Глава 5
Наступил май. Стало не просто тепло — стало жарко. Война должна была уже вот-вот начаться. Все это понимали, это буквально ощущалось в воздухе. Их стали меньше водить на стрельбище — экономили порох. И если и стреляли, то только местным, который был не такой хороший как привозной. Его приходилось больше закладывать в заряд.
Солдаты с нетерпением ждали когда наступит приказ выступать из опостылевшего города, из этих окружающих со всех сторон стен. Не надо было объяснять против кого была собрана армия. Выбор не особо велик, соседей не особо много — в первую очередь это лежащий на востоке Анатолийский султанат, находившийся по другую сторону Пропонтиды, омывающей город. Он же Бурский, по названию столицы, или Азиатский султанат. Могущественное государство, пожалуй, сильнейшее из исмаилитских, покорившая множество бывших провинций ромеев, со сворой мелких вассалов контролировала всю территорию Восточного Средиземноморья, часть кавказских народов, Месопотамию, Аравию, Египет — Миср. Не раз покушавшиеся на Город государство, которому мешали только его западные «братья». Но последние несколько лет оно переживала тяжёлые времена — доносились слухи о мятеже в Египте, горело восстание Чёрного Писаря на востоке Анатолии и Сирии, к которому присоединилось множество тимариотов и джебелю, недовольных лишением их земли и низкими денежными выплатами, а также ряд сирийских племён, и даже правителей ряда санджаков. Да ещё их восточный сосед, молодой и резвый шах Персии Аббас с интересом присматривался ко всем этим делам, желая вернуть ранее отобранные у его страны земли и приобрести что-нибудь ещё.
Но никто не думал, что придётся воевать с ними, тогда бы испанцы и другие латиняне не оказались здесь. Ну, по крайней мере не в таком количестве. А вот узнав на чьи деньги это всё организовано, можно было с лёгкостью ответить на поставленный вопрос. Первую часть выделил незадолго до своей смерти Филипп II — испанский, сицилийский, неаполитанский и португальский король, герцог Нидерландов, фанатичный католик, пытавшийся уничтожить всяческое инакомыслие, ведущий многолетнюю борьбу с мятежными голландцами, которые были не менее упорными протестантами и ввергнувший свою страну в пучину долгов, не раз объявлявший банкротство. Но это не мешало ему параллельно помогать католикам в других странах деньгами, оружием и солдатами — участие в гражданской войне во Франции, правда закончившейся для него неудачно с приходом к власти Генриха IV, и мятежу графа Тирона в Ирландии против английской королевы Елизаветы, где пока всё идёт успешно для ирландцев. Насаждение католичества, распространение своей власти, ослабление врагов, борьба с досаждавшими пиратами на море — вот цель короля Филиппа II в деле помощи Городу. Каким образом насаждение католичества? Потому что в этом деле, деле помощи, поучаствовал и Папа Римский, повелевший отдать доходы, идущие с церковной десятины южных и юго-восточных земель Священной Римской империи и части итальянских государств на борьбу с исмаилитами Румелии и на помощь христианам Востока. Взамен он требовал то, что продвигали его многочисленные предшественники ещё чуть ли не с XI века — подтверждение ортодоксами Востока главенства преемника апостола Петра и наместника Божьего Сына, то есть его главенство в вопросах веры. Почему же именно в том году, в 1598 году они, и король, и глава католиков, предприняли столь активное участие? Потому что их активно просит о помощи Рудольф II, император Священной Римской империи, король Германии, Богемии, Унгарии, эрцгерцог Австрии, ведущий уже более пяти лет кровавую войну и с румелийцами, и с силистрийцами, и в которой он пока проигрывает. А Рудольф II — представитель другой ветви одной династии, что и Филипп II — Габсбург, активный сторонник католицизма.
Поэтому все понимали — удар придётся по Румелийскому, или по Силистрийскому султанатам, а скорее вести войну придётся одновременно с двумя государствами, которые являлись на данный момент союзниками. Эти государства, появившиеся в XV веке, контролировали не менее гигантскую и богатую территорию, чем их «восточный» брат. Румелия, которая образовалась после распада земель Баязида I, на данный момент сокрушившая и покорившая территории бывших Фессалоник, Албании, Мореи (Пелопонесса), Хорватии, Сербии, Македонии, Боснии, Стримона, частично Болгарии, Хорватии, Унгарии, с находящейся в вассалитете торговой Рагузой. И Силистрия, которая включала в себя часть Фракии, Македонии, большую часть бывшего Болгарского царства, частично Унгарии, Добруджу, владеющая ключевыми крепостями на побережье Чёрного моря, контролирующая в качестве вассалов Семиградье — Эрдей, Валахию, Молдавию, кочевые орды северного Причерноморья, включая сильнейшую из них — Крымское ханство. И время было подходящее — все силы их были направлены на борьбу с Австрией, которую они успешно теснили. Но Рудольф и его советники зря времени не теряли. Помимо сколачивания коалиции против своих врагов на востоке и юго-востоке, он засылал эмиссаров в султанаты, убеждая покоренные народы поднять восстания, обещая всестороннюю помощь. И отклик был! Первыми восстали сербы в Банате, затем в других частях старого королевства. Через год совместно выступили албанцы и сербы в Бърдо Албании. Через два — восстание в Герцеговине. Было неспокойно в Ларисе и Морее. В прошлом году началось восстание в Тырнове и ряде других болгарских городов во главе с Тодором Балиным, владыкой Дионисием Рали и торговцем Джордичем, а также многими другими. Они объявили о создании Болгарии под руководством Шишмана III, поддержанное объявившим о независимости господарем Валахии Михаилом (или Михаем) по прозвищу Витязул, то есть Храбрый, успевшим уже разбить под Кулугэрени исмаилитскую армию, втрое превосходящую его силы и устроивший несколько рейдов в Подунавье, грабя и выжигая всё на своём пути. Причем, грабили всех, а не только сарацин. Правивший в Семиградье Жигмонд Батори, и подбивший Михаила на восстание, так же заявил о переходе на сторону Габсбургов.
И действительно, ситуация такая, что практически окружённые со всех сторон врагами, султанаты не могли долго продержаться, и скоро от государств этих пришельцев, захвативших исконные мессиан, не осталось бы ничего, кроме пепла. Но не всё оказалось так просто. Из-за несогласованности, выступлению не всех сразу, а поодиночке, они дали возможность исмаилитам перебрасывать силы туда, где это требовалось. Восставшие не доверяли друг другу, зачастую не помогая оказавшимся в тяжёлой ситуации товарищам по борьбе. Дамат Ибрагим-паша, разбил австрийские войска под руководством наследника Маттиаса и фельдмаршала Миклоша Пальфи под Керестешем, отчего те уже почти два года не предпринимали никаких активных действий со своей стороны. Семиградский князь, видя, что всё плохо, решил отдать свои земли Рудольфу II, в обмен на княжество в более безопасном месте с доплатой в пятьдесят тысяч талеров. Но Рудольф II, введя войска в Семиградье, отказался платить. На что Жигмонд выгнал сначала австрийцев, потом нанёс удар по вторгшимся отрядам силистрийцев. А теперь он собирался передать власть своему брату Андру, кардиналу и гранд-мастеру Ордена Дракона, на условиях, что Семиградье выйдет из войны, которое исмаилиты активно поддерживают. Теперь уже Рудольфу приходится собирать силы и против семиградского князя.
Видя, как их враги заняты этими выяснениями отношений, у султанов оказались развязаны руки для борьбы с внутренними восстаниями, что они и начали исполнять, залив кровью Сербию, Герцеговину, Болгарию. Муфетиш Ахмед устроил засаду, в ходе которой перебил костяк болгарских гайдуков, захватил Шишмана и почти всё руководство. Шишмана отослали в Белград, где с него прилюдно сняли кожу. Сербский воевода Грдан, уйдя в горы с остатками войск, обнаружив что австрийцы и семиградцы Батори тоже не спешат ему на помощь, слал во все близлежащие страны призывы о помощи, в обмен обещая признание себя вассалом и сто тысяч воинов из местных жителей, которые присоединятся к вторгнувшейся армии.
