уже ползут синие вены.
— Что ты несешь? Тебе крышка! Мой батя тебя кхе-кхе, вот зараза…
— Угу, поговори мне еще. Сейчас тебе будет не до пустой болтовни, — усмехнулся в ответ и применил магию.
Одно легкое воздействие телепатических волн, и время для полудохлого мажора существенно замедляется. Вместо нескольких минут он будет умирать где-то час. По крайней мере, так ему будет казаться.
И да, спасти его уже не удастся. Процесс разрушение тела вошел в конечную стадию.
Я спокойно отхожу в сторону и отвязываю девчонку. Та смотрит вокруг глазами по пять рублей и беззвучно открывает рот, словно рыба.
— Спокойно, все хорошо, тебя никто не обидит, — успокаиваю ее, чуть не забыв, что мы вообще-то ровесники.
С одной стороны стонет барин, с другой охает напуганный чернокнижник. Еще где-то скулит недобитый ученый. Жаль, нет времени с ними покончить, надо быстрей уходить.
Уже чувствую магическое истощение, голова слегка кружится, ноги становятся ватными. Кто бы мог подумать, что Геральт Гроттер истощится после ничтожной нагрузки.
Остается поплакать о прошлой силе. Но это будет потом.
Помогаю девочке встать и веду ее к выходу. Попутно наступаю на руку раненному ученому, который куда-то пополз. Вскоре мы оказываемся в коридоре и добираемся до входной двери.
— Ты что их убил? — спрашивает блондинка, пока мы идем.
— Нет, просто напугал понарошку, — отмахиваюсь, чтоб не портить детскую психику.
— Не ври, я не дура. Просто убивать это плохо, меня так мама учила.
Поэтому сдала в это место и позволила ставить на тебе смертельные опыты. Ох уж эти дети. Молчу, чтобы не сболтнуть лишнего, веду девочку к выходу.
Вскоре выясняется, что ее зовут Аня, она хорошо учится и мечтает завести собаку. Что ж, исчерпывающая информация. Тоже рассказываю о себе, стараясь не выйти за рамки общения семилеток.
— Ой, тут закрыто! — говорит Аня, когда подходим к двери.
— Спокойствие, только спокойствие! — отвечаю, поправляя очки.
Стучу в дверь и прошу нас впустить. Охранник учтиво открывает, кланяется и делает комплемент «моей госпоже». Потратил на него последние капли энергии. Зато Аня была в восторге, не понимая, почему «дядя стал такой добрый».
Вскоре мне становится плохо. Теперь спутница меня тащит, а не наоборот.
Когда приближаемся к спальным расположениям, до Ани наконец-то доходит, что я спас ее жизнь. Она благодарит меня и обещает угостить конфетами, как представится случай. Потом целует в щеку и убегает.
Женщины они такие, даже если учатся в первом классе…
Остается пожать плечами и отправиться восвояси. Сегодня я много узнал и получил отличный боевой опыт. Это хороший вклад в будущий план побега, который уже почти разработан.
* * *
Полноватый мужчина с крашеными черными волосами ходил по роскошному кабинету взад-вперед. Ему было глубоко за сорок, но он следил за собой, стараясь всеми силами скрывать возрастные признаки.
Но сегодня седина пробивалась даже сквозь краску, а руки тряслись, словно у старика, что доживает последние дни.
Еще бы, наследник графа Шувалова умер в тайной лаборатории, вместе с ним его личный слуга и лучший магический ученый.
Это если не считать взорванного аппарата по перекачке энергии, сошедшего с ума чернокнижника и раненного научного сотрудника.
Такое чувство, что на тайное крыло напала банда головорезов. Но такую толпу заметили б еще на подходе. Тогда какого черта случилось⁈
Директор пансиона для детей с нестандартным даром должен все разузнать, иначе его самого закроют в подвал, сделав подопытным кроликом.
Марк Захарович не находил себя места и готов был выброситься в окно. Вдруг дверь резко открылась, и на пороге возник парень в деловом костюме.
— Какого хрена так долго? — спросил директор, не обратив внимание на то, что подчиненный не постучал и вломился, как к себе домой.
— Извините, там странная ситуация, долго собирал информацию, — ответил вошедший, с трудом подбирая слова.
— Ладно, выкладывай, что узнал. Я порву на куски, того, кто это устроил!
Глава 5
Подчиненный сел в гостевое кресло с таким видом, будто там торчали острые пики или еще что похуже. Парень стал делать доклад, от которого директор чуть не грохнулся в обморок. В какой-то момент пришлось сесть за стол, чтоб ноги не подкосились.
Тут было чему удивляться, если не сказать больше. Во-первых, поступок охранника. К нему якобы подошел двухметровый амбал, который был из тайной полиции. Он попросил повредить кабель и рассказал про каких-то шпионов.
Потом показания выжившего ученого. Тот поведал историю про мелкого пацаненка, который в одиночку устроил кровавый погром. Ага, еще хлеще! Может их там еще инопланетная слизь покусала?
— Да уж, полный пи.дец, — процедил Марк Захарович, массируя виски и глядя в одну точку. — А что с этим Робертом или как там его? Ты его допросил?
— Да-с, господин. Мастер черной магии говорит, что они большие, зубастые, с крыльями. Срывают с него кожу живьем, а потом снова наращивают. С ним сложно сейчас разговаривать, он слегка не в себе, — запинаясь пояснил помощник, видя, как лицо Марка становится все суровее.
— Да какого хрена вообще??? — взревел директор и пустил из руки луч красной магии.
Парнишка слетел со стула, получил ожог плеча и ударился в стену.
— Пойми, Смирнов, нам нечего сказать графу Шувалову. Выходит, его сына убил некий мальчик или специальный агент. А может черные существа, что кусают задницу Роберта. Это полный маразм! Тебе больно? — прокричал хозяин кабинета, при этом последний вопрос задал спокойным тоном.
— Д-да, очень больно… Простите, господин. Я готов все исправить, — простонал Смирнов, охая и с трудом поднимаясь на ноги.
— Будет куда больнее, когда явятся люди Шувалова! У нас умер его наследник, а мы сиськи мнем. Мне нужна точная информация, и как можно скорее! Клянусь, я прожгу тебе печень, если ничего не узнаешь!
Смирнов хромая вышел из кабинета. Директор снова встал на ноги и стал мерить комнату большими шагами, не понимая, что за чертовщина творится в последние дни.
* * *
— Ум-ням-ням, как же вкусно! Умм просто объедение! Ням-ням, прям вкусняшка! — большой рот щекастого пацана поглощал постную кашу и черный хлеб с таким аппетитом, будто это были изысканные яства при дворе императора.
Умел этот Жорик создать рекламу еде, сам того даже не замечая. Да, у Сани был друг, с которым тот иногда разговаривал. А кто может быть другом очкарика? Конечно,
