такой умный.
Вилли фыркнул и окатил меня презрительным взглядом. Надо бы выяснить, что это за порода такая, особо вредная, и кот ли он вообще.
***
Нортон нашел то, что искал, у местного кузнеца, который чуть не единственный во всей деревне от него не шарахался. Кузнец вручил ему тонкие пластины железа и даже не побоялся поторговаться.
Это все Фрида. Когда она узнала, что местные атакуют великого артефактора на каждом шагу, требуя сделать разные штуки, вроде волшебного яйца, повышающего яйценоскость кур, или гребня для коз, от которого шерсть росла бы гуще и шелковистее, то стала распускать слухи. Мол, Нортон Мрок настолько велик и могуч, что его артефакты действуют слишком мощно. Куру от волшебного яйца как бы не разорвало, а банальная незалетайка в его исполнении может сделать акт любви невозможным. Навеки. После этого местные обходили Нортона стороной и только уважительно кланялись, обычно – с противоположной стороны улицы.
Не то, чтобы он скучал по общению, но это в очередной раз подчеркивало его оторванность от обыденности. Плата за магию, которая определяла и его суть, и судьбу.
Выйдя из кузни, Норт повернул в таверну. Ему не хотелось напрягать Мариэль обедом, к тому же завтрак был, надо признать, так себе.
– Кто к нам пожаловал, – обрадовалась Фрида. – Так, ты давай быстро пересел, – это уже мужичку, что занял лучший стол у окна. – Не видишь – господин маг пришел. Иди-иди, пока не заколдовали!
Мужичок быстро метнулся в угол вместе с недоеденной кашей, а Фрида деловито протерла стол.
– Ну, что? Срослось с домоправительницей? – спросила она без обиняков.
– Ты была права, – довольно ответил Нортон. – Я ей нравлюсь.
– Так и она тебе тоже.
– Так заметно? – усмехнулся он.
– А зачем бы ты тогда вообще ее взял на работу? – резонно поинтересовалась кухарка. – У тебя дом напичкан артефактами под самую крышу. Даже я по большому счету не особо нужна. Только вот для готовки. Пообедаешь?
– Да. Давай, что у тебя сегодня самое вкусное.
Фрида скрылась на кухне, а Норт вынул из кармана железные пластинки, и сложил их веером. Придется еще поработать, но итог должен получиться интересным. Понравится ли Мариэль?
Она, кажется, девушка боевая, даром что бытовик. С соседями разобралась лихо. Нортон наблюдал за ней из окна, готовый если что прийти на подмогу, и когда она бахнула уже отработанным на мышке приемом, стекла слегка задрожали. Но, кажется, никто не пострадал, а соседка – вот уникальный случай – молчала. Хотя Норт был готов к тому, что крики понесутся по всей округе.
Фрида поставила перед ним тарелку с наваристым фасолевым супом, корзинку с хрустящим хлебом, положила приборы, завернутые в салфетку.
– Но ты же понимаешь, что это все несерьезно? – уточнила она.
Норт лишь вздохнул и, избегая ответа, принялся за еду.
– Твоя матушка шлет мне письма и требует отчета, – продолжила Фрида, усевшись напротив. – Она вовсю готовится к свадьбе. Выбрала храм, наняла каких-то столичных артистов…
– Можно подумать, это ее свадьба, – не сдержался Норт. – Она не подозревает, что ты в некотором роде двойной агент?
– Я приносила ей клятву верности, как и тебе. Балансирую по краю. Не поверишь – вижу тучу и думаю, что сделала не так. Но в конце концов, дождь – это не так уж и плохо. Лето засушливое было. Я даже думаю подработать таким нехитрым способом. Буду за деньги ходить по чужим огородам и поносить Мроков. И дождик за мной следом.
– Если просто обзываться, то не сработает, – возразил Нортон.
Фрида нахмурила выгоревшие брови, явно прикидывая варианты.
– Что еще мать писала? – спросил Норт.
– Кстати! Свежее прочитать не успела, – Фрида достала из кармана передника розовый конверт, сладкий аромат от которого перебил даже запах фасоли, и вскрыла. – Угу, ага, вот как, – пробубнила она и, сложив письмо, небрежно запихала его назад в конверт. – К тебе едут гости.
– Мать? – ужаснулся Нортон.
– Брат, – ответила Фрида. – Должен проверить твою готовность к свадьбе и все такое.
Норт зачерпнул суп, но отодвинул тарелку – аппетит пропал напрочь.
– Да ладно тебе, – подбодрила его Фрида. – Вдруг твоя женушка тоже окажется ничего. Но с Мариэль ты определяйся. Под носом у брата крутить шуры-муры не выйдет.
Если бы все было так просто. Брату начхать и на свадьбу, и на интрижки. Нет, Артей едет совсем с другими целями, и от предстоящей встречи Норт не ждал ничего хорошего.
– Когда он явится?
– Она не уточнила. Скоро. Что мне ей написать?
– Как обычно. Все в порядке. Я слегка грущу, много гуляю на свежем воздухе, ем с аппетитом и провожу время за чтением. И в целом осознаю непреложность скорого брака.
– А ты осознаешь? – спросила Фрида.
Норт смял салфетку и отшвырнул в сторону. За окном покачивались подсолнухи, словно прислушиваясь к беседе, но он не знал, что ответить. Ясно, что придется жениться. Но как же не хочется…
– Давай принесу тебе абрикосовый пирог, – предложила Фрида. – С малиновым чаем.
– Неси, – разрешил Нортон, которому под понимающим взглядом кухарки вдруг стало очень себя жалко.
Десять лет назад на помолвке он чувствовал себя овцой, приносимой в жертву во искупление отцовских ошибок. Те деньги, что они получили в качестве приданого Шарлотты как-то там Эверли, помогли заткнуть дыру в семейном бюджете, а он сам сразу же отправился в академию магии в Эркайе. В бурном потоке студенческой жизни Норт почти сумел забыть и о предстоящем браке, и о девочке, которая смотрела на него с наивным восторгом, и о том, что он сам повел себя непростительно грубо… Он тогда по уши был влюблен в старшекурсницу с лекарского факультета, с которой еще при поступлении успел познать запретные радости плоти. А тут малявка, тощая и несуразная как лягушонок. Будущая жена.
Абрикосовый пирог был еще теплым и очень вкусным, и Фриде хватило такта оставить Норта в покое. Она подрабатывала кухаркой в поместье Мроков, сколько Норт себя помнил, и он воспринимал ее как тетушку – слегка надоедливую, но любящую.
Кажется, Фрида не видит ничего плохого в том, что он напоследок развлечется. Тем более девушка так красива, и явно с темпераментом, и тоже вроде не против… Вот бы его жена хоть чуть-чуть походила на Мариэль.
Глава 6. Адаптируйся и импровизируй
Великие полководцы даже проигрыш умеют превратить в победу, и мое утреннее поражение легко становилось преимуществом в дальнейшей войне. Нортон Мрок решил, что он мне нравится. Неискушенная бедняжка домоправительница пала жертвой его синих глаз и идеального торса. Что ж, пусть
