качественный парик, силиконовая маска, аквагрим нужного оттенка — всё просто, — мужчина со знанием дела усмехнулся. — Даже двести лет назад подобные технологии существовали и с успехом применялись. Всё-таки флойды — не гигантские амёбы и не каракатицы, а вполне себе гуманоиды. Придётся поднатужиться, но при желании подделать внешний облик более чем реально.
— Подделать? — почему-то предположение офицера её не на шутку оскорбило. — Боже, какая нелепость! Нет, можете не сомневаться: это был не поддельный флойд, а самый настоящий. Он заговорил со мной — я почувствовала акцент, еле уловимый, но тем не менее. Он двигался с неимоверной скоростью — человек на такое просто не способен!
— Допустим, — её собеседник невозмутимо кивнул. — Но вы же понимаете, мисс, мы обязаны рассматривать все версии, даже самые маловероятные — до тех пор, пока их несостоятельность не станет совершенно очевидной. Тем более что нам уже приходилось сталкиваться с подобным.
— Этот флойд был настоящим.
— Хорошо, вы меня убедили, — легко согласился инспектор. — Значит, флойд заявился на каток, переобулся, а затем, вместо того, чтобы спокойно кататься — если уж он оказался на катке, вдруг ни с того ни с сего погнался за человеком. Всё верно или я что-то упустил?
Клементина нервно кивнула. В пересказе офицера случившееся выглядело как какой-то нелепый фарс.
— Они общались между собой? Флойд и этот, рыжий?
— Нет, — Клементина ненадолго задумалась. — По крайней мере, я этого не видела.
— А вы как-либо контактировали с рыжим?
— Я даже не приближалась к нему! — Клементина начинала сердиться: её злило, что приходится повторять одно и то же по несколько раз. — Я с первого взгляда поняла, что это новичок, и старалась ему не мешать.
— И он сам к вам не приближался? Не заговаривал с вами? Не пытался завязать диалог? — инспектор Нортон обвёл глазами потолок в поисках вариантов. — Например, чтобы попросить о помощи.
— Нет, нет, нет. — Клементина всё больше злилась. — Кстати, коли уж в этом деле замешан флойд, почему бы вам, сэр, не подать официальный запрос в их представительство? Уверена, что тот флойд подтвердит мои слова.
— Почему вы отправились на каток именно в это время? — разумеется, её ремарка была проигнорирована. — Довольно поздний час для интенсивных тренировок, вы не находите?
Простой с виду вопрос не очень искусно прятал между строк целый букет подозрений. Разумеется, абсолютно беспочвенных — но девушка с отчаянием подумала, что со стороны всё выглядит именно так, будто она специально отправилась на каток в столь поздний час, чтобы встретиться там с рыжим парнем тет-а-тет, а флойд, появившийся нежданно-негаданно, помешал их встрече.
— Каток рядом с домом, работает круглосуточно. Почему бы и нет. А поздно — потому что вчера у меня был рабочий день. Я вернулась домой только в восьмом часу.
— Вы работаете в министерстве природы? — инспектор Нортон резко переменил тему.
— Да.
— Вас устраивает ваша работа?
— Да, вполне.
— Как его зовут? — мужчина сощурился. — Того флойда?
— Да откуда мне знать, как его зовут? — возмущённо воскликнула Клементина. — Я его видела первый раз в жизни! "И последний", — с какой-то необъяснимой тоской мысленно добавила она.
Её собеседник и глазом не моргнул.
— Сколько было времени, когда вы пришли на каток?
— Около девяти.
— А поточнее?
— Не могу сказать. Я никуда не спешила и столь тщательно за временем не следила.
Она вспомнила, что видела такое в кино: чтобы вывести допрашиваемого на чистую воду, застав врасплох и заставив проговориться, следователи применяют особые психологические приёмы — высокий темп беседы, перескакивание с темы на тему, попытки подловить внешне невинным вопросом.
Что же такого чудовищного совершил тот рыжий паренёк, что из-за него её так обрабатывают?..
— Вы, что, не верите мне? — без обиняков спросила Клементина. Она устала, ей хотелось есть; злость на бестолкового офицера и несправедливые обвинения придала ей сил. — У вас же есть записи с камер наблюдения. Не сомневаюсь, что вы успели их просмотреть.
Инспектор Нортон кивнул.
— В таком случае вы должны были убедиться, что мне нечего скрывать. Тогда для чего весь этот фарс?
— Видите ли, мисс Хизерли, — вновь кивнул её собеседник. — Специфика нашей работы диктует свои условия. Мы были обязаны отработать версию.
Клементина тихо, но выразительно хмыкнула.
— Я ещё раз приношу свои извинения за причинённое беспокойство и за то, что отнял у вас столько времени, — мужчина встал, отвесил галантный полупоклон. — В качестве извинений позвольте я накормлю вас. Как и обещал, собственно.
— Не откажусь, — проигнорировав поданную ей руку, Клементина поднялась на ноги.
Служебная столовая оказалась вполне пристойным местом, и гнев Клементины немного поутих. Последнему в значительной мере способствовали аппетитные ароматы кофе и свежих круассанов. Инспектор Нортон заказал ей комплексный обед и сам отнёс уставленный тарелками поднос к свободному столику.
— Приятного аппетита.
— Спасибо, — откликнулась Клементина. Себе мужчина взял лишь чёрный кофе, да и то, по всей видимости, исключительно для проформы.
Вряд ли у офицера так много времени, чтобы он мог позволить себе тратить его на бесцельные посиделки со свидетелями, подумала Клементина невзначай. Но торопиться она не собиралась — из принципа. Нечего было спозаранку выдергивать ее из дома, не дав даже толком привести себя в порядок. Нет времени — пусть идёт по своим делам, она его не держит. Выход из здания она вполне способна отыскать сама.
Инспектор Нортон рассеянно болтал ложечкой в своей чашке, не отрываясь от смартфона — наверняка там было нечто связанное с работой. Надо же, ни секунды не теряет даром. Его начальство просто обязано по достоинству оценить столь искреннее рвение.
— Полагаю, бесполезно спрашивать, что натворил тот рыжий парень? — заметила Клементина. С каждым глотком капучино настроение ощутимо улучшалось. — Государственная тайна? Или всё ещё хуже?
— За спрос денег не берут, — инспектор Нортон озабоченно нахмурился. — Но ответить я вам, разумеется, не могу… Парня уже объявили в международный розыск.
— Даже так, — бросила Клементина, удивлённая не столько его словами, сколько лёгкостью, с которой офицер раскрыл ей правду.
— Это не служебная информация, — добавил он ворчливо — словно сам предпочел бы её не обнародовать. — Напротив. Объявления вот-вот появятся в теленовостях и в сети.
Клементина хотела было заметить, что если флойд догнал рыжего (что было почти неизбежно) и увёл с собой (страшно даже представить, как и зачем), то искать бедолагу бессмысленно. А в следующее мгновение сообразила: если бы следователи всерьёз рассматривали данную гипотезу, то парня вряд ли стали бы объявлять в розыск. Напрашивался логичный вывод: следствию известно наверняка, что флойды тоже не в курсе, где он. И, судя по всему, флойды тоже его ищут.
Всё-таки полезная привычка —
