— В связи с ухудшением здоровья Ма Юй желал бы провести несколько лет в тишине и покое. На это время он передает свои дела Ван Чунъяну — человеку, которому в полной мере можно доверять, — чтобы он присмотрел за ними, пока Ма Юй поправляет здоровье. Это как верный сторож, охраняющий имущество Ма Юя, и ничего больше.
— Если так, — возразил кто-то из присутствующих, — почему бы не назначить Ван Чунъяна просто поверенным? Зачем нужна официальная передача собственности?
— Вы еще не все поняли, — сказал Ма Лю. — Ма Юй — человек осмотрительный, и он хочет, чтобы Ван Чунъян отнесся к его собственности рачительно. Поэтому он должен организовать так, как будто Ван Чунъян официально «владеет» его имуществом. В этом случае Ван Чунъян будет беречь его, как свое собственное.
— Но если Ван Чунъян станет официальным собственником, — вмешался другой родственник, — что мешает ему просто скрыться, оставив Ма Юя ни с чем?
— Ван Чунъян — человек старый, — продолжал убеждать присутствующих Ма Лю, — родственников у него нет. Куда ему убегать? Кто все это унаследует? Ван Чунъян намного старше Ма Юя и, без сомнения, умрет раньше. Даже если он и не пожелает вернуть Ма Юю собственность, когда тот восстановится от своей болезни, он все равно долго не проживет. А после его смерти все имущество и дело отойдут обратно к Ма Юю. Я же говорю, это словно поручить верному сторожу временно позаботиться о ведении дел.
Родственники в одобрении закивали головами. Ма Лю решил поставить победную точку, сыграв на жадности присутствующих:
— Послушайте, поскольку Ван Чунъян — лишь временный сторож, а Ма Юй и его жена бездетны, то в конце концов все имущество и дело перейдут нашим наследникам. Я считаю, что Ван Чунъян — честный и добропорядочный человек. Почему бы не позволить Ма Юю взять себе кого-то верного и бесхитростного, чтобы он временно позаботился о ведении дел?
Эти доводы Ма Лю окончательно убедили родственников, и возражений по передаче имущества Ма Юя Ван Чунъяну больше не последовало.
На следующий день лидеры клана Ма Лун, Ма Вэньфуй и Ма Лю снова собрались в доме Ма. В этот вечер все члены клана были приглашены на ужин, на котором ожидалось засвидетельствование подписания официального документа по передаче Ван Чунъяну собственности Ма Юя. Прибывшие в дом Ма родственники увидели Ма Луна и Ван Чунъяна сидящими за столом с напитками и мирно беседующими, подобно лучшим друзьям.
Когда все сели ужинать, Ма Вэньфуй поднялся и обратился к членам клана:
— Ма Юй желает передать всю свою собственность Ван Чунъяну. Мы собрались сегодня здесь, чтобы засвидетельствовать и одобрить подписание документа о передаче. Если среди вас есть несогласные, пожалуйста, выскажитесь сейчас либо молчите и впредь.
Это была не более чем формальность, поскольку Ма Лю уже склонил всех к согласию днем ранее и возражений не ожидалось. Выждав небольшую паузу, Ма Вэнь-фуй попросил Ма Юя подписать документ на передачу на виду у собравшихся членов клана. Ма Лю, Ма Лун и Ма Вэньфуй поставили удостоверяющие подписи. Еще трое из старейшин клана подписались в качестве свидетелей — и передача имущества официально состоялась. Ма Юй взял документ и передал его Ван Чунъяну. Далее последовал праздничный ужин, на котором Ван Чунъян был официально принят в члены семьи Ма.
Тем же вечером, после окончания торжеств, Ма Юй сказал своей жене:
— Благодаря твоей смекалке мы сможем теперь посвятить наши жизни культивации Дао.
— Давай подождем несколько дней, — ответила Сунь Юаньчжэнь, — пусть Учитель отдохнет. Л затем мы сможем обратиться к нему с просьбой пройти церемонию посвящения, чтобы стать его учениками.
Но Ван Чунъян не отдыхал, а начал планировать кое-какие действия. Он знал, что, хотя красноречие Ма Лю преодолело первоначальное сопротивление родственников Ма Юя, теперь он должен был на деле показать себя верным стражем переданного ему имущества. Он незамедлительно инициировал ряд благотворительных проектов: обеспечил вдов и сирот, выплатил долги многих неимущих фермеров, сделал пожертвования на поддер-. жание местных храмов и внес денежные средства на проведение общественных работ по строительству мостов, дорог и дамб. Видя все это, люди оценили его добродетель и восхваляли семью Ма за выбор мудрого и благодетельного поверенного. Так что никаких возражений от членов клана больше не поступало.
Но помимо благотворительности, Ван Чунъян также начал строительство чертогов для даосской практики при доме семьи Ма. В отдаленном уголке поместья были возведены отдельные хижины для медитаций, а также жилые комнаты и общий зал. В назначенный день Ма Юй и Сунь Юаньчжэнь пришли к Ван Чунъяну, чтобы пройти официальный ритуал посвящения в ученики. После этого Ван Чунъян сказал им:
— Путь даоса — это путь пробуждения и познания. И те, кто одолеет его, смогут вернуться к Истине. Вступление на Путь должно быть постепенным. Ваша практика должна быть последовательна, начинаться с простого, постепенно восходя к сложному.
Те, кто стремится культивировать Дао, первым делом должны познать свою изначальную природу. Изначальная природа — это первичное состояние вещей, или Прежнее Небо. Вы должны культивировать свою изначальную природу, пока она не засияет зеркальным блеском. В противном случае ваши эмоции будут дикими и необузданными, подобно тиграм и драконам. Если вы не сможете укротить в себе этих зверей, то как вы сможете воссоединиться с пустотой?
Дао не имеет формы. И вы должны растворить свое эго, являющееся источником формы и привязанностей. Вы должны будете научиться тому, как подчинить тигра и дракона, как укротить обезьяну и диких лошадей. Обезьяна — это ваш необузданный ум. Он играет с вами злые шутки и заставляет ошибаться, принимая преходящее за истинное. Дикие лошади — это ваши эгоистические намерения. Они увлекают вас прочь от чистоты и безмятежности изначальной природы. Если вы не укротите диких лошадей и непоседливую обезьяну, вы никогда не познаете тайн Неба и Земли, баланса Инь и Ян и силы тишины в движении Вселенной.
Путь естества соответствует обычному движению солнца (по часовой стрелке) — это путь смертных; путь Дао обращает движение солнца вспять (против часовой стрелки) — это путь бессмертия. Воссоединиться с Дао — значит освободить свой ум от мыслей и желаний и пребывать в пустоте. Дао не может быть постигнуто рассудком. Его можно познать только сердцем.
А теперь идите и подумайте над всем этим. Когда вы достигнете определенных успехов, мы продолжим обучение.
Ма Юй и Сунь Юаньчжэнь поблагодарили Ван Чунъяна за эту вводную лекцию о Дао. Каждый из них взял себе даосское имя. Ма Юй назвался Ма Даньян, что означает «Яркий Ян»[8]. Сунь Юаньчжэнь взяла имя Сунь Буэр, означающее «Нет Иного Пути»[9]. Возвращаясь в спальню, Сунь Буэр сказала Ма Даньяну:
— До посвящения в Дао мы были мужем и женой, у нас была общая спальня. Теперь мы брат и сестра по Дао и должны жить в разных комнатах, чтобы полностью посвятить себя практике. Я буду звать тебя братом, а ты зови меня сестрой по Дао.
— Если бы не ты, — ответил Ма Даньян со вздохом, — я бы никогда не зашел так далеко… Хорошо, я согласен. Отныне ты моя сестра по Дао, и мы будем жить в разных комнатах.
Ма Даньян приказал слугам подготовить ему комнату для гостей и переселился туда, подальше от спальни жены.
Прошло полмесяца, и Сунь Буэр прислала со слугой записку Ма Даньяну. Она предлагала встретиться у дверей комнаты Ван Чунъяна, чтобы подробней расспросить учителя о первичном состоянии вещей. Ван Чунъян их принял, и они спросили его:
— Учитель, вы говорили, что изначальная природа — это часть первичного состояния вещей, называемого Прежним Небом. Какое оно, это Прежнее Небо? Не могли бы вы описать нам его?
— Прежнее Небо — это первозданное дыхание. Оно не имеет ни формы, ни структуры и поэтому не может быть описано. Все, на что вы можете показать или что вы можете описать, не является Прежним Небом. Когда ум не опустошен от мыслей, возникают формы иу значит, Прежнее Небо потеряно. Прежнее Небо не здесь и не там, не то и не это. Если попытаетесь искать его, оно исчезнет.
