Солнце еще не печет. Утро тихое, свежее. Пустынная улица. Ни души, ни движения, ни шороха, ни шепота. Город вымер. Стою одна посреди улицы. Что-то мистическое есть в этом. Вот откуда берется это давящее чувство одиночества. Беги отсюда, Гленда! Морис… Морис, почему ты прячешься, где ты? Какой же ты неуловимый, непостижимый. Кто ты на самом деле? Умница, добрый гений. Маг и волшебник. Моя иллюзия? Ночь преобразила тебя. Что же принесет утро? Неужели раскаяние? Почему такое чувство, что меня ждет разочарование? Как он сказал? Нет, это было не пошленькое сравнение, не затасканное словечко, типа «козочка», «розочка», «тыквочка», «звездочка»… Звезда моя! Словно провели теплым мехом. Звезда моя! Все необычно. Наклонился… Не нагнулся, нет. Склонился, поднял на руки черного как сама ночь котика, потерся щекой о его мягкую теплую шкурку, зажмурив глаза. Бледное лицо почти светится в темноте. Черное и белое. День и ночь. Вечная борьба двух стихий.
Питейное заведение закрыто. Что толку дергать дверь, написано же. Автобус все еще стоит, значит, и ребята не уехали. От окружающей, опутывающей сознание тишины ломит затылок. Ну, не потеряла же я слух! Собственные шаги-то слышу. Только их звук оживляет эту мертвенность. На переодевание потребовалось не более пятнадцати минут. Снова выхожу на безлюдную улицу. Машины жмутся к обочинам. Их совсем мало. Одна, две, три… шесть. Всего шесть машин на весь город. Последние дома остались за спиной, и по-прежнему никого и ничего. Но что-то еще показалось странным. Что-то важное, только мысль все время ускользает. Там, вдалеке, до самого предгорья равнина. Стада пасутся. Значит, где-то прячутся фермы. А это что там, за деревьями? Кладбище. Узкая, почти заросшая тропинка петляет среди кустов. Интересное кладбище. Ни одного креста. Надгробия. Кое-где совсем старые, с потертыми надписями: «Уильям Риели. 1840 (1632) – 1912», «Маркус Коррерас. 1896 (1769) – 1920». На большинстве могил по две даты рождения. Надо будет не забыть спросить, что это значит. Еще 1920-й, еще… Сколько же их здесь? В городе была эпидемия? Или индейцы? А где часовня? Вот чего нет в городе – церкви! Одни вопросы, а ответы на них может дать только Морис или Тикси. Вернусь в бар.
Ну хоть кто-нибудь сегодня вылезет? Есть кто живой? Ладно, займусь самообслуживанием.
Спускаюсь в бар через гостиницу. Деревянные ступени поскрипывают под ногами. Беру из вазочки конфетку. Может, на кухне найду пару яиц. В счет это, мистер Тикси, можете не включать. Не заперто! В коридоре хоть глаз выколи! У меня же с собой ключи от машины и брелок с фонариком! Одна дверь закрыта, вторая тоже. Что, все заперто что ли? Нет, вот эта поддалась. Лестница. Бесконечная какая! Как в преисподнюю. Мне почудилось или я что-то услышала? Стоны, мольбы о помощи. Не оступиться бы! До чего же они не любят фонарей! Может быть один бедолага уже свалился? Кажется, я буду вторая.
– Кто здесь?
– Гленда, это я – Клайф. Помоги мне!
– Ты что, как собака на цепях? Почему в клетке? Что это за решетка? За что тебя? Кто это сделал?
– Этот мерзавец Балантен! Я никого не хотел убивать. Он это прекрасно знает… Я был зверски голоден, мне мало того, что он дает. Ну не мог я остановиться. Это не я виноват! Все из-за него. Балантен издевается надо мной. Он меня ненавидит! Освободи меня, Гленда!
– Это Морис тебя? За что?
– Он хочет всех подчинить своей воле, дьявольское отродье! Ему нужна абсолютная власть. Я не такой. Не желаю подчиняться! Выпусти, они меня растерзают. Посмотри, что они со мной сделали!
– Я найду его, Клайф. Я заставлю его освободить тебя. Он не имеет права так поступать с человеком! Что бы ты ни сделал, ты должен отвечать перед судом, а не перед Балантеном. Потерпи немного. Сейчас!
– Остерегайся его! Он зверь. Кровожадное чудовище.
Что он там кричит? Ну, Морис, этого я от тебя не ожидала. Переполненная негодованием, влетаю в бар. У машины топчется вчерашняя компания. С треском распахиваю дверь.
– Вы не видели помощника шерифа Балантена или Тикси-бармена?
У девочки растерянное помятое лицо. И ребята выглядят не лучше.
– Мы никого не видели. После вчерашнего у нас безумно раскалываются головы. Мы хотим уехать. И Ким с Бертом еще куда-то запропастились!
– Так вы разве не дождетесь их?
– Сами догонят, если захотят. Может, они уже давно уехали.
Пожала плечами и пошла обратно в бар. Ну и ну! Ничего себе компания! Куда же пропал Тикси? Что за звуки? Кажется, отсюда.
– Откройте! Тикси! Это Гленда О'Коннол. Что здесь происходит? Я вызову полицию. Где Балантен?
Забарабанила кулаками в дверь. Шорох. Приоткрылась узенькая щелочка. Тикси.
– Молодежь уехала? Вам тоже лучше последовать за ними.
– Я никуда не уеду, пока не поговорю с Балантеном. Да впустите же меня!
Что это? На кровати лежит девчонка из заезжей компании. Над ней склонились Морис, Тори и еще мужчина. Она что, мертвая? Так это ее убил Клайф!
– Вызовите врача. Немедленно!
Мужчина поднимает голову:
– Я – врач. Эрик Свенсон, мисс.
– Все под контролем.
Морис удивительно спокоен. А я в ярости!
– Мистер Балантен, человек в подвале прикован цепями. Это у вас называется – под контролем? Что за средневековье!
Морис буквально выталкивает меня в коридор. Встряхнул за плечи.
– Так вот ваше настоящее лицо, мистер Балантен! Но объясняться вы будете не со мной. Я немедленно сообщу обо всем, что здесь происходит, шерифу округа.
На его лице никаких эмоций. Бесчувственный чурбан! Убери от меня свои руки! И голос даже не дрогнул.
– Она не умерла. То есть… Я не могу тебе сейчас ничего объяснить.
– А отпустить бедного Клайфа ты можешь?
– Нет, он останется там, где есть. Он будет отвечать перед нашим законом.
– Ты кто – Господь Бог? Ты не имеешь права ни судить, ни казнить. Эту девочку надо немедленно отвезти в больницу. Что с ней? Да будешь ты отвечать или нет?
Мой голос почти срывается на визг. Зато он по-прежнему невозмутим. Как он так может?
– Если ты не будешь мешать, меньше, чем через два дня, она будет в порядке.
– Где, здесь? В паршивой конуре? Без помощи врачей?
– Врачи ей не помогут. Мы сами справимся. Успокойся.
– Она перебрала наркотиков? А вы, конечно, не только философ, но еще и нарколог!
– Да, у меня есть медицинское образование. Но это не главное. Гленда, ты мешаешь. Тикси, займись ею!
– Я вызову сюда бригаду «Скорой»! Не смей ко мне прикасаться, Тикси!
Будь проклята эта темнота! Где телефон? Почему молчит? Стучу по рычажку. Ну же, ну!
– Телефон не работает, мисс О'Коннол.
– В таком случае, подготовьте мне счет, я немедленно уезжаю и забираю девушку с собой, если больше никто не в состоянии этого сделать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
