Е. В. Курочка, анализируя стадии реализации восстановления социальной справедливости, отмечает, что «отсутствие данной цели в УИК РФ свидетельствует о том, что реализация данной цели не связана с исполнением наказания. Уголовное право по отношению к уголовно-исполнительному имеет правоустанавливающий характер. Согласно ст. 7 УИК РФ «Основания исполнения наказаний и применения иных мер уголовно-правового характера», основаниями исполнения наказаний являются приговор либо его определение или постановление суда, вступившие в законную силу, а также акт помилования или акт об амнистии. Окончательный вид и размер назначенного наказания содержится во вступившем в законную силу приговоре суда, следовательно, как цель уголовного права восстановление социальной справедливости реализуется назначением наказания, отраженном во вступившем в законную силу приговоре суда» [84].
По мнению В.И. Селиверстова, «предусмотренная ч. 2 ст. 43 УК РФ цель восстановления социальной справедливости перед уголовно-исполнительным законодательством не ставится, так как она уже достигнута в процессе назначения наказания» [85]. Данной позиции придерживаются и другие авторы, полагая, что «предусмотренная ч. 2 ст. 43 УК РФ цель восстановления социальной справедливости перед уголовно-исполнительным законодательством не ставится, поскольку она достигнута в процессе назначения судом уголовного наказания за совершение преступления» [86].
Анализируя цели наказания в виде обязательных работ, Н.Г. Осадчая приходит к выводу, что восстановление социальной справедливости реально может быть достигнуто: «во-первых, привлечением каждого лица, совершившего преступление, к уголовной ответственности и назначением ему наказания (кроме случаев, освобождения от уголовной ответственности и наказания, специально оговоренных в законе); во-вторых, назначением преступнику справедливого наказания, то есть соответствующего всем обстоятельствам дела и личности преступника и не более репрессивного, чем это необходимо для достижения целей наказания» [87].
Более категоричная позиция высказана С.В. Чубраковым. По мнению автора, цель наказания в виде восстановления социальной справедливости необходимо исключить из перечня юридических целей, предусмотренного ч. 2 ст. 43 УК РФ [88]. Подобной позиции придерживаются и иные авторы [89].
М.А. Сутурин считает, что «достижение цели восстановления социальной справедливости при назначении и исполнении наказания в виде обязательных работ в отношении несовершеннолетних, исходя из того, что является содержанием данной цели, представляется весьма относительным» [90].
Иная точка зрения высказана другими учеными.
Так, Э.Т. Тенчов, рассматривая цели наказания, указывает, что если цель восстановления социальной справедливости «сформулирована государством и отображена в Уголовном кодексе, то она не может игнорироваться в процессе исполнения и отбывания уже назначенного судом того или иного вида наказания» [91].
А.И. Зубков считает, что цель восстановления социальной справедливости «в большей мере относится к применению наказания в стадии его назначения, либо отсрочки… На стадии исполнения наказания данная цель раскрывается при реализации в уголовно-исполнительном законодательстве таких его принципов, как гуманизм, равенство осужденных перед законом, рациональное применение мер принуждения, средств исправления осужденных и стимулирование их правопослушного поведения. Реализация данной цели связывается также и с эффективностью исполнения уголовных наказаний и иных мер уголовно-правового характера» [92]. Подобные утверждения автор высказывал и ранее [93].
По мнению Ю.М. Ткачевского, «умолчав в УИК РФ о восстановлении социальной справедливости при исполнении наказаний, законодатель проигнорировал предписания ч. 1 ст. 43 УК РФ и содержание ряда норм УИК РФ. В закон не следует допускать лицемерия» [94]. Автор приходит к выводу, что «в ч. 1 ст. 1 УИК РФ необходимо включить в качестве цели исполнения наказания восстановление социальной справедливости» [95].
B. Н. Орлов и О.В. Старков считают, что «игнорирование или отрицание возможности достижения цели уголовного наказания в виде восстановления социальной справедливости на стадии исполнения, отбывания уголовного наказания является первым шагом к допущению несправедливой процедуры исполнения уголовного наказания, противоречащей как букве, так и духу закона» [96].
C. М. Зубарев полагает, что «цель восстановления социальной справедливости достигается и в процессе исполнения уголовного наказания. Для этого уголовно-исполнительное законодательство устанавливает такие порядок и условия исполнения (отбывания) конкретного вида уголовного наказания, которые, не превышая пределы лишений и ограничений, составляющих сущность этого наказания по УК РФ, наполняют их практическим содержанием и обеспечивают их реализацию» [97].
О возможности достижения цели восстановления социальной справедливости на стадии исполнения уголовного наказания указывали также и другие авторы [98].
На наш взгляд, позиция авторов, считающих возможным достижение цели восстановления социальной справедливости в процессе исполнения, отбывания уголовного наказания, является более верной.
Заметим, что термин «восстановить» в русском языке толкуется как «привести в прежнее состояние» [99], а слово «справедливый» определяется как «действующий беспристрастно, соответствующий истине, осуществляемый на законных основаниях» [100].
При исполнении, отбывании наказания в виде обязательных работ цель в виде восстановления социальной справедливости достигается прежде всего посредством рационального карательного воздействия на определенные судом трудовые и иные права, обязанности и законные интересы осужденного со стороны уголовно-исполнительной инспекции и администрации организации, в которой осужденный отбывает обязательные работы, в результате которого наступают определенные последствия для осужденного.
Термин «рациональный» определяется в русском языке так: «1). Относящийся к разуму; 2). Разумно обоснованный, целесообразный» [101].
В случае, если осужденный не может работать на определяемых для них объектах и отработать судом установленный срок обязательных работ по каким-либо причинам (например, тяжелая болезнь осужденного, беременность осужденной и т. д.) или злостно уклоняется от отбывания обязательных работ, то цель в виде восстановления социальной справедливости при исполнении, отбывании обязательных работ вряд ли можно считать достигнутой, поскольку ожидаемые последствия для осужденного не наступили.
По нашему мнению, при исполнении, отбывании наказания в виде обязательных работ достижение цели в виде восстановления социальной справедливости можно рассматривать с нескольких сторон:
Во-первых, осознание лицом того, что оно, продолжая иметь один социальный статус, приобретает еще и другой статус – статус осужденного, который предполагает определенные негативные переживания лица. Осужденный ощущает себя не только в качестве субъекта уголовных, но и затем уголовно-исполнительных правоотношений [102]. Это внутреннее понимание осужденного того, что он является осужденным. Заметим, что законодатель не исключает возможности для осужденного отбывать наказание в той же организации, где он трудится. Следовательно, это может выступать в качестве серьезного психологического стимула достижения целей наказания. В данном случае, именно субъективное восприятие осужденным к обязательным работам наказания как меры принуждения предопределяет восстановление социальной справедливости.
Во-вторых, социальная справедливость восстанавливается и в результате неотвратимости наказания, когда виновный понес наказание, а невиновный был освобожден от уголовной ответственности и наказания. По мнению многих ученых, это свидетельствует «о торжестве законности» [103]. Как отмечает С.В. Полубинская, «это гуманистическое направление значительно уменьшает отрицательные последствия реального применения лишения свободы и для осужденных, и для общества в целом, способствуя при этом реализации принципа неотвратимости ответственности» [104].
В-третьих, восстановление социальной справедливости по отношению к потерпевшей стороне путем защиты прав и законных интересов, нарушенных преступлением. Для осуществления этой цели наказание должно обеспечить возможность возмещения причиненного вреда и в реальных пределах – соразмерность лишения или ограничения прав и свобод осужденного страданиям потерпевшего, которые были ему, причинены вследствие совершенного преступления [105]. При этом социальная справедливость не должна выступать в качестве своеобразного возмещения причиненного ущерба. Вряд ли целесообразно все соизмерять только материальными ценностями. «Жизнь показала, что и практически, и теоретически сделать это невозможно, иначе назначаемое наказание перестает быть средством достижения поставленных перед ним целей и превращается лишь в инструмент для измерения чего-либо (причиненного вреда, опасности посягательства или лица, его совершившего)» [106].
