Читаем без скачивания Кровь и честь - Грин Саймон

Граф Родрик мастерски разделался со своим первым противником, его меч сверкнул в лунном свете. Лицо графа было похоже на холодную безжалостную маску, когда он, быстро повернувшись, встретился со вторым наемником. Сталь зазвенела о сталь — наемник смело отразил атаку. Он принял большинство ударов на щит, стараясь измотать Родрика, и затем напал сам. Оба дерущихся двигались вперед и назад по узкой дороге, вокруг сыпались искры, когда сталкивались их мечи.

Родрик заскрипел зубами от боли в руке, сжимавшей оружие. Уже много лет не приходилось ему драться насмерть. Издержки репутации «лучшего клинка» — трудно найти дурака, который захотел бы драться с тобой, даже до первой крови. Граф наседал, и его противнику приходилось осторожно отступать, но промахов он не совершал. Родрик хмурился. Бой затягивался. И хотя былое мастерство постепенно возвращалось к графу, он терял дыхание, в то время как наемник был еще полон сил. Родрик применил против него один почти совсем забытый прием и понял, что противник, возможно, даже лучший фехтовальщик, чем он сам.

Шестой, и последний, наемник, обойдя дерущихся, бросился к главной цели — принцу. Торгаш подождет, он не опасен. С другой стороны, со средним королевским сыном следовало как можно быстрее разделаться, прежде чем он использует свои колдовские чары. Кроме того, убийце принца полагается дополнительное вознаграждение. Наемник оскалился. Да за лишнюю сотню дукатов он вырежет всю королевскую семью! Не успел он подобраться поближе, как был в немалой степени поражен тем, что путь ему преградил Роберт Аргент с обнаженным мечом в руке. Вид толстого пузатого коротышки, вооруженного новеньким клинком, чрезвычайно позабавил наемника. Силен противник! Принц, вот с кого надо не спускать глаз, а то применит колдовство. Но тот был занят борьбой со своими рукавами и что-то бормотал себе под нос. Аргент сделал выпад, который его противник с легкостью отразил и, перехватив инициативу, заставил купца быстро, шаг за шагом пятиться назад. Аргенту с трудом удавалось защищаться благодаря некоторому превосходству в силе и весе. Но так продолжалось недолго, прошло несколько секунд, и меч выпал у него из рук, а наемник замахнулся для последнего удара.

— Остановись, кровавый убийца! — зарычал Джордан повелительно. Он сделал несколько таинственных движений, и его руки вспыхнули бело-голубым пламенем. Искоса взглянув на актера, купец быстро отбежал в сторону. Джордан вошел в один из своих самых впечатляющих образов — Магистра Ордена колдунов. При исполнении этой роли главная задача актера состояла в том, чтобы зрители смотрели на него, а не на его руки и не видели, как быстро угасает в них пламя. Джордан принялся совершать таинственные движения, чтобы успеть незаметно вытащить еще один воспламеняющийся шарик, спрятанный у него в рукаве, и запустить им в наемника. Ему это удалось, снаряд угодил противнику в грудь, и в одну секунду пламя, охватившее его одежду, обожгло и его лицо. Наемник завопил и, бросив меч, принялся сбивать огонь руками. Джордан шагнул вперед и пронзил убийцу мечом. Тот упал на землю без движения. Пламя яростно пожирало неподвижное тело.

Джордан быстро осмотрелся вокруг. Огонь, лизавший его руки, начинал угасать. Аргент кивнул ему, желая показать, что все в порядке. Гэвэйн уже разделался со своим последним противником, зато тот, который схватился с Родриком, постепенно одолевал. Джордан погасил огонь у себя в руках и украдкой подобрался к наемнику сзади. Ему хватило секунды, чтобы, сняв плащ, набросить его противнику графа на голову, лишая того возможности что-либо видеть. Наемник бешено задергался, пытаясь сбросить с себя тяжелую плотную материю, и Родрик пронзил его насквозь. Сняв свой плащ с убитого, актер снова накинул его на плечо. Граф посмотрел на труп, а затем на Джордана и поднял брови.

— Не верите в честный поединок, не так ли?

— Предпочитаю победу, — ответил актер, поправляя плащ.

— Очень разумный взгляд на вещи, — похвалил мессир Гэвэйн, переступая через убитого и присоединяясь к своим спутникам. Он сердито посмотрел на Аргента, который все еще ползал около кустов на обочине, пытаясь отыскать там свой меч. — Если вы собираетесь остаться с нами, Аргент, то мне, я думаю, придется научить вас драться или по крайней мере не ронять оружие.

— Если бы вы делали вашу работу как следует, мне не пришлось бы обнажать меч, — отпарировал Аргент, который наконец отыскал свое оружие и держал его теперь в руке, — или вы забыли, что вы наш телохранитель?

— Если случается драться, то делать это должны все, — быстро проговорил Родрик, — а сейчас я предлагаю поскорее убраться отсюда к чертям. Эти наемники знали, где нас найти, и вполне возможно, поблизости рыщет подмога. Черт бы меня побрал, Гэвэйн, я ведь был готов поклясться, что никто понятия не имел, куда мы направились. — С этими словами он огорченно посмотрел на только что убитого им противника — Жаль, что мы не смогли никого из них взять живым, чтобы как следует расспросить.

— Весьма сожалею, — развел руками Гэвэйн, — постараюсь не забыть об этом в следующий раз.

Он отправился ловить разбежавшихся лошадей. Актер не без гордости заметил, что его Дымка единственная осталась поблизости. Горд Джордан был также и за себя. Он помог уложить шестерых хорошо вооруженных головорезов, одного из которых прикончил собственноручно, а сам не получил ни единой царапины. Неплохо… Порыв ветра донес до актера запах паленого мяса, исходящий от убитого им наемника, и тут он вдруг осознал реальность всего происходящего. Ему сделалось дурно, и руки его заходили ходуном. Нескольких часов не прошло, как он нанялся на работу, а его уже пытаются прикончить. В другой раз желающих может оказаться куда больше… Джордан решительно шагнул к Родрику и окинул того ледяным взглядом.

— Когда я соглашался на ваше предложение, мне никто не говорил, что придется сражаться с толпами вооруженных до зубов убийц. Я актер, странствующий актер, я могу исполнить любую роль, но я нигде не учился фехтованию и вовсе не собираюсь учиться этому подобным образом. Если бы я искал жизни, полной опасностей и неожиданностей, я бы с радостью стал сборщиком налогов. Короче говоря, или вы найдете чертовски решительный довод, чтобы убедить меня остаться с вами, или я отправляюсь на все четыре стороны, а вы уж как-нибудь без меня ищите другого полудурка на роль принца Виктора.

Родрик неторопливо кивнул:

— Понимаю. И что, по вашему мнению, может стать этим решительным доводом?

«Есть! — подумал Джордан с восторгом. — Все, что надо, это назвать цену, которую они не смогут заплатить, и я свободен!»

— Пятьдесят тысяч дукатов, — сказал он жестко, — торговаться я не намерен.

— Пойдет, — ответил граф Родрик, — пятьдесят тысяч дукатов.

Джордан едва справился с присохшим к нёбу языком.

— Это очень решительный довод, — выдавил он наконец.

— И повторяю, у вас нет никаких причин для беспокойства, — сказал Родрик, когда Гэвэйн возвратился, ведя лошадей, — через неделю мы достигнем Полуночного Замка. Там наши люди сумеют защитить вас.

— Иногда в прожитую неделю укладывается целая жизнь, — мрачно изрек Джордан и, подумав с минуту, спросил: — Что представляет собой ваш Полуночный Замок? Буду ли я в безопасности там?

— Все зависит от того, что вы называете безопасностью, — сказал Гэвэйн, — Полуночный Замок не похож на другие замки.

— Что вы этим хотите сказать? — насторожился Джордан.

— До вас, вероятно, доходили некоторые слухи? — предположил Родрик.

— Ну да, конечно, — сказал Джордан, — но ведь слухи — всего лишь слухи, не так ли?

— Вы ему скажете? — спросил Гэвэйн. — Или, может, мне попробовать?

— Полуночный Замок очень древнее и исполненное тайной власти и могущества место, — сказал Аргент. — В стенах его очень часто реальное может быть нереальным, все зависит от точки зрения.

— Вот это действительно здорово! — сказал Джордан и затряс головой. — Теперь все в порядке, а то моей работе не хватало сложности.