Но мистер Симмз никуда его не послал, и это утвердило Гриффина в мысли, что перед ним жалкая пародия на отца и мужчину. Фермеру было плевать, вернется ли дочь живой и здоровой или где-нибудь сгинет. Нет, ему нужна лишь компенсация. Авансом. За дополнительные расходы, на случай если его кобыла не сможет разродиться самостоятельно.
– У вас действительно нет иных возражений? – уточнил Грифф, давая фермеру возможность реабилитироваться.
Мистер Симмз нахмурился.
– Нет, есть еще кое-что.
Слава богу!
– Ей за работу в таверне платят, а если она уедет с вами, то не сможет помогать семье. Мне нужна компенсация и за это тоже, и, как вы понимаете, авансом.
– Ее заработок, говорите…
Грифф внезапно испытал острое желание что-то или, скорее, кого-то хорошенько пнуть. Вот это чудовище в грубой домотканой сорочке, в сапогах с нашлепками грязи, с жадной ухмылкой вполне бы сгодилось. Решено. Придется проучить мать как-то иначе и в другой раз. А сейчас пора уходить, иначе разговор этот закончится плохо.
Генетическая память многих поколений герцогов Халфордов, известных своим умением сдерживать эмоции, дала о себе знать и сейчас. Грифф встал из-за стола.
– Пожалуй, этот план действительно неудачен. Шансы, что ваша дочь преуспеет в лондонском высшем обществе, минимальны, а рискует она слишком многим. – Грифф направился к выходу, задержавшись лишь ради того, чтобы подхватить мать под локоть и помочь встать. – Прошу нас простить, но нам пора…
– Пять, – сказал фермер.
– Что, простите?
– Я отпущу ее за пять фунтов.
Грифф даже споткнулся.
– Вы, верно, шутите?
Симмз почесал затылок.
– Ладно. Можете забрать ее за четыре фунта восемь шиллингов, но ни пенни меньше.
Грифф провел по лицу ладонью. Все выглядело так, словно он торговался, пытаясь заполучить девушку за наименьшую цену.
– Какая превосходная сделка! – с нескрываемым сарказмом заметила герцогиня. – А главное, экономически выгодная.
– Надеюсь, ты собой довольна, – процедил Гриффин.
Герцогиня приподняла бровь.
– А ты?
Нет. Он собой доволен не был, потому что чувствовал себя отъявленным подлецом. Он считал себя чертовски находчивым, когда выбрал в невесты из толпы засидевшихся в девках девиц служанку, а потом добился, чтобы его впустили в этот дом, а сейчас стал невольным свидетелем – нет, участником – постыдного торга, когда собственный отец готов сбыть ее с рук за четыре фунта восемь шиллингов.
Даже для него это слишком низко.
Мисс Симмз вернулась с чайником в руках. Взгляды их встретились, и его словно обожгло зеленым огнем. Он не мог подобрать определения для этого оттенка зеленого. Наверное, там, в глубине девственного леса, растет плющ вот такого же цвета и ждет, когда его отыщут. Нездешние глаза. И не только глаза были не к месту тут, в этой жалкой лачуге. Он чувствовал, он видел, что и душа ее тяготится этим местом, этим отцом, этой судьбой. Полина Симмз заслуживает лучшей доли. Грифф не был ни мистиком, ни фантазером, но по спине его вдруг побежали мурашки. Им овладело странное ощущение, что оказался он здесь не по воле случая, а по воле Провидения.
Вдруг с чердака донеслось невнятное бормотание и всхлипы…
Полина вздрогнула, оступилась на ровном месте и пролила чай на земляной пол.
– Полина, я велел тебе… – Фермер, набычившись, двинулся к дочери.
И девушка, которая не робела ни перед герцогом, ни перед его матерью, съежилась от страха.
Все. Это стало последней каплей.
– Мама, иди к экипажу. – Герцогиня хотела было возразить, но Грифф лишь махнул рукой. – Мисс Симмз, можно вас на два слова? Наедине. Выйдем отсюда.
Глава 3
Герцог вышел первым, девушка – следом. Грифф завернул за угол и остановился у южной стены коттеджа, не имевшей окон, так что никто из членов ее семьи не смог бы за ними подглядеть. Что тоже важно, здесь их не могла видеть из кареты герцогиня – лишь запоздало расцветшая яблоня могла стать свидетелем их разговора.
Все это было так нелепо и странно…
Сейчас он извинится за то, что шутка затянулась, они посмеются и расстанутся навсегда. И жизнь ее вернется в привычную колею. Честно говоря, ее утомили знатные господа со своими причудами.
Судя по всему, и герцогу тоже порядком надоело ломать комедию, и он молча мерил шагами двор: три – в одну сторону, три – в другую.
С хрустом отломив засохший сук от дерева, Грифф постучал им об ограду и заявил:
– Я принял решение: Симмз, вы едете со мной в Лондон. Сегодня же. Сейчас.
У Полины перехватило дыхание.
– Но… зачем? С какой целью?
– Для прохождения обучения, разумеется. Моя мать будет делать из вас герцогиню.
– Но ведь вы не собираетесь на мне жениться!
Грифф отмахнулся:
– Вне всяких сомнений, я не намерен на вас жениться.
Вот и славно. Хорошо, что хоть в этом они достигли взаимопонимания.
– Я хотел бы с самого начала внести ясность в ситуацию. Чтобы вас не ввел в заблуждение мой недешевый наряд и роскошный экипаж, могу с полной уверенностью заявить, что я не сказочный принц.
Полина усмехнулась в ответ:
– Примите мои заверения, ваша светлость, что я давно не верю в сказки.
– Полагаю, вы слишком практичны для такого рода заблуждений.
Полина кивнула.
– Именно так. Я знаю, что мне в руки с неба ничего не свалится, и готова работать не покладая рук, чтобы получить от жизни то, чего хочу.
Увы, все, что ей с таким трудом удалось скопить за год, все еще тонкой пылью покрывало ее волосы и платье.
– Замечательно. Я рад, что вы так думаете, потому что намерен предложить вам работу. Как вам должность компаньонки моей матери? Предоставьте герцогине возможность испытать на вас ее педагогические способности и докажите, что все ее усилия ни к чему не привели. Как видите, от вас ничего особенного не требуется.
Полина хотела было что-то сказать в ответ, но слова застряли в горле.
– Компенсацией за ваши труды будет тысяча фунтов. – Грифф ткнул сухим суком в стену домика. – И вы больше никогда не будете зависеть от того мужчины, который называет себя главой вашей семьи.
Тысяча фунтов!
– Ваша светлость, я… – Полина пребывала в полной растерянности. Как назвать его предложение: эксцентричной выходкой или волшебным ключом к заветной двери, за которой ждет мечта всей ее жизни?
Как бы там ни было, она не могла принять его дар.
– Я не поеду с вами, не могу.
Он приблизился к ней вплотную и оказался так близко, что она могла видеть янтарные крапинки вокруг его темных зрачков.
– Можете. И поедете. Я обещаю, что сдержу слово.
Полина отвела взгляд. Его начальственный тон раздражал, а еще сильнее раздражал необыкновенный аромат. Этот запах путал все карты и, вопреки всякой логике, заставлял верить каждому его слову.
