Но сегодня она старалась держать себя в руках — ее беспокоила Луиза. Эта девица совсем не в его вкусе, успокаивала она себя, но все же надо быть настороже.
Вечером они сидели в саду на скамейке под тутовым деревом, читая газеты.
— Совсем как старые супруги, — заметила Хелена, а за чаем, который Рози подала в сад, сказала небрежно: — Тебе повезло, что у тебя такая толковая помощница. Она, должно быть, не глупа.
— Понятия не имею. Но свое дело она знает. К тому же она очень наблюдательна, что немаловажно.
— Она довольно хорошенькая. — Поскольку доктор оставил это замечание без внимания, Хелена спросила: — Тебе нравится такой тип женщин? Многие мужчины любят все эти выпуклости… — Она с гордостью глянула на свою плоскую грудь. — Как, наверно, трудно подобрать одежду на такую фигуру. Кстати, я на днях купила прелестное платье, так что мы обязательно должны куда-нибудь сходить.
— Хорошо. Как только вернется сэр Джеймс и я вернусь к нормальной жизни.
— Ты называешь свою жизнь нормальной? Нет, дорогой, когда мы поженимся, мне придется кое-что изменить.
Доктор ничего не ответил. Он сидел с умиротворенным видом, а Хелене и в голову не приходило полюбопытствовать, о чем он думает.
В понедельник Луиза встала рано, как следует позавтракала и, надев одно из своих скромных платьев — голубое, с белым воротником и манжетами, — отправилась на работу. Доктор Гиффорд приедет к десяти, когда начнется прием, но у нее и без того полно дел.
Ни миссис Грант, ни Джилли еще не было. Луиза отдернула занавески, открыла окна в приемной и, на ходу поставив на плиту чайник, заглянула в кабинет доктора.
Доктор Гиффорд сидел за письменным столом и что-то писал. Увидев Луизу, он поздоровался и сказал:
— Сэр Джеймс возвращается сегодня поздно вечером. Он попросил, чтобы мы поработали еще до среды. Я вечером уеду, а завтра утром вернусь. Вам нет необходимости ехать в Хассидж.
— Хорошо, доктор Гиффорд, — ответила Луиза. Она ощутила странное чувство разочарования. Ей будет не хватать уютного старого дома, сопения Беллоу, доброты Рози и, если честно, доктора Гиффорда. Времени сказать что-либо еще не оставалось, да и что тут говорить?
Миссис Грант, узнав новость, была довольна, а Джилли сказала с тяжелым вздохом:
— Мы больше его не увидим. Здесь опять станет так скучно!
— Тебе некогда будет скучать, детка, — подбодрила ее миссис Грант. — Сегодня много больных.
День оказался необычно загруженным. К тому же многие пациенты опаздывали, так что приходилось успокаивать остальных, предлагать чай или кофе. Все это означало сокращение обеденного перерыва, а доктору вообще пришлось довольствоваться кофе и печеньем.
Миссис Грант, отослав Джилли домой, прибирала смотровую перед уходом домой.
— А ты идешь? — спросила она Луизу.
— Надеюсь. Подожду еще немного: вдруг надо кого-нибудь записать или подготовить письмо?
Она стала прибирать свой стол, но тут ее вызвал доктор Гиффорд. Перед ним лежал открытый журнал записи пациентов.
— Не могли бы вы просмотреть вместе со мной эти записи?
— Но ведь вы едете домой…
— Да. Постараемся закончить побыстрее.
Все же работа заняла целый час.
— Извините, что задержал вас, мисс Ховард. Увидимся завтра утром.
Луиза закрыла свой блокнот и неожиданно спросила:
— Вы сегодня что-нибудь ели?
— Нет. — Он посмотрел на нее с удивлением.
— А хотите?
Тут он все же улыбнулся.
— Признаться, да. Но мне надо еще заехать к одному больному.
— В таком случае мы поедем ко мне, и вы перекусите. Это займет всего десять минут, но вы почувствуете себя лучше.
Доктор на минуту задумался, а потом удивил ее своим ответом:
— Спасибо. Я согласен, если только вас это не очень затруднит.
— Ну, мне и самой надо поесть.
Дома Луиза усадила доктора Гиффорда у окна в качалку, которая оказалась ему маловата, и отправилась на кухню, где сварила кофе и приготовила гору сандвичей с ветчиной.
Вернувшись в комнату, она увидела, что доктор разглядывает акварели, которые она привезла из дома.
— Хорошие картины, — заметил он.
— Они достались мне по наследству от родителей. Садитесь и ешьте. Я могу предложить вам лишь сандвичи, зато в большом количестве.
Голодный доктор быстро управился с этой горой. Луиза съела всего один сандвич, чтобы Гиффорду досталось побольше. Стараясь найти тему для разговора, она спросила:
— Вы пойдете на бал, который устраивают Вудли? Уверена, что мисс Торнфодд с ними знакома. Вы, наверно, знаете, что бал будет по случаю обручения их младшей дочери, Меган.
Доктор молчал, и Луиза залилась краской. Он подумает, что она выуживает подробности его личной жизни…
Увидев, что она покраснела, доктор прекрасно понял, чем вызвано ее смущение. Хелена, насколько он помнил, никогда не краснела.
— Конечно, пойдем, — ответил он как можно более непринужденно. — А вы? Кажется, Вудли знакомы со всеми в округе.
— Пойду. Я училась в одном классе со старшей сестрой Меган, и мой отец был знаком с этой семьей.
Он поставил кружку и поднялся.
— Спасибо. Вы были очень добры. Я чувствую себя новым человеком.
Луиза проводила его до двери, а потом выглянула в окно посмотреть, как он отъезжает.
Она все еще была голодна, поэтому, вымыв тарелки и кружки, поджарила яичницу и налила стакан сухого белого вина. Она уже заканчивала ужин, когда ее осенила счастливая, как ей показалось, мысль.
Бал у Вудли! Он пойдет туда со своей ужасной Хеленой, и Перси тоже будет там. Это шанс их познакомить и тем самым освободить доктора от Хелены. Луиза даже не задумывалась, понравится ли это доктору, она размышляла о том, как бы осуществить свой план.
Жаль, что расставание с Перси было не слишком дружеским. Но он так самоуверен, что она сумеет к нему подольститься, и он согласится сопровождать ее на бал. Она наденет новое платье и примет задумчивый вид. А бриллиантовые сережки напомнят ему, сколько он потерял…
На следующее утро доктор Гиффорд в безупречном костюме прибыл точно в назначенный час. И вообще у него был вид хорошо отдохнувшего человека. Луиза, у которой по обыкновению слова бежали впереди мыслей, спросила, хорошо ли он провел вечер с мисс Торнфолд.
Взгляд, которым доктор пронзил девушку, смутил бы любого смертного, но Луиза была скроена из прочного материала.
— Знаете пословицу: мешай дело с бездельем — проживешь век с весельем, — напомнила она и одарила его лучезарной улыбкой.
День снова выдался трудным, к тому же надо было подготовиться к возвращению сэра Джеймса на следующее утро.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
