвой. Не обращая на меня внимания, они стремительно шли в сторону пищеблока. Похоже, их также интересовала закуска.

И точно, в поварской я увидел толпу людей. «Капитан», «лейтенант» и два парня в белых куртках стояли спиной к железной двери, а на них надвигались туристы. И «гаваец» там был, и «моряк», и еще несколько особо умных; к ним и присоединился дуэт, за которым я следовал от своего кубрика.

– Да что вы такое говорите? – возмущенно мотал головой «капитан». – Как это разделить поровну? Мы и так все делим поровну! Мы вскрываем банки, разогреваем их содержимое, вы получаете горячую пищу!

– Одну банку нам, другую себе? Знаю, как у нас все делается! – наседал на «капитана» безусый юнец в теплом спортивном костюме цвета хаки. Волосы растрепаны, в глазах безумный блеск, рот искажен, под носом сопли, на губах пена. Казалось, он вот-вот бросится на Болгарова с кулаками.

– Ты, «капитан», мозги нам не выноси, не надо! – шагнул вперед «гаваец». – Давай делить все по-честному, и сразу! А разогреть харч мы и сами сможем.