– Возможно, он всего лишь развратная собака. – Эйлис понимала, что было бы ошибкой сообщить ему, что она помолвлена с человеком, которого Макдабы ненавидели почти как ее дядю.
– Да, это так и есть, но я думаю, что здесь что-то еще. – Он схватил Эйлис за руку, которую она пыталась спрятать в складках своего платья, и уставился на кольцо на ее пальце. Потом посмотрел ей прямо в лицо. – Думаю, этот человек просто пытался заполучить то, что в конечном счете все равно будет его собственностью. Ты помолвлена с сэром Дональдом Маккорди.
Эйлис лихорадочно искала в памяти какое-нибудь имя, которое можно было бы назвать, – любое имя, которое не прибавило бы Макдабам желания ей отомстить.
– Вы тоже не любите его, сэр? – наивно осведомилась у Александра Сибил. – Вы знаете, он не любит меня и моих братьев, но это ничего не значит. У нас есть Эйлис. Мы будем жить с ней. Она нам обещала. Я собираюсь помогать ей заботиться о ее детях.
Хотя этот голосок был слабым и на него почти никто не обратил внимания, Александр заметил, что Эйлис вздрогнула. Заметил он и злость, которая замутила ее красивые карие глаза. Александру пришло на ум: одного лишь Дональда Маккорди осадила эта девушка, или же она так относилась ко всем мужчинам? Потом он подумал: а почему это его беспокоит? Когда он уложит ее в кровать – а он это сделает, – это будет не для удовольствия, его или ее, так что то, как она относится к мужчинам, не должно его заботить.
– Твоя ценность для нас возрастает с каждым моментом, ведьма, – буркнул Александр. – Оказывается, у меня в руках не только наследница Лиргана и всего того, чем владеет этот грязный Колин, но и супруга наследника Крейгендаба. – Она сделала попытку высвободиться, и он сжал ее мягкую руку сильнее и притянул Эйлис к себе. – Как ты думаешь, что я должен с тобой сделать – с женщиной, столь тесно связанной с двумя людьми, которых я просто мечтаю проткнуть мечом?
От его вкрадчивой манеры говорить Эйлис похолодела, однако заставила себя посмотреть ему прямо в лицо.
– Мы уже знаем, как ты можешь поступить, так что я не хочу напрягать голос для ответа.
Александр медленно стал изучать ее наглым взглядом. Она сочла это оскорбительным и продолжала яростно смотреть на него.
– Да, я знаю, что с тобой делать. Тебя надо приберечь, чтобы твой бедный оскорбленный сэр Дональд Маккорди за тебя заплатил. – Он посмотрел на Джейма, который то сжимал, то разжимал огромные кулаки. – Тебе следует предупредить своего большого друга, чтобы он не старался оказывать тебе медвежьих услуг, иначе все твои отважные попытки его спасти окажутся напрасными.
Лицо Эйлис залило краской, что ясно свидетельствовало о том, что она очень привязана к этому увальню. Александру было неприятно признавать эту истину, поскольку она не соответствовала его весьма нелестному и горькому мнению о женщинах.
– Джейм, ты клялся, что не поднимешь руку на кого-либо из Макдабов. – Голос Эйлис был спокойным, но твердым, поскольку это было лучшим способом подавить ярость Джейма. – Ты должен держать слово.
– Но, госпожа, – протестующе произнес он. – Я знаю, что он хочет с вами сделать.
– Держи слово, Джейм, – повысила голос Эйлис. – Я не хочу, чтобы на мне была твоя кровь. Ты не можешь изменить мою судьбу.
– Я могу разорвать этого ублюдка надвое, – пробурчал Джейм. Взгляд его темных глаз был жестким от ярости. Он неотрывно смотрел на Александра, разминая свои массивные пальцы.
– Да, ты можешь это сделать. – Эйлис посмотрела на человека, который все еще сжимал ее руку. И почему Бог наградил ее преследователя столь красивой внешностью? – И я буду при этом присутствовать, но это время еще не пришло, Джейм. – Она оглянулась на своего большого друга. – Не сейчас. Ты можешь мне понадобиться, когда придется снова встретиться с моим дядей и женихом.
Александр хотел что-то сказать, но не успел – прибыли слуги с пищей и напитками. Эйлис хотела сесть за стол вместе с детьми и Джеймом, но Александр не очень вежливо потащил ее на свою сторону. Дети и Джейм осторожно последовали за ней, но громкая команда заставила их немедленно сесть. Александр подумал, что от детей слишком много суматохи. Они вели себя так, словно хотели, чтобы их выпроводили из большого зала.
– Мы не можем есть в большом зале, – выпалила Сибил. – Бабушка это запрещала, как и дядя Колин. Вы уверены, что мы не должны отправиться в свою комнату? У нас же есть комната, не так ли? Знаете, Рут часто рыгает. Тетя Эйлис тоже может пойти с нами. Она часто так делает. – Девочка напряженно съежилась на стороне, где находился Барра, приготовившись убежать.
– Ну, у нас взрослые едят за одним столом с детьми, – произнес Александр. – Значит, ваш дядя и бабушка редко бывали в вашем обществе?
– Да, – пробормотала Сибил, которую весьма заинтересовало угощение, поставленное перед ней Баррой.
Эйлис почувствовала, как сжимается ее сердце. Так было всегда, когда дети жаловались на взрослых, которые относились к ним с равнодушием. Но она радовалась, что Сибил наконец успокоилась. Было бы скверно, если бы Александр Макдаб понял, как пренебрежительно к детям относились у Макфарланов. Она увидела, что Барра обменялся озадаченными взглядами с Александром. Она знала, что ее сестра, Майри, никогда не говорила Барре, что к ее детям относятся как к париям. Майри боялась, что Барра потребует избавить детей от подобного унижения, а она не хотела расставаться с ними. Эйлис молила Бога, чтобы Александр не стал далее расспрашивать детей. Она бросила взгляд на него и непроизвольно простонала. Удивительно красивое лицо Александра было полно решимости, и что-то подсказывало Эйлис, что он захочет узнать все подробнее. У него явно было много вопросов, и она уже знала, что он относится к людям, которые настойчиво добиваются ответа.
– С чего это наша маленькая девушка замолчала? – Александр пристально посмотрел на Эйлис. – Она не хочет отвечать на вопросы.
– Это потому, что ответы к вам не относятся. А! – вдруг воскликнула она, когда он без всякой вежливости схватил ее за волосы и притянул к себе – так, что их разделяло всего несколько дюймов. – Грубость вам ничего не даст, сэр Макдаб.
– Я получу ответы, – произнес он тихим спокойным голосом, не обращая внимания на негромкие протесты Барры. Она заметила, что, несмотря на то, что Джейм напрягся, как туго натянутая тетива, он держал обещание и не давал воли своим могучим рукам. – Это по твоему приказу они молчат, сударыня. Я хочу знать, как травила их твоя проклятая семья.
Даже если бы он начал выдергивать ее волосы, волосок за волоском, Эйлис ни за что бы не стала отвечать. Она подняла подбородок и обдала его самым вызывающим взглядом, на который только была способна.
