руководителю. Ничего особенного. Такое происходит чуть ли не каждый день. Вот только туфли жалко.
Отправив срочный заказ в кофейню, собрала рассыпанные по полу карточки и достала запасную пару обуви. Черные лодочки на рюмочном каблуке. Подарок от Кирилла. Вполне себе милая обувь, но мою стопу она, мягко говоря, уродовала. Длинный, острый нос превращал ногу в лыжу. Дизайн каблука отдавал нафталином. Такие туфли больше подойдут пожилой леди, чем хорошенькой секретарше.
Чтобы не обижать бывшего, унесла туфли в офис. Сейчас, держа в руках черные лодочки, казалось, что это было когда-то в прошлой жизни. И не со мной. Выдохнула и вспомнила, что, кроме спорной внешности, у них еще был один огромный недостаток. Кирилл не угадал с размером. Пальцы уперлись в узкий мысок и немножко всплакнули. Нет ничего в мире хуже неподходящей обуви.
Дверь в кабинет открылась. Робот курьер принес заказ. Ничего не оставалось, как превозмогая боль нести кофе.
Антон
Кабинет дяди полностью соответствовал его чудаковатой репутации. Неподготовленный посетитель, попадая в царство Бриля, мог сойти с ума от обилия открытых виртуальных окон, говорящих голов, бегущих по стенам финансовых сводок и разбросанных бумаг, блокнотов, книг. Чтобы обезопасить посторонних, посетителей Аркадий принимал в отдельном помещении. За его презентабельным внешним видом тщательно следила Маша. А вот в основном кабинете никто не смел ничего трогать.
Антон, войдя в кабинет родственника, переложил коробку с информационными картами на стул и сел в кресло. Аркадий занял свое место. Сдвинул все бумаги в сторону. Посмотрел на Антона и спросил:
— И что тебя заставило спуститься к бедному родственнику?
Оплывшее лицо господина Бриля озарила добродушная улыбка. Антон, несмотря на стриженную полубоксом голову, бычью шею и взгляд озверевшего питбуля, оставался для Аркадия Бриля все тем же тощим мальчишкой, которого растил его двоюродный брат.
— Не такой ты уж и бедный. — Лениво произнес Антон.
— Это, смотря с кем сравнивать. — Подмигнул Бриль. — Так что надо? Отчеты я тебе еще вчера отправил.
— А отдел чего гоняешь, раз все давно готово?
— Чтобы не расслаблялись. И репутацию психа, знаешь ли, поддерживать надо. Но ты тему не переводи, племянничек. Зачем пришел?
Дверь открылась. В кабинет вошла Маша с подносом в руках. Две пузатые чашки, кофейник, блюдо с бутербродами и сливочные конфеты. Те самые, которые Антон мог есть килограммами. Сладость таяла во рту, разливалась на языке молочным привкусом. Антон сглотнул слюну и вспомнил, что так и не поел сегодня.
— Бутербродики! — Пискнул Бриль и хлопнул в ладоши.
Маша знала, аппетит у начальника в дни отчетов был адский. И его гостю могло просто ничего не достаться. Поэтому девушка удвоила заказ и сейчас мечтала скорее поставить поднос на стол и сбежать из кабинета. Туфли сильно жали, руки тряслись. А еще очень хотелось есть. Как и Антон, пообедать Маша забыла.
Она поставила поднос на стол. Взгляд Стольного упал на ее ноги. Туфли были уродливыми и неподходящими для этой женщины. А еще сквозь плотную ткань пробивались очертания маленьких мизинчиков. До этого мужчина никогда не обращал внимания на женскую обувь. А сейчас не просто обратил внимание, он будто почувствовал, как собственные пальцы упираются в ботинок и поморщился от фантомной боли.
Маша этот взгляд заметила и покраснела до самых кончиков ушей. Девушка сделала глубокий вдох, переставила содержимое подноса на стол и, стараясь не хромать, ушла прочь. Антон не удержался и проводил чужую секретаршу взглядом.
Этот интерес не скрылся от Аркадия. Бриль, аналитик от Бога, как сказали бы в далеком двадцатом веке, быстро сопоставил приход племянника, визы Маши на важных документах и этот заинтересованный взгляд.
— И на кого ты предлагаешь ее поменять?
— На Жанетт.
Антон такой проницательности дяди не удивился. Наоборот, порадовался. Не пришлось долго уговаривать и приводить разумные доводы, чтобы заполучить секретаршу. Он еще сам не понимал, зачем она ему нужна. Но желание видеть ее в собственной приемной зудело на кончиках пальцев. Зудело так сильно, что вены на руках вздулись и чуть потемнели.
— И что я буду с этой бестолковой курицей делать? — Поморщился Бриль.
Аркадию Федоровичу совсем не хотелось возиться с девицей, которая работала на Антона. Но и оставить Машу у себя он уже не мог. Чувствовал, так или иначе, Стольный заберет к себе девушку. Проще было ее отдать, выторговав для себя какие-нибудь бонусы. Чем тратить силы на противостояние с собственным племянником.
— Перевоспитывать. — Не растерялся Антон и ударил в самое слабое место родственника.
Аркадий моментально забыл, на какие бонусы собирался выменять Машу. Широко улыбнулся и потянулся к бутерброду.
— Ешь. Не зря же она двойную порцию сюда тащила.
— Так ты согласен?
— При одном условии!
— Каком?
— Если не понравится, вернешь ее мне. С нормальной психикой и без соплей. Понял?
Стольный кивнул и потянулся за чашкой. Теперь можно было и поесть спокойно. И обсудить рабочие дела. Антон положил перед родственником папку с проектом по Марсу.
Маша
Как часто бывает, пока Аркадий Федорович с посетителем разговаривали, в приемную началось настоящее паломничество. К концу рабочего дня здесь побывали все — от руководителя клининговой службы для утверждения сметных актов, до начальника ревизионной комиссии. Даже судебный курьер зашел. Принес решение, по очередному судебному заседанию.
Несмотря на внешнюю неказистость и проблемы с социализацией, мой начальник был тем еще Казановой. Только официальных жен у него было четыре. А про любовниц, вообще молчу. Раз в месяц рыжий мальчишка приносил из суда очередную претензию от какой-нибудь длинноногой дивы, требующей содержания от Бриля. И каждый раз Аркадий Федорович с огоньком и азартом ввязывался в судебное разбирательство. Иногда мне казалось, что провоцировал девушек на такие подвиги он специально.
— Привет Маш! — Улыбнулся курьер Мишка с курносым носом. — Твой начальник в этом году идет на рекорд. Уже восемнадцатая. А еще только середина лета.
— А в прошлом году, сколько было? — Спросила, забирая конверт.
И не жалко им столько бумаги тратить? Конечно, проблемы бумаги, вырубки лесов, загрязнения атмосферы уже лет как двести считались несущественными на Земле. На мой взгляд, это не было поводом, чтобы переводить столько ресурсов на судебное сопровождение. Нептун вообще бумагу не использовал в официальном документообороте. Все хранилось на картах и серверах. А у нас, по-прежнему, каждый «чих» должен был сопровождаться бумажным носителем. Кажется, это называлось «резервным дублированием».
— Двадцать одна.
— Потрясающе.
— А он у тебя кто? — Почти шепотом спросил Мишка и посмотрел на деревянную дверь.
—
