Читаем без скачивания Вертихвостка - Джейсон Хайтс

- Привет, Чак.

Он обернулся и сдавленно застонал в смятении, увидев вызывающе самодовольную рожицу Джуди Трейнор. Загорелая девушка с волосами цвета меда улыбалась ему, в то время как её глаза придирчиво, сантиметр за сантиметром изучали Дженнифер.

- Привет, Джуди.

- Ты обдумал то, о чем мы говорили вчера на пляже?

Чак почувствовал, что краснеет.

- Да, разумеется.

- Ну и?

- Все остается по-прежнему.

Джуди пожала плечами и неторопливо направилась к стойке, нарочито вызывающе покачивая бедрами, как бы выражая этим свое презрение к Дженнифер. Чак был весьма рад появлению официанта с коктейлями и засуетился, следя за тем, чтобы их правильно разместили и тщательно перемешали.

- У них здесь самые лучшие фруктовые коктейли во всем городе, натянуто произнес он.

Дженнифер кивнула, слегка улыбаясь.

- Выглядит в самом деле великолепно.

Она сделала маленький глоток и посмотрела в сторону бара, где Джуди беседовала с двумя-тремя спасателями.

- Это твоя подружка?

- Она-то? Нет, просто знакомая, - мрачно сказал Чак.

- Очень хорошенькая.

- Да, вроде бы.

- Интересно, как она умудряется влезать в такие узкие брюки?

Чак смущенно заерзал.

- Как коктейль?

- Чудесный, - с улыбкой ответила Дженнифер. - У тебя, наверное, много знакомых девушек. Тетя Элейн говорила, что ты работаешь спасателем. У тебя есть постоянная подружка?

- Нет.

- Ну надо же! - удивленно воскликнула Дженнифер. - Даже не верится. Ты ведь такой большой, сильный и красивый. Эта девушка не виновата, что так ревнует. Могу поспорить, что она готова выцарапать мне глаза за то, что я сижу здесь с тобой.

Чак был совершенно выбит из колеи. Он никак не мог привыкнуть к её манере разговора. Если бы не простодушные глаза и серьезное выражение её лица, он бы поклялся, что она его разыгрывает. Он попытался скрыть свое смущение, сосредоточившись на коктейле.

Когда они вышли из кафе, Дженнифер спросила, нельзя ли немного прокатиться вдоль берега. Чак на маленькой скорости двигался по пустынной дороге и, даже не зная, с чего все началось, рассказывал историю своей жизни, про футбол, про службу в армии, про работу в Майами, про опасные случаи, когда он спасал людей из бушующего океана. Девушка внимательно прислушивалась к каждому слову, и в конце концов он заставил себя остановиться, пока не ляпнул что-нибудь чересчур откровенное.

- Я уже много лет столько не говорил, - усмехнулся он, провожая Дженнифер до парадной двери дома Элейн. - Не знаю, что на меня нашло.

- Мне было очень приятно послушать, правда.

- Как думаешь, ты сможешь завтра придти на пляж?

Дженнифер оживленно улыбнулась.

- Я надеялась, что ты захочешь ещё раз меня увидеть.

Чак смотрел на нее, ощущая комок в горле. Свет лампы над дверью бросал красивые тени на её сияющее лицо, делая его ещё прекраснее и смягчая безупречные очертания её губ.

- Я хочу, - с трудом выдавил он, придвигаясь ближе к ней, не в силах себя сдержать.

- Я очень хочу увидеть тебя снова.

Зеленые глаза широко раскрылись, когда его руки обхватили её тонкую талию.

- Ты хочешь меня поцеловать? - прошептала она, напрягаясь всем телом.

- Ты против?

- Нет, совсем нет, - тихо выдохнула она, подаваясь под его нажимом. Я просто не уверена, что умею это делать.

Чак привлек её к себе и наклонил голову к её поднятому личику. Даже ещё до того, как их губы встретились, он почувствовал мягкое прикосновение её юных грудок и поразился их упругости. Он поцеловал Дженнифер. Ее губы оказались именно такими, как он ожидал - свежими, невинными и робко-доверчивыми. Он ощутил прилив нежности и даже не попытался раздвинуть их. Наконец, почувствовав, что поцелуй и упругое давление её тела начинают оказывать на него воздействие, он отодвинулся. Глаза Дженнифер были широко раскрыты в благоговейном изумлении.

- Ой!

Он засмеялся.

- Что случилось?

- Не знаю. Я так странно себя чувствую.

- Ты когда-нибудь испытывала такое?

Дженнифер покачала головой.

- Никогда. - Ее ресницы затрепетали, и она облизнула губы кончиком языка. - Сделай так ещё раз. Обними меня.

Чак ошеломленно подчинился, опять привлекая её к себе.

Дженнифер приглушенно вскрикнула, и он был поражен, когда её маленькие бедра едва заметно шевельнулись. Он уже хотел поцеловать её, когда она вдруг шарахнулась прочь, и в зеленых глазах появился страх.

- Прости, - хрипло проговорил он, невольно дрожа и понимая, что именно её напугало.

- Наверно, я лучше пойду, - слабо сказала она, берясь за ручку двери. Чак тупо кивнул.

- Да, конечно.

- Чак.

- Что?

Ему показалось, что она покраснела.

- Спасибо... за все. Это было... чудесно.

Он не успел ответить, как дверь открылась и снова закрылась, и она исчезла. Он повернулся и медленно побрел к машине. Голова кружилась, а тело била нервная дрожь. Машинально, совершенно не осознавая, что делает, он перелез через борт машины, сел за руль и завел мотор. Минутой позже, забыв включить фары, он медленно катил домой.

Глава 5

Утро было ясным, но после полудня опустилась знойная духота, говорившая о приближении ещё одного летнего ливня. Океан был гладким, спокойным и неестественно теплым, лениво чередовавшим приливы и отливы, неохотно разбивая о берег волны. Пляж охватила какая-то странная тишина, которая, казалось, заразила загорающих, молча и неподвижно лежавших на своих подстилках.

Чак беспокойно ерзал на сиденье своей вышки, в сотый раз поворачивая голову, чтобы бросить безнадежный взгляд в сторону далекого дома Элейн Вольф. Ему не терпелось увидеть обольстительную Дженнифер, и чем больше она задерживалась, тем беспокойнее он становился.

- Который час? - угрюмо спросил он.

Арти Флинн нахмурился.

- Я только что тебе сказал.

- Скажи ещё раз.

- Почти три.

Чак рассеянно кивнул:

- Спасибо.

Веснушчатый Арти озадаченно покачал головой.

- Слушай, что это с тобой сегодня? Тебя что-то гложет?

- Вовсе нет, - досадливо сказал Чак. - Я хочу размяться. Подежурь.

- Само собой.

Чак спустился по лестнице на песок и пошел вдоль пляжа, глубоко засунув руки в карманы своей спасательской штормовки. Арти попал в точку: его и впрямь кое-что глодало. Просто покоя не давало. Миниатюрная куколка со светло-рыжими волосами, зелеными глазами и хрупким телом, которое на самом деле вовсе не было хрупким. Он представил себе её лицо - маленькое, симпатичное и страстное. Он слышал её голос, такой кроткий, тихий и наивный. Ее робкая просьба обнять её ещё раз до сих пор эхом звучала у него в мозгу, сводя с ума.

- Привет.

Он остановился, чуть вздрогнув, и увидел Маргарет Ши, которая сидела в своем алюминиевом кресле с открытым журналом на коленях. Чего-то не хватало, и мгновение спустя он понял, что с ней не было Мэри. Он посмотрел на воду, но девочки не было видно. Он подошел к привлекательной женщине, выдавив из себя улыбку и все ещё не в силах полностью стряхнуть с себя подавленность.

- Привет. В полном одиночестве?

Маргарет улыбнулась, слегка нервничая:

- Да.

- А где же Мэри?

Молодая женщина смущенно отвела взгляд.

- Она гостит у бабушки. Мне показалось, что погода начинает портиться, и я подумала, что пусть лучше она сейчас побудет у нее.

Что-то ещё было не в порядке, и он, слегка нахмурившись, внимательнее посмотрел на застенчивую брюнетку. Черные волосы были такими же гладкими и так же пострижены перьями, как обычно, но уложены более тщательно. Помада на её губах была чуть ярче той, которой, как он помнил, она пользовалась раньше, тем более приходя на пляж. И купальник был другой, плотно облегающий и какого-то розового оттенка. Неужели наконец рухнула последняя крепость?

По-видимому, Маргарет Ши заметила одобрение в его глазах, и на её щеках проступил легкий румянец.

- Честно говоря, я себя чувствую как-то одиноко, когда Мэри нет рядом и никто ко мне не пристает.

Чак присел на корточки лицом к ней, размышляя, нарочно ли она устроила эту поездку к бабушке или просто решила воспользоваться случаем.

- Тебе будет полезно расслабиться и развлечься, - произнес он, окидывая одобрительным взглядом её ноги. У неё была бледная кожа, плохо поддающаяся воздействию солнечных лучей. Она выглядела гладкой и прохладной. - Каждой женщине необходимо иногда сменить обстановку.

Румянец запылал ярче.

- Я думаю, ты прав.

- Как говорится, разнообразие скрашивает жизнь.

Маргарет Ши, казалось, едва дышала. Она упорно смотрела куда угодно, только не на него, и он отметил новый блеск в её глазах.

- Как думаешь, опять будет дождь? - неловко спросила она.

Чак улыбнулся, наслаждаясь её затруднением.

- Вероятно.

- Лето пока было не очень-то хорошим, правда?

Чак взглянул в её робкие, нервные глаза.

- Скоро исправится.

Маргарет Ши ничего не ответила. Она просто посмотрела на него, показывая всю свою беспомощность и ранимость. Было очевидно, что два года соответствующей обработки не прошли даром, и теперь все зависело только от него. Терпение есть добродетель, а добродетель должна быть вознаграждена. Это был миг сладчайшего торжества, и Чак от всей души наслаждался им.