Читаем без скачивания Море сумерек - Владимир Мясоедов

— Гляди, какой живчик! — непритворно удивился кто-то голосом перворожденного, но по-прежнему на всеобщем. — Шарик, а ну не смей его кусать! Нельзя, сказал! Фу-фу, закрой свою хваталку! Вот прорва ненасытная, тебя же сегодня кормили!

Над головой Каэля с громким хлопком стукнулись зубы пещерного дракона, в объятия которого и угодил молодой эльф. Вернее, чудовище, настолько огромное, что по коридору было вынуждено, скорее, ползти, чем идти, сжимало добычу обеими лапами, в которые эта самая добыча буквально выпрыгнула из открытой монстром двери. Изогнув шею под, казалось бы, невозможным углом, дракон нависал своей страшной мордой над беспомощной жертвой. И если бы не командный окрик, остановивший разумного ящера, осужденный на смерть преступник уже был бы на пути к его желудку. Целиком или, возможно, частями. Этот вопрос оставался на усмотрение вкусовых пристрастий данного экземпляра гордой и могущественной расы повелителей неба, которой все остальные народы регулярно желали скорейшего вымирания.

Тот же, кто отдал приказ чудовищу, был, вне сомнения, перворожденным. Но очень странным. Черная одежда необычного покроя, довольно плотно обтягивающая тело, могла на несколько секунд ввести невнимательного наблюдателя в заблуждение, заставив принять напавшего на тюрьму за дроу, но узкая прорезь в капюшоне, открывающая глаза и чуть-чуть лицо, выдавала в нем самого натурального эльфа. Только почему-то размером с маленького тролля. Вернувшаяся к Каэлю после выхода из каменного мешка магия позволила разглядеть не только физическое тело незнакомца, но и его ауру, выдававшую пусть слабенького, но чародея. А воинские инстинкты растерявшейся от неожиданности добычи дракона мгновенно сконцентрировали взор на нелепом на первый взгляд нагромождении тонких металлических штырей, крепко сжимаемых необычным волшебником в руках. Оно слегка дымилось, и от него несло какими-то резкими запахами, свойственными, скорее, мастерской алхимика, чем боевому оружию.

«М-да, — задумался Каэль, рассматривая своего то ли спасителя, то ли убийцу. — Хотел пойти к сумеречным эльфам, но, кажется, сумеречные эльфы сами пришли ко мне».

— Ты меня понимаешь? — перешел на диалект Западного леса странный чужак.

— Вполне, — ответил воин-маг на похожем языке. Речь жителей Древнего леса и бунтарей, которые основали собственное государство тысячи лет назад, конечно, отличалась друг от друга, но не сказать, чтобы слишком.

— Если отпустим, глупости делать будешь?

Каэль, задрав голову вверх, посмотрел на пещерного дракона. Тот взирал на хрупкое тело, заключенное в стальные тиски его лап, с некоторым интересом, который то ли приступивший к исполнению своих обязанностей, то ли уже бывший шпион расценил как плотоядный. Справиться с таким существом в одиночку мог разве что мастер меча или архимаг. Ну или засевший в засаде расчет катапульты, при условии, конечно, что сможет замаскировать громадную неуклюжую конструкцию, размерами несильно уступающую ящеру. А ведь где-то рядом еще и тот, кто громко клацал когтями.

— Нет.

— Это правильно, — кивнул эльф-гигант. — Зачем нам лишние трупы? Мы не для того напали, чтобы дракона покормить. Шарик, да отпусти ты его!

Дракон медленно и с видимой неохотой разжал лапы, и Каэль, получив возможность свободно двигаться, немедленно упал. Кажется, он определенно не нравился разумному ящеру. Или, наоборот, нравился. В гастрономическом плане.

— Драться можешь? — Вопрос, раздавшийся, казалось, из-под потолка, заставил воина-мага мгновенно переключить внимание. Некто, выглядевший на первый взгляд как клуб дыма, невесть каким чудом забившийся в подземелье, а на второй — оказавшийся вторым эльфом в черной одежде, висел на стене в позе мухи и, видимо, никаких неудобств от данного способа времяпрепровождения не испытывал. Его окутывал странный, до рези в глазах, саван из напитанных силой теней. Каэлю он живо напомнил дроу с их излюбленной тактикой удара в спину из засады.

— Если надо, — осторожно ответил бывший стражник, не рискуя, впрочем, пока подниматься с пола. — А вы кто? И чего здесь делаете?

— Про сумеречных эльфов, надеюсь, слышал? — уточнил тот, кто висел под потолком. — Вот мы — они и есть. Наносим визит вежливости дальним родичам. Хочешь, можешь пойти с нами. Жить в пустыне трудно, но интересно.

— Я сейчас и на царство мертвых соглашусь, — не покривил душой Каэль.

— Надеюсь, туда мне еще раз попасть не доведется, но мало ли, — пожал плечами эльф-гигант, заставив воина-мага судорожно сглотнуть и припомнить все известные ему страшные слухи, ходившие о высшей нежити. — Шиноби, парень вроде вполне адекватный.

— Согласен, Рустам, — отозвался его напарник. — И даже на ногах сам стоит, а, как нас уверили языки из местных, в этом отнорке сидят те, кому в спину бить резона нет, ибо свои все равно прикончат. Ладно, вставай, проклятьем заклейменный, хватит корчить из себя жертву концлагеря. Возьми на гравипаровозике какую-нибудь железяку и будь готов прикрыть наш передвижной госпиталь от неприятностей. Мих, конечно, говорил, что перекрыл сюда дорогу, но мало ли.

— Где? — не понял эльф, сбитый с толку странными словами, но тут дракон, сделавшись уже едва ли не вдвое, прополз мимо, заставив его вжаться в стену, и начал взламывать следующую камеру, а тюремный коридор, ранее перекрытый чешуйчатой тушей, стал обозримым вместе с тем, что в нем находилось.

Вытянутое в длину транспортное средство светлого дерева парило в воздухе, подобно дискам дроу, и даже несло на себе несколько девушек, облаченных в доспехи, но на этом сходство заканчивалось. Во-первых, форма необычного транспорта была прямоугольной, во-вторых, под его днищем ясно виднелись широкие колеса, которые, очевидно, могли с легкостью катиться по песку или болоту, а в-третьих, диковинный предмет тянул за собой на обманчиво тонкой цепочке из синего металла ну вовсе уж странную волокушу. Телега, к которой какой-то сумасшедший некромант приделал несколько пар костяных ног, бодро маршировала, издавая звуки, которые эльф принял за клацанье когтей. Источником же противного скрежета была здоровенная каменная тумба стационарного портала, которую невообразимое творение лишившегося рассудка мага тащило за собой, крепко вцепившись десятками мертвых рук, приделанных к его заднику, в твердую скалу, пронизанную энергетическими потоками.

Самыми обычными в чудовищной конструкции были ее пассажиры. В них Каэль без труда распознал товарищей по несчастью — узников. По обтрепанной одежде, запаху давно не мытых тел, истощению, приведшему некоторых к неспособности стоять, и лихорадочному блеску в глазах, наверное, точно такому же, как тот, что полыхал в очах самого бывшего обитателя камеры смертников. И еще у них было оружие. Сваленные кое-как в кучу клинки и копья стражников с покрытыми кровью рукоятями и чистыми лезвиями не оставляли сомнений в том, какая именно судьба постигла их прежних хозяев.

Но не успел Каэль подобрать себе меч или что-то подобное, как в коридорах тюрьмы раздался безумный хохот, сопровождающийся злым ревом дракона. Молнией развернувшись к новой угрозе и призвав магию, окутавшую его пальцы грозовыми разрядами, Каэль увидел, как громадное, плюющееся кислотой, проедающей камни, чудовище буквально сносит с лап живая плоть, бурлящая, смеющаяся тысячами кроваво-алых ртов.

— Таран тьмы! — завопил эльф, висящий на стене, и тени, окутывающие его, немедленно устремились вперед все без остатка, сорвав с ящера жуткую и извращенную пародию на нормальную жизнь и отбросив ее дальше в глубь коридора. Казалось, что трепыхающееся нечто прижали к камням силуэты, выделяющиеся черным пятном даже на фоне темноты. Только сейчас воин-маг понял, что это. Шиноби был окутан настоящим коконом из духов или, быть может, призраков, которые, очевидно, служили ему одновременно и защитой, и оружием. — Чего вы стоите? Жгите его!

Последнюю фразу он издал уже на полпути к полу, на который и упал с глухим стуком, сопровождаемым сдавленным орочьим ругательством. Видимо, магия, удерживающая сумеречного эльфа на стене, внезапно исчезла.

— Давайте, девочки! — скомандовала одна из воительниц, устроившихся на летающем артефакте, и два выступа по бокам, которые бывший узник поначалу принял за декоративные ступеньки причудливой формы, извергли из себя потоки пламени. Огненные струи прочертили между тварью и ошалело мотающим рогатой башкой ящером дорожку, в которой, казалось, плавился даже камень, отсекли выбравшемуся из камеры монстру путь в глубины тюрьмы и только потом накинулись на чудовище.

— Нет! Нет! Только не снова! — завопили на эльфийском языке тысячи исходящих чадным вонючим дымом зубастых пастей на груди плоти. Беспорядочно замолотили в воздухе щупальца монстра, на глазах покрывающиеся чешуйчатой броней и какими-то зазубренными крючьями. — Не хочу!