Мне до сих пор не верится, что её, моей лучшей подруги, больше нет среди нас.
Кажется, ещё вчера мы трепались по телефону, а потом она приехала ко мне. Мы под бутылку вина планировали грандиозную месть Русу и пытались выведать, кто же такая эта таинственная Л.…
Утром Аля проспала, надо было ехать на объект за городом, к клиенту. Я предложила ей взять свою машину.
Теперь подруги нет.
Мне стало на тысячу градусов холоднее, когда Рус сказал, что её не стало.
Больше всех над смертью Альбины скорбит ее бывший муж.
Тот ещё мудило, от которого она много натерпелась в браке. Стоит между двух взрослых сыновей и рыдает, до соплей.
Я хочу, чтобы это тягостная церемония закончилась, как можно скорее. Сегодня сыро и даже небо плачет над этой утерей.
Чтобы хоть как-то отвлечься от накатывающих слез я разбираю завал в личных чатах мессенджера.
Пальцы добираются до сообщения, отравленного мне тем утром.
Которое я так и не успела открыть.
Сообщение с неизвестного номера.
Там фото спящего Руслана, к его груди прижимается голыми сиськами женщина.
У нее темные волосы, разметавшиеся по мятой простыне.
Но лицо обрезано.
«С добрым утром, Дина. Мы не спали, а ты?»
Дата.
Тот вечер, когда Руслан не приехал домой.
Накануне трагедии.
— Что-то не так, Дина? Ты в лице изменилась, — подходит муж.
Посмотри, какая заботушка.
Кобелина…
Глава 12
Дина
Руслан опускает руку на мою талию, прижав к себе. Я делаю шаг в противоположную сторону.
— Руки.
— Дина, — сердито шепчет. — Не будешь же ты устраивать сцены на похоронах!
— А ты? Будешь лапать меня под тем же самым предлогом?
— Я тебя не лапаю.
— Да кому ты чешешь, Руслан, а то я не вижу, что у тебя в трусах — полный аншлаг.
— Да, я соскучился, — говорит с тихим гневом.
— Иди с этой скукой к своей суке, пусть обработает хорошенько.
На нас начинают коситься посторонние, поэтому я замолкаю и отстраняюсь мысленно.
Подхожу к Тимуру, мужу Альбины.
К чёрту всё… Я провожаю в последний путь свою лучшую подругу и хочу уделить ей всё то время, которое осталось.
Тимур молчит, он вообще почти не разговаривает. Много делает, организовал все, как полагается, но неясно, что у него на душе. Он мрачный и много пьет. Я видела, как он хлестал из горла перед похоронами.
Потом — поминки.
Ещё одна тягостная процедура для тех, кто потерял любимых. Почему-то именно на поминках за столами начинаются обсуждения в стиле «ей там хорошо» и «хороших людей боженька забирает первыми», а потом все эти беседы плавно скатываются к обычным застольным пересудам, разве что без анекдотов.
Краем глаза замечаю, как Тимур потихоньку отдаляется. Поймав мой взгляд, задерживается. Я подхожу к нему.
— Хочешь уйти?
— Да. Кусок в горло не лезет. И все как будто пируют, — выдавливает он с трудом.
— Ты к себе?
Я достаю телефон, чтобы вызвать такси. Тимур пьян, ему точно нельзя садиться за руль. Я без машины осталась.
Так что такси — самый лучший вариант.
— Нет, не хочу. Там всё о ней, — вздыхает и трет щеку. — Я думал, это навсегда. Наконец-то, она. Ту самую встретил. И вот как.…
— Тогда давай к нам. То есть, ко мне, — исправляюсь.
Потому что вычеркнула Руслана из этого уравнения семьи.
— Отоспишься.
— Или напьюсь. У тебя с Русом классный бар.
Без толку убеждать его так не делать. Пусть напивается, но хоть под контролем будет.
Мы выходим, думая, что останемся незамеченными. Но Тимура тормозят его родители, говорят о чём-то.
— Я тебя догоню, — говорит он.
— Буду ждать тебя на парковке, такси пока не вызываю.
Муж увязывается за мной следом. Догоняет у парковки, останавливает, развернув.
— Так рано уезжаешь, Дина.
— В самый раз. Ты что-то хотел?
Из-за гибели Альки вопрос с разводом немного подвис в воздухе, но я намерена заняться им завтра же.
С самого утра. Не откладывая на потом.
— Поговорить. Мы так и не обсудили….
— Нечего тут обсуждать! — отрезала. — Презентуй свою дочурку, мне плевать. Развода ты не избежишь.
— Дина!
— Ну, что Дина, что Дина! Заладил одно и то же! Ты мне изменил, и у твоей измены уши торчат отовсюду. Отстань, Рус. Ради всего святого! Хотя бы сейчас мне глаза не мозоль. Я родного человека потеряла…
— Знаю. Иди, обниму.
— Нет! — пищу сдавленно в его медвежьих объятиях.
Руслан стоит на месте, немного покачиваясь, и держит меня крепко-крепко. Все мои попытки вырваться приводят лишь к тому, что я вспотела, как беговая лошадь, но не сдвинулась ни на миллиметр.
— Вкусно пахнешь, Дин.
Руслан зарывается носом в мои волосы, ставшие немного влажными у самых корней.
Вдыхает и выдыхает со знакомым рыком, а его мужское достоинство упирается в низ моего живота.
— Возбудился, скотина. Тут поминки, а ты….
— А я думал, что в машине — ТЫ! — возражает он. — Прилетел. Смотрел, как машину по кусочкам разбирают. И все это время думал, что там ТЫ. Это время я провел в аду.
Эмоции, заложенные в его слова, заставляют меня дрожать.
Поневоле скатываются слезы.
Так обидно, черт побери!
Почему из-за какой-то ушлой дряни я должна потерять все?! Все, включая обожание этого мужика!
Поднимаю взгляд, проверяя догадки. Муж смотрит так, что готов меня сожрать.
Я прижимаюсь теснее, провоцируя.
— Ты уже меня потерял, так что…
Отталкиваюсь от его груди, Руслан задерживает меня, опустив ладонь на задницу.
— Хрена с два! — заявляет упрямо и тянет меня к своему внедорожнику. — Давай здесь побудем, не у всех на виду.
Я не подозревала ничего, пока за мной не захлопнулась дверь, а муж не накинулся, подмяв под себя. Как оголодавший зверь, набросился с поцелуями, шаря ладонями по телу.
— Люблю тебя.
— Пошел ты.… Козёл! Кобель! Блядун старый!
— Скучаю! — напористо целует и сжимает грудь, со стоном.
— Я видела, как ты скучаешь. Мне о твоей скуке уже смски присылают.
— А? — спрашивает он, явно не соображая, о чем я говорю.
Ведь он хочет меня, а когда он хочет, тормоза отказывают, голова совсем не работает.
— Бэ, Рус. Слезь с меня… — шепчу заплетающимся языком.
От его поцелуев медленно, но верно уносит. Я тоже по нему соскучилась, но не хочу его… после другой.
Или все же хочу.
Внизу живота всё пульсирует горячей влагой…
Но не могу! Не могу.…
Он со своей второй семьёй все эти годы связь поддерживал, а сейчас, что?! Хочет, чтобы мы сидели за одним столом и улыбались друг другу?!
Я, он, наш сын, любовница моего мужа и его внебрачная дочь?!
Падишахом восточным себя возомнил?
И жену трахаю, и на любовницу его мужского желания тоже хватает!
— Дина, я разберусь. На нашей семье это никак не отразится.
— Уже. Отразилось!
— Отключи голову. Бл… На пять минут отключи, а? Дай насладиться тем, что мы живы. Я тебя люблю… Если бы ты знала, как сильно…
Распаляет поцелуями и ласками на грани.
Вот как из-под него, такого настроенного на секс, вырваться?!
И ведь совсем совесть его не беспокоит… Хочет устроить потрахушки в машине во время поминок!
Я решилась пойти на хитрость. Опускаю руку, расстегнув ремень и ширинку, дергаю вниз трусы. Он сразу же прижимается вздыбленным стволом к моей ладони и трется. Пытается задрать мое платье и одновременно стянуть с себя брюки с трусами.
— Ты с презервативами?
— Нет. Ты на таблетках же, — полуспрашивает-полууутверждает.
И да, и нет.…
— Эти дни совсем не до того было. Опасно.
— Я выйду, — обещает.
— Отпусти. Я за салфетками.
— Точно?
— Да.
Я заставила себя его поцеловать. Странно, но его поцелуи были все такие же горячие и вкусные, как и моя реакция на них.
