Как говорилось во Введении, конспирологический дискурс больше нельзя считать прямым доказательством бредового, ква-зипараноидального мышления. Крепнущее самосознание риторики паранойи убедительно свидетельствует о том, что теории заговора редко являются наивными и неопосредованными симптомами безумия. Многие конспиративисгские заявления сегодня предваряются сознательным отречением в духе «Быть может, я похож на параноика, но…». Кроме того, стало труднее отмахиваться от конспирологических теорий как доказательства коллективной склонности к паранойе просто потому, что в глазах многих людей они стали куда более правдоподобными. Начиная с 1960-х годов все больше и больше американцев считают идею заговора если и не чем-то само собой разумеющимся, то очевидной возможностью, которую всегда нужно учитывать. Совокупность известных заговоров и разоблачений создала такую обстановку, в которой новые слухи о заговорах будут скорее приняты во внимание, нежели немедленно отвергнуты.
Если разведслужбы в своем тайном мире работают по принципу «правдоподобного опровержения»*,[45] гарантирующему, что имена тех, кто отдавал распоряжения, никогда не свяжут с грязной работой простых агентов, то многие люди, живущие в обычном мире, в слухах о правительственном заговоре воспринимают то, что можно было бы назвать неопровержимой правдоподобностью. На фоне таких вызывающих жаркие споры проблем, как «синдром войны в Заливе», многие американцы предполагают, что правительство не только несет ответственность за любые первоначальные причины, спровоцировавшие болезнь, но и старается скрыть свою вину. В свете таких разоблачений, как исследования по изучению сифилиса в Таскиджийском институте, опыты по воздействию ядерной радиации, ЛСД и агента «Оранж», проводившиеся на военнослужащих и гражданских лицах, которые ни о чем не подозревали, тот факт, что правительство могло проводить не менее жестокие эксперименты на военных и женщинах во время войны в Заливе, вряд ли вызвал бы удивление. Именно так рассуждают люди. Даже если какая-нибудь конкретная теория заговора оказывается совершенно необоснованной, многие все равно здраво рассуждают, что теория заговора на начальном этапе дает вполне приемлемое объяснение странных событий и совпадений.
Таким образом, риторика заговора перестала быть дышащим ненавистью языком одних только приверженцев крайних взглядов, но стала частью языка, на котором говорят все американцы. Начиная с 1960-х годов культура заговора породила немало акронимов, кодовых и тройных названий, которые похожи скорее на стенографическое перечисление ставших привычными подозрений, чем на устоявшееся мировоззрение. Этот навевающий воспоминания список включает в себя: Дж. Ф. К., Р. Ф. К., М. Л. К., Малькольм Икс, Мэрилин Монро, MK-ULTRA, операция «Скрепка», «Феникс», «Мангуст», Majestic-12, COINTELPRO, Ли Харви Освальд, Джеймс Эрл Рей, Сирхан Сирхан, Артур Герман Бремер, Марк Дэвид Чэпмен, Джон Хинкли-младший, ЛСД, MIA, ЦРУ, ФБР, АНБ, Секретная служба, «Спрут», досье «Драгоценный камень», Росуэлл, Зона 51, Таскиджийский институт, Джонстаун, Чаппаквиддик, Уэйко, Оклахома, Уотергейт, Иракгейт, «Иран-Контрас», «Октябрский сюрприз», Savings & Loan, Уайтуотер, Локерби, рейс 800 авиакомпании TWA, О. Дж., вирус Эбола, СПИД, крэк, военно-промышленный комплекс, черные вертолеты, серые пришельцы, Травяной холм, волшебная пуля, псих-одиночка*.[46] Эта мантра массовой паранойи начинается с неопровержимо правдоподобных утверждений и заканчивается самыми дикими спекуляциями. Но логика здесь в том, что несколько случаев доказанных конспиративных делишек (например, программа контрразведывательной деятельности COINTELPRO, которой больше всего злоупотребляет ФБР, среди прочего предполагающая внутренний шпионаж и проникновение в объединения чернокожих активистов) теперь заставляют по меньшей мере сначала скептически воспринимать официальные опровержения всех прочих случаев.
Но еще важнее то, что становится все труднее различать правдоподобные и параноидальные версии. При ограниченном доступе к подлинной информации (несмотря на Закон о свободе информации) и чрезмерном наплыве материалов (особенно через Интернет) оказывается все сложнее провести грань между ложными слухами и реальными разоблачениями. Что касается конспиролога (а в каком-то смысле сейчас мы все конспирологи), то вероятность специально подсунутых ложных улик — «дезинформации» — означает, что мы никогда не прекратим пытаться объяснить те или иные события. Возьмем, к примеру, теперь уже всем хорошо известные слухи о крушении приземлявшегося НЛО в Росуэлле, штат Нью-Мексико, в 1947 году.[47]8 июля 1947 года военный аэродром Росуэлла выпустил пресс-релиз, в котором говорилось об обнаружении «летающего диска», потерпевшего крушение при посадке. Эту новость быстро подхватили местные, а потом и национальные СМИ, которые быстро связали эту аварию с недавними разговорами и случаями наблюдения «летающих тарелок». Впоследствии авиация сухопутных сил опровергла эту историю, заявив, что непонятный летающий объект и его металлические обломки оказались всего-навсего упавшим на землю метеозондом. Полвека спустя (и особенно после вновь поднявшихся в конце 1970-х разговоров вокруг этого случая) многие вернулись к прежним слухам о происшествии в Росуэлле, настаивая на том, что с помощью истории с метеозондом от людей скрыли куда более тревожную правду, суть которой — по самой популярной версии — состояла в том, что в Росуэлле приземлились инопланетяне, и что (как считали сторонники более обдуманных версий) правительству и военным было об этом известно, и что они тем или иным образом вошли в контакт с пришельцами и с тех пор скрывают факт их приземления и сотрудничество с ними.[48] По мнению многих конспирологов, президент Эйзенхауэр создал «Мажестик-12» (MJ-12), совершенно секретный комитет, куда вошли военные, представители разведслужб и ученые, с целью скрыть истинные обстоятельства дела, главным образом касавшиеся обнаружения четырех «внеземных биологических существ» на месте крушения.
Хотя большая часть копий документов MJ-12 — явная мистификация, военные и разведслужбы несколько раз возвращались к расследованию этого дела (и других случаев наблюдения НЛО). По результатам долгосрочного проекта военно-воздушных сил «Голубая книга», в ходе которого изучались НЛО, был сделан вывод о том, что все случаи обнаружения НЛО можно объяснить за счет природных явлений. Группа Робертсона, секретный комитет из ученых, созданный ЦРУ в 1953 году, также пришла к заключению об отсутствии веских доказательств, позволяющих считать НЛО явлениями внеземного происхождения. Однако в 1997 году в журнале ЦРУ Studies in Intelligence появилась статья, в которой признавалось, что история с метеозондом действительно была придумана для отвода глаз и что даже Совету национальной безопасности было приказано (по рекомендации группы Робертсона, явно обеспокоенного вероятностью массовой истерии в связи с этим случаем) разоблачить слухи об НЛО при помощи таких средств, как проект «Голубая книга».[49] В статье говорилось, что от общественности нужно было скрыть факт существования высотных самолетов-шпионов и прочих экспериментальных летательных аппаратов. С появлением целого ряда сенсационных книг о Росуэлле член палаты представителей от Нью-Мексико Стивен Шифф настоятельно посоветовал счетной палате США собрать все документы по этому делу. Этот шаг подтолкнул американские военно-воздушные силы начать собственное полугодовое расследование, завершившееся в июле 1994 года докладом, в котором говорилось, что на землю упал не метеозонд, а шар-зонд, запущенный в рамках совершенно секретного проекта Mogul, целью которого была слежка за ядерными испытаниями Советского Союза. В ответ на критические высказывания уфологов, подметивших молчание первого (и предположительно наиболее полного) доклада насчет тел пришельцев, по общему мнению, обнаруженных на месте событий, ВВС продолжили расследование. Согласно предложенному объяснению, в 1950-х годах военно-воздушные силы США использовали манекены в экспериментах с высотными парашютами, так что местные очевидцы, возможно, уже задним числом объединили крушение с манекенами, чтобы создать росуэлльский миф о найденных телах пришельцев.[50]
Таким было якобы окончательное объяснение события, которое уфологи называют «космическим Уотергейтом», ответ, преподнесенный в духе гласности, наступившей после «холодной войны». И все же повторяющаяся модель опровержения, сокрытия и ложного разоблачения бросает тень подозрения на все официальные заявления по поводу этого и многих других дел. Дело не столько в том, что все кругом верят в заведомую ложь, распространяемую правительством (хотя для многих американцев так и есть). Скорее, проблема в том, что, даже если история о разработке секретного оружия и соответствует действительности, никакого надежного способа проверить, что так оно и есть, не существует. В глазах многих людей давнишние подозрения сохраняют свою силу. На самом деле ничто не является тем, чем кажется. Ни один «окончательный отчет» не гарантирует, что дело по-настоящему закрыто. Согласно опросу журнала Time и службы Яикеловича, 80 % американцев считает, что о внеземных формах жизни их родное правительство знает намного больше, чем предпочитает говорить.[51]
