— Привет Маэл, не ожидал тебя здесь увидеть.
— Положение обязывает, — пожал я плечами и невольно улыбнулся случайному сходству с недавним разговором.
— Понятно, новый советник императора, все только об этом и говорят.
— Не преувеличивай.
— Я не про эту публику, — покачал головой Данте, — я говорю о политиках. Для них твое назначение было неожиданным, сейчас все гадают, к чему это приведет, а на чью сторону ты станешь.
— Ты знаешь, на чьей я стороне, — ровным тоном ответил я.
— Я да, но распространяться об этом не собираюсь. Хотя и не обещаю тебе, что не буду использовать наше родство и твою близость к императору.
— Вот уже чего я точно не опасаюсь, — усмехнулся я. — Ты и политика вещи несовместимые. Тебе достаточно того, что ты голосуешь в Совете магов так, как этого хочет отец.
Данте искоса глянул на меня.
— Времена меняются.
Наш разговор прервало появление молодой девушки. Все мужчины в немаленькой комнате на мгновение замерли, глядя на неё. Стройная и удивительно хрупкая, с густыми черными как смоль волосами до тонкой талии и с большими прекрасными черными глазами. Черное шелковое платье мягко облегало тонкую фигуру.
Прекрасная незнакомка мило улыбнулась всем присутствующим и упорхнула в другую комнату. И только тогда большинство мужчин смогло выдохнуть.
— Кто это?
— Это? — понимающе усмехнулся брат. — Гроза всех невест и жен Райхена и несбыточная мечта всех неженатых мужчин. Не будь она магом, она была бы самой завидной невестой в этом году.
— Она маг? — удивился я и понял, что совершенно забыл сделать привычное и естественное с раннего детства дело: посмотреть на её ауру.
— Шеала Асмуд аха Астреяр. Я не видел её в деле, но по слухам она талантлива.
— Я не слышал о ней раньше, — признался я.
Шеала, странное имя. Наверное, просто случайность…
— Неудивительно. Ей всего семнадцать, три года назад она еще училась.
Неожиданно я почувствовал на себе враждебный взгляд и касание чужой силы. Я резко развернулся и собрал силу, готовый ударить по кому угодно. Данте едва успел схватить меня за плечо и остановить.
Два мага из клана Астреяров посмеялись над моей реакцией и не поняли, как близко были к смерти. Они ушли, бросив на прощание пару презрительных взглядов. Я бы не удивился, если бы они адресовались только мне. Но на Данте маги тоже смотрели с ненавистью и презрением.
— Я чего-то не знаю?
— Да, мы окончательно разругались с Астреярами. И всего месяц назад один из них нарвался на Кали. Теперь мы фактически на грани войны.
— Понятно.
Нарваться на Кали — это и врагу не пожелаешь. Спокойная и обычно сдержанная девушка не умеет драться, но не любит проигрывать. А еще она очень хорошо умеет убивать. Даже сейчас, я лучше выйду одновременно против всех старших магов своей семьи, чем один на один с Кали.
— Он что, не знал, кто такая Кали?
— А кто теперь знает, что он знал, а что нет? Она сказала, что он напал без формального вызова…
Идиот.
— Хорошо, что пока все держат себя в руках. Мы на всякий случай загнали всех молодых домой. Астреяры наоборот держат своих на виду. Но до открытых схваток дело не доходит.
Я только вздохнул в ответ. Стоило ли возвращаться домой, после двадцати лет непрерывных войн, чтобы опять оказаться замешанным в войну кланов? Но выбора у меня нет. Как бы ко мне не относились, и что бы я сам не думал — клан есть клан. И жизнь хладнокровной убийцы Кали мне дороже жизни молодой наивной и прекрасной девчонки.
— А теперь еще и ты.
— А что я?
— Стал советником императора. Астреяры недовольны.
— А другие кланы?
— Выжидают, — коротко ответил Данте.
Конечно. Что же еще им делать? Кархары только рады тому, что два крупнейших клана в ссоре. Если мы и Астреяры ослабим друг друга, они станут сильнейшим кланом. А остальным вмешиваться в такую схватку не стоит. Порвут и не заметят.
Я почувствовал зов Арьи и пошел на первый этаж. Девушка беседовала с Хазом Клайвицом, главой жандармерии Райхена. Когда я подошел, напарница представила нас друг другу, как того требовали правила этикета.
Говорить о делах на светских мероприятиях, было не принято, поэтому я просто договорился о встрече в рабочее время.
После разговора я решил, что для первого выхода в свет этого достаточно и вместе с Арьей собрался домой. По дороге я поблагодарил хозяйку за прекрасный вечер и заметил, как Ричард тянет напившегося Харальда к выходу. Сам он выглядел так словно не пил и вовсе.
На следующий день я, ближе к обеду, отправился в главное отделение жандармерии Райхена. По дороге я быстро просмотрел короткий доклад приготовленный Мелиссой.
Хаз Клайвиц принял меня сразу. Он занимал свою должность уже пятнадцать лет и все это время ухитрялся лавировать между разными политическими группировками, так чтобы ни с кем не оказаться в одной лодке, ни с кем не поругаться и ни перед кем не быть в долгу. За этого многие называли его «скользкой тварью» и «изворотливым лисом», но эти многие приходили и уходили, а Хаз оставался.
Вот и сейчас он смотрел на меня с хорошо скрытой иронией. Раньше я к нему приходил как проситель, а сейчас явился почти как начальник. Глава жандармерии считал, что я пришел за тем же, что и все: кого-то отмазать, пропихнуть своего человека на нужное место или предложить за определенное вознаграждение закрыть глаза на какое-нибудь дело. Сколько таких было у него?
— Я вам расскажу одну историю. Без имен, но вы и сами обо всем догадаетесь, — неторопливо начал я. — Пару дней назад, в районе портовых складов, на мага и его прекрасную спутницу было совершено нападение.
— Никто не обращался с заявлением, — пожал плечами Хаз Клайвиц.
— Верно. Маг убил нападавших сам и убрал тела. На этом инцидент для него был закончен. Но меня заинтересовал один факт. На мага напали не его враги, не его политические противники, нет, на него напали самые обычные грабители. В Райхене, днем, прямо на улице, и не Нижнем городе, а в порту.
Я сделал паузу и выразительно посмотрел на собеседника.
— Сейчас опасное время, — равнодушно заметил он, явно не понимая, к чему я клоню.
— Опасное не то слово, — резко сказал я. — Райхен никогда не был спокойным городом. И по утрам нередко находили свежие трупы. Но никогда раньше не нападали так открыто и нагло, среди белого дня прямо на улице, да еще с использованием артефактов колдунов. Я думаю обычные люди давно вправе задать вопрос: «Куда смотрит власть?».
— Вы пришли об… — нахмурившись, начал было Клайвиц, но я его перебил.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
