— Или же можем остаться здесь с ним, — предложил Майк, — а она могла бы отправиться в полицию.
— Я останусь, — сказала Грейс. — А вы, ребята, езжайте за помощью.
— Ты что, шутишь? — не выдержал Майк.
— Да, ты же сама этого не захочешь. Он ведь скоро обязательно очнется.
— Со мной все будет в порядке. Он связан. Езжайте, только оставьте мне нож.
— Но мы на великах, — заметил Майк. — Нам понадобится немало времени, чтобы добраться до города.
— Можем взять фургон этого парня, — предложил Джим, хотя и понимал, что было бы безумием оставлять здесь Грейс одну. — Или же поедет кто-то один из нас?
— Видимо, речь идет обо мне, — сказал Майк, изобразив несколько кисловатую гримасу. — Ведь у тебя только ученическое удостоверение.
— Ситуация у нас экстренная. Копам будет до лампочки наличие у тебя водительских прав или же их отсутствие.
— Почему бы вам просто не воспользоваться своими велосипедами? — предложила Грейс. — Не думаю, что кому-то стоит использовать фургон. Когда приедут копы, то они непременно станут искать там улики. Его не стоит… ну, понимаете, подвергать постороннему воздействию. По-моему, у него там побывали и другие девушки, помимо меня.
— Да ладно? — не сдержал удивления Майк.
— Да-да, там сзади лежали какие-то шмотки. И я обратила внимание на пятна. Мне кажется, он один из тех парней, которые колесят по окрестностям… и хватают девушек, что им подвернутся.
— Убийца-серийник? — спросил Джим.
— Ну да, что-то типа того.
— Боженьки, — выдохнул Майк.
— Тебя-то он как поймал? — спросил Джим.
Грейс плотно сжала губы. Выглядела при этом так, словно прилагала все силы, чтобы сдержать слезы. Через некоторое время она ответила: — Просто сцапал меня, — ее голос прозвучал неожиданно резко, — пока я шла к своей машине. — Она шмыгнула носом. — Подошел ко мне сзади и… кольнул меня в спину. Своим ножом. Потом говорит: «Пойдем со мной. Я хочу тебе кое-что показать». И он принудил меня пойти к его фургону. Потом запихнул внутрь. Мы даже не были знакомы. И я никогда не переходила ему дорогу.
У Джима сжалось горло, пока он слушал ее и наблюдал, как она мучается, в попытках объясниться. Он протянул руку и положил ей на плечо. Она шмыгнула и быстро вытерла нос.
— Мне никогда в жизни не было так… жутко. Вы не представляете… — ее дыхание сбилось, — что он со мной вытворял.
По тому, как она посмотрела на Джима, и по наклону ее тела, он догадался, насколько она нуждалась в том, чтобы ее обняли. Он заключил ее в объятия. Блузка на ее спине промокла и стала липкой. Девушка крепко прижималась к нему. Ему захотелось, чтобы ее блузка была распахнута пошире, и ее обнаженная грудь прижималась к его торсу, как в прошлый раз.
Майк, наблюдавший за ними, нахмурился.
— Ну ладно. Надо что-то придумать, что делать с этим парнем.
— Почему бы тебе не отправиться за копами? — сказал ему Джим. — А я останусь с Грейс.
— Спасибо, но нет.
— Вам лучше ехать обоим, — сказала Грейс. — Здесь со мной ничего не случится.
— Не получится оставить тебя с ним одну.
— Еще как получится. — Высвободившись из его объятий, она утерла слезы из глаз. — Идите. Я серьезно.
До него вдруг дошло, почему ей так неймется спровадить их обоих. Словно тяжелая гиря, осела в его желудке.
— Ты задумала с ним что-то сделать.
— Нет, ничего я не задумала. Просто идите. Прошу вас.
— Так ты сможешь убить его, — ему было больно разговаривать с ней в таком тоне. Он хотел обнимать ее, осыпать поцелуями, а не стоять тут и обличать. — Ты убьешь его. А потом ты, скорее всего, заберешь его фургон и исчезнешь.
— Ну и дела, чувак, — сказал Майк. — А ведь ты же прав.
— Вы видели, что он со мной сделал. И то только малую кроху, из всего. — Ее лицо раскраснелось и, было искажено агонией, по щекам текли слезы. — Он должен… Боже мой, неужто вы не согласны, что он заслуживает всего, чего бы ни получил?
— Как бы да, но … нельзя же его вот так просто взять и хладнокровно прикончить.
— Именно так он собирался поступить со мной. Как только ему надоело бы меня мучить. А заодно и насиловать. И уверена, что я была у него далеко не первой. Держу пари, он проделывал подобное с кучей других девчонок.
— Понимаю, но убивать его… — промямлил Майк.
— Вам, ребята, смотреть не обязательно. Просто идите. Я дождусь, когда вас тут не будет.
— Но мы по-любому будем знать, — ответил Джим.
— Как и ты, — обратился к ней Майк. — Прямо сейчас ты хочешь с ним поквитаться за то, что он вытворял. Но что потом? Если убьешь его, тебе ведь до конца дней своих с этим жить.
— Мне и так придется жить с тем, что он со мной сделал, — сказала она, сделав глубокий, судорожный вздох. — Пока он не сдохнет, я буду… постоянно переживать, что он однажды снова до меня доберется.
— У него не получится, — сказал Джим. — Таких парней, как он не выпускают из тюрем.
— Ну да, как же.
— А если они не смогут доказать, причастность к совершенным им убийствам? — уточнил Майк. — Ему могут накинуть… ну не знаю, десятку или двадцатку за то, что он творил с Грейс. А за примерное поведение предоставляется досрочное освобождение.
— Все так, — поддержала Грейс. — Он может оказаться на воле через пять, пускай десять лет, и что же тогда? Даже если он не придет по мою душу, так доберется до кого-то еще.
— Она дело говорит.
— И это будет на нашей совести. — Грейс больше не плакала. Казалось, она полностью сосредоточилась на том, чтобы повлиять на решение Джима. — Если его выпустят, или он сбежит, или еще что-нибудь, и убьет кого-нибудь, то повинны в этом будем мы. У нас есть возможность избавиться от него здесь и сейчас. Никто, кроме нас, знать об этом не будет. И он больше никогда, никогда не сможет никому навредить.
— Это было бы убийством, — промолвил Джим.
— Да мне насрать! — Она вдруг рванулась в сторону, выхватила нож у Майка и бросилась к связанному, обездвиженному мужчине. Его тело содрогнулось, когда она приземлилась ему на задницу и высоко занесла нож.
— Нет!
Как раз в тот момент, когда нож стремительно опускался, Джим повалил ее на землю. Она ворочалась и извивалась под ним.
— Не трожь меня! — задыхалась она. — Отцепись!
Он поймал ее запястья и прижал их к земле.
— Выпусти нож!
— Джим, ты чего, — пробурчал Майк позади него.
— Мы не можем ей позволить!
Она перестала сопротивляться и заглянула Джиму в глаза.
— Позвольте мне сделать то, что мне нужно, — сказала она, — и вы сможете мной овладеть. Можете оба.
— Чего? — ошарашенно выдохнул Джим.
— Вам это нужно. Я же знаю, что нужно.
— О, Боже мой, — вырвалось у Майка.
Затаив дыхание, Джим уставился на нее сверху. Он сидел на ее бедрах. Блузка девушки распахнулась, демонстрируя груди. Он чувствовал ее жар. Припомнив, что на ней нет трусиков, у него начал вставать.
— Я серьезно. Вы оба мне приятны. Мы можем заняться любовью прямо здесь и прямо сейчас. Если вы позволите мне взять нож и… разобраться с ним.
— О, Боже, — пробормотал Майк.
— Целуй меня, Джим. Поцелуй же мою грудь.
— Иисусе. Ну давай же, дерзай чувак.
Он освободил ее левую руку — ту, что без ножа — и нежно погладил ее грудь. Он не сомневался, что никогда не прикасался к чему-либо столь нежному, столь восхитительному. Грейс тихонько простонала.
— Я причиняю тебе боль?
— Нет. Нет.
Он провел пальцем по полумесяцу ранок, оставленных зубами мужчины.
И невольно вздрогнул от неожиданности, когда рука Грейс погладила его пенис через купальные шорты. Ни одна девушка еще ни разу его там не трогала.
Она делает это только для того, чтобы я позволил ей убить того парня.
Ну и что? Пускай.
Это было бы то же самое, как если бы я убил его собственноручно.
Он — ее цена.
Да и в любом случае, нелюдь он конченный.
Рука Грейс проникла ему в шорты. Ее пальцы обхватили его член, медленно скользя вверх и вниз. Он вздрогнул. Ему показалось, что он вот-вот взорвется.
