маршруту. Конечной остановкой оказалась старая автостанция, и оттуда ходило только два междугородных рейса. Удачно совпало, что в этих городах у Альберта имелись знакомые: старые армейские приятели, тоже работающие в органах.
Немного приплатив, чтобы всё было сделано тихо, Звягинцев отправил фото Лены. Теперь оставалось только ждать, а ожидание – самое худшее, что есть на свете.
Наконец пару дней спустя позвонил один из его товарищей.
– Слушаю, – ответил майор.
– Звягинцев, нашёл я твою девчонку. Точнее, ребята мои нашли. Случайно при объезде района вечером встретили её возле одной коммуналки. Что нам с ней делать? Закрыть до твоего приезда?
– Ничего не делать. Адрес скинь, и пусть ребята ещё понаблюдают, чтобы не потерять из виду. Я выезжаю. Скажи своим пэпсам, что отблагодарю.
– Ладно. Сейчас скину координаты.
Пожалуй, это было для Альберта самое доброе утро за долгое время.
Доехать до нужного адреса Звягинцеву не составило труда, как и пройти в квартиру. Замок ожидаемо оказался хлипким.
Войдя внутрь коммуналки, майор поморщился. Прежнее съёмное жилье Лены было куда лучше этого, несмотря на бегающих по полу тараканов.
Найти комнату, в которой сейчас проживала беглянка, тоже оказалось легко: хозяин квартиры быстро предоставил всю нужную информацию. И, разместившись удобнее на диване, Альберт стал ждать. Хорошо, что недолго.
Лена пришла домой и не сразу поняла, какой её ожидает подарок.
– Было нелегко, но я справился. И да, как мне тебя лучше называть? Лорик или Лена?
Альберт усмехнулся, смотря на бледнеющее лицо девушки. Тут же вспомнил, как целовал её в своей больничной палате, и безумно захотелось повторить. И он повторит. Обязательно повторит, только вот увезет её сначала из этой дыры.
– Что вам от меня нужно? – дрожащим голосом проговорила Лена. Попыталась шагнуть назад, но врезалась спиной в дверь и вздрогнула.
– Мне нужна ты, – нарочито спокойно сказал Альберт, глядя на неё с довольной ухмылочкой.
– В смысле?
– В прямом. И у меня есть к тебе очень выгодное предложение.
– Издеваетесь, да? – Лена скрестила руки на груди, смотря на Звягинцева строгим взглядом.
– Нет. Я серьезно.
– Знаете что, Альберт Владимирович, а не пойти бы вам со своим предложением куда подальше? И вообще, какое право вы имели заходить в чужой дом?
– Мне хозяин этой квартиры разрешил.
– Что?! – девушка недоверчиво посмотрела на него. – Этого не может быть!
– Не веришь мне, позвони ему сама.
Лена больше не стала спорить со Звягинцевым. Бесполезно. Он же как танк – упёрся и с места теперь не сдвинуть. Проще было выслушать, и тогда, возможно, он уйдет.
– Вы говорили о каком-то предложении? Я слушаю.
Альберт довольно улыбнулся и посмотрел на неё так, словно уже победил.
– Как мне известно, ты бегаешь неспроста, верно?
– Предположим.
– Так вот, я даю тебе защиту, а ты взамен будешь жить со мной.
От такого предложения у Лены отвисла челюсть, а глаза округлились и стали похожи на два блюдца.
– Что?! Вы в своём уме?! Я не девка из публичного дома, и не буду с вами спать просто из-за какой-то там защиты! До сих пор и сама прекрасно справлялась!
– Ты уверена?
– Да, – отрезала Лена, гордо подняв свой красивый носик.
– А я вот в этом не уверен. Кирилл уже едет сюда. Он где-то на полпути. И да, возле твоего дома я снял двоих. Они следили за тобой. Поэтому выбирай: или будешь жить под моей защитой, или снова бежать. Только не думаю, что далеко. Рано или поздно Попов тебя всё равно найдет.
Альберт закончил свой монолог и внимательно всмотрелся в испуганное и побледневшее лицо девушки. Майор почему-то не сомневался, что она согласится. Да и если вдруг заартачится, то у него припасён план Б. Будет действовать грубо, но проверено: на плечо и в берлогу.
Пока Звягинцев сюда ехал, он несколько раз задал себе вопрос: зачем? Зачем ему нужны все эти сложности? Баб, что ли, красивых мало, желающих к нему в койку прыгнуть? В итоге Альберт понял, что не ответит на этот вопрос, и просто перестал его себе задавать. Вот у него всегда так: если что-то втемяшится в голову, он не отступит, пока не добьётся желаемого. И неважно, о чём идет речь. Захотел эту бабу – значит, получит её любыми доступными способами. Да и не доступными тоже.
– Зачем вам это, Альберт Владимирович?
– Нравишься ты мне, Лена. Не обещаю, что женюсь, но, пока не надоешь, будешь жить со мной. А потом, гарантирую, куплю тебе квартиру и обеспечу нормальную жизнь. Если ты только согласишься уехать сейчас. Я не делаю предложений дважды. Или ты идёшь со мной, или дальше барахтаешься одна. На раздумья у тебя, – он кинул взгляд на наручные часы, – минута.
Лена испуганно смотрела на майора, не в силах поверить, что это всё происходит с ней. Она могла бы ожидать такого от кого угодно, но только не от Звягинцева. И сейчас, глядя на его ухмыляющуюся, довольную красивую морду, она не знала, какое из двух зол лучше. Кого выбрать? Мужа, который, без сомнений, накажет её? И хорошо, если, как в прошлый раз, не запрет в психушке. Или Звягинцева, от которого неизвестно, чего ожидать? Поэтому Лена молча смотрела на майора и не могла сделать выбор. А бегать она уже устала. Целый год в бегах. И нет возможности нормально дышать и спокойно спать, ожидая, что вот-вот придёт Кирилл и заберет её.
– Я согласна, – наконец тяжело выдохнула она. – Но мне нужно что-то решить с этой комнатой, если я уезжаю с тобой.
– Не переживай, я займусь этим сам. А пока собери вещи. Я подожду на улице, не буду мешать.
Альберт поднялся с дивана и подошёл к застывшей Лене. Аккуратно, словно фарфоровую куклу, он приподнял её и отодвинул в сторону, чтобы открыть дверь. Но прежде чем уйти, наклонился и тихо прошептал на ухо, обжигая дыханием:
– Я рад, что ты согласилась и мне не нужно применять план Б.
Она не успела никак отреагировать на его слова: Альберт быстро покинул комнату.
Глава 5
– И как долго мне с вами жить?
Лена сидела на переднем пассажирском сидении и смотрела на ночной лес, мелькавший за окном. Только час назад она ещё думала о том, как погуляет по городу в выходные, а сейчас уже едет домой к Звягинцеву.
Когда она собирала свои небольшие пожитки в чемодан, желание сбежать было очень сильным. Бросить всё и просто сбежать. Но вспомнив, что в кармане денег осталось совсем мало, да и бежать
