него исправить за время операции в Судане. Тако был отличным снайпером и лучшим в их команде разведчиком, а также прекрасно знал взрывное дело.
Старший сержант Андерсон имел позывной Мичиган и был самым старшим и самым опытным, если не считать самого Танцора, спецназовцем. На его счету было больше боевых столкновений, чем у всех остальных вместе взятых в этом маленьком отряде. Его отличали невероятное хладнокровие, недюжинная, медвежья сила и умение принимать быстрые и неординарные решения. Именно его Танцор взял на место своего заместителя, и именно он должен был бы встать во главе этого небольшого отряда в случае, если бы с самим Танцором что-то вдруг случилось.
Сержант Дэвис, которого все знали по позывному Бёрдс, хотя и был открытым и веселым парнем в жизни, но во время выполнения боевых заданий всегда умело и четко действовал даже в критической обстановке, отлично стрелял и слыл асом рукопашного боя. Гибкостью и умением тихо двигаться и подкрадываться к противнику он уступал разве что самому Танцору.
Рядовой Левински с позывным Фокс, что значит Лис, был незаурядным спецназовцем. Обладая математическим складом ума и все свободное время посвящая игре в шахматы, он мог заранее просчитать все варианты развития событий и принять единственно правильное решение, которое не раз спасало жизнь и ему, и его товарищам во время выполнения боевых задач.
Рядовой Джексон был немногим старше двадцатитрехлетнего Гонсалеса и имел позывной Слоник. Но не потому, что был большого роста или толстый – он ничем не отличался от остальных своим телосложением или внешностью. Разве что цветом кожи. Джексон был черный. Такой же черный, как коренные суданцы. Но это было единственным его сходством с африканским народом. В душе Джексон был больше белым парнем, чем все белые парни, с которыми ему приходилось служить.
Танцор взял его с собой по двум причинам. Первая – ему надо было заработать лишние очки среди чернокожих суданцев, показав им, что он, как истинный американец и защитник демократии, хорошо относится к черным. Настолько хорошо, что даже в отряде у него есть черный парень. Мол, черные тоже могут быть такими же крутыми, как и белые. Правда, все это была только показуха, политическая шелуха, без которой сейчас было не обойтись. На самом деле и сам Танцор, и его отец, и дед, и тем более прадед всегда были в душе колонистами и терпеть не могли темнокожих, считая, что их место должно быть в полях, на конюшне или на худой конец – на кухне.
Вторая причина, по которой Танцор взял Слоника в свою команду, была его способность к языкам и умению вести переговоры. Память у рядового Джексона была феноменальная. Он легко, буквально за несколько дней, мог выучить незнакомый язык. А такое умение ой как пригодилось бы Танцору в Судане, где в каждой повстанческой группировке говорили на своем этническом языке. К тому же Слоник неплохо знал русский язык и говорил на нем почти без акцента.
В задачу Слоника входило быстрое изучение не только необходимых для выполнения задания языков, но и помощь в переговорах с оппозиционными силами. Танцор был тонким стратегом и понимал, что черный будет больше доверять черному, чем белому, поэтому всегда держал Слоника при себе во время поездок по базам повстанческих отрядов. Хорошее знание языков и местных наречий нужны были Танцору еще и для того, чтобы быть в курсе, о чем говорят за его спиной эти ниггеры. Слоник не должен был показывать, что он знает то или иное наречие, на котором говорило местное население. Но если в присутствии Танцора кто-то переходил с английского или с арабского языка, которые являлись официальными в Судане, на местный говор, Слоник должен был внимательно слушать такие разговоры, а потом докладывать об их сути командиру.
Такая тактика позволяла Танцору вовремя распознавать настроение и настрой окружающих его людей и предпринимать соответствующие шаги или в сторону уговоров и посул, или в сторону запугивания оппонентов.
Со дня встречи с главами повстанческих объединений прошло три дня. Дело у Танцора не разнилось со словами. По его просьбе им вчера было доставлено нужное для осуществления его плана оружие и оборудование. И теперь, когда он совместно со своей командой разработал план «Лотос» и донес его суть и важность до всех, даже до самого захудалого командира самого захудалого повстанческого отряда, он знал, что у него все получится. Эти дикари с примитивными «калашами» еще советского производства были поражены, насколько развитие американского оружия ушло вперед по сравнению с развитием русского оружия. Танцор ведь не собирался им рассказывать, что у русских тоже есть много новых технологичных разработок. Наоборот, он только и делал, что нахваливал свое отечественное и ругал все русское.
План Танцора, который он назвал «Лотос», хотя и был непрост, но вполне выполним при определенных условиях. И эти условия Танцору и его команде должны были предоставить местные повстанцы. На осуществление трех этапов плана он отвел себе около двух-трех месяцев. За это время обстановка в Судане должна была переломиться в сторону повстанцев настолько, чтобы правительственные войска и правительство поняли – они потерпят фиаско, если не сменят свое политическое направление и не откажут русским в дальнейшем сотрудничестве.
На первом этапе осуществления плана должен был «раскрыться» первый ряд лепестков «Лотоса». В задачу группы Танцора входило взорвать, причем взрывы должны были произойти одновременно, несколько складов с гуманитарной помощью, которую привозили из России. Такие склады были практически во всех административных городах провинций, и, по данным разведки и по заверениям повстанцев, хорошо охранялись. Но охрана состояла в основном из местных, входящих в силы народного ополчения, которых Танцор думал или подкупить, или обхитрить. Последнее ему казалось более приемлемым. Деньги ему пригодились бы для других целей – он собирался найти себе хороших информаторов среди населения, которые бы за небольшую плату и безо всякого риска сливали бы ему информацию о передвижениях русских военных из ЧВК в том или ином районе.
Второй этап плана «Лотос» и второй ряд лепестков – взрывы на объектах с ГСМ, газом и нефтью. С подготовкой им придется повозиться чуть дольше, но выявить более уязвимые в плане охраны склады и базы им помогут местные. Оппозиция обещала помощь в этом направлении, и Танцор не сомневался, что такую помощь она его команде предоставит. Взрывы, как и в первый раз, должны будут прозвучать сразу в нескольких вилайятах. Это внесет смятение, растерянность и страх в ряды правительственных военных. Они начнут догадываться, что оппозиционные группировки стали
