– полог он не опускал, и из кибитки было хорошо видно и площадь, и церковь, и соседние дома.
– Да, – ответил он. – В некотором роде – служитель.
В кибитке пахло лекарскими порошками, пылью и бумагой. Ольжана вздохнула. Что ж, раз госпожа Кажимера так решила, значит, здесь безопасно. И всё же…
Ольжана слышала, что чёрное железо носили на себе только самые ревностные из последователей Дланей. Но Лале имел дела с госпожой Кажимерой – вправду ли он был так благочестив?
– Надо же. – Ольжана разглядывала его кибитку с нарочито восторженным любопытством. – Там, откуда я родом, чёрное железо не в чести, и я никогда не видела таких перстней. Вы не возражаете, если я попрошу его подержать? – И хохотнула. – Не убьёт же оно меня?
Лале удивлённо приподнял брови.
– Нет, конечно. Только обожжёт. – Он снял перстень и протянул ей.
Ольжана взяла его платком и почувствовала жар даже сквозь мокрую ткань. Осторожно тронула пальцем свободной руки – будто горячей сковороды коснулась. Когда она отдёрнула руку, на подушечке пальца остался след, как от сажи.
– Говорят, чем сильнее чародей, тем больнее его обжигает чёрное железо. – Ольжана вернула Лале перстень через платок. И продолжила беспечно: – Я слышала, будто бы исключений не бывает, но, наверное, это байки.
След на её коже начал бледнеть.
– Спасибо, что удовлетворили моё любопытство. – Посмеиваясь, она тряхнула кудрями. – При обычных людях чёрного железа не коснёшься, а я всегда хотела подержать его в руках.
– Едва ли. – Надевая перстень, Лале мягко улыбнулся в ответ. – Скорее вы хотели проверить, настоящее ли железо я ношу.
Губы Ольжаны свело судорогой.
Повисла неловкая тишина.
– Извините.
– Ничего страшного. – Лале пожал плечами. – Я понимаю. Вы ничего обо мне не знаете, а госпожа Кажимера послала меня вам в помощники.
Её глаза расширились.
– Вас? – Ольжану бросило в дрожь. Значит, это помощь, которую ей обещали? – То есть… Длани Великие, Лале, вы уж не берите близко к сердцу… Но вы даже не чародей.
Он развёл руками. Мол, да кто ж спорит?
– И, наверное, вы даже не знаете, на что вас послали. Чем же вы сможете мне помочь? Бедный вы мой человек!.. – Она стиснула пальцы в замок. – Вы ведь только себе сделаете хуже.
Ольжана подалась вперёд, облокотилась о колени. Она не сразу заметила, что смотрит на Лале прямо, в упор. Ей не было дела до его шрамов, хотя Лале мог подумать иначе. Но если его и смутило её внимание, то виду он не подал.
– Я знаю, что вы бежите от чудовища из Стоегоста, – тихо проговорил Лале. – У меня есть кибитка, и я могу возить вас по Вольным господарствам до тех пор, пока Драга Ложа его не уймёт. Госпожа Кажимера рассказала, что оно чует ваш след, но это не значит, что его нельзя запутать.
Ольжана спрятала лицо в ладонях.
– Чем вы провинились перед госпожой Кажимерой, раз она отправила вас ко мне?
Не дожидаясь ответа, Ольжана отвернулась и посмотрела на площадь. В глаза летели косые капли дождя.
Казалось, Лале замялся.
– Я в добрых отношениях с паном Авро. Недавно мои товарищи попали в большую беду – вместе мы многое пережили в песках Кел-Гразифа, и я не хотел их оставлять. Помочь им смогли только пан Авро на пару с госпожой Кажимерой, и когда меня попросили об ответной услуге, я… не смог отказать.
Ольжана выпрямилась и ошарашенно уставилась на Лале.
– Как вы сказали? – переспросила она. – В песках Кел-Гразифа?
В Хал-Азаре, далёкой стране, о которой Ольжана знала только из сказок и гримуаров Йовара, находилась гробница одного из почитаемых иофатцами Перстов – вблизи загадочного города Кел-Гразиф. Иофатские военачальники раз за разом начинали походы и сражались с хал-азарцами за эти земли.
Ольжана обвела кибитку куда более цепким взглядом. На её беду, она нашла то, что искала, – к стене, увешанной мешочками с травами, был прибит маленький меч из чёрного железа, перечёркнутый кованой веточкой оливы.
– Лале, – начала Ольжана севшим голосом, – вы что, башильер?
Меч и ветка оливы – Хранко чертил углём этот символ на печке, рассказывая Юргену и Ольжане о религиозном ордене, ненавидящем чародеев. Орден башильеров – братьев Меча, или, как говорили в простонародье, меченых братьев, – основали в Иофате, но позже их влияние распространилось далеко за пределами страны.
Все башильеры носили перстни, подобные тому, что был у Лале, но некоторые шли дальше: Хранко красочно описывал, как тяжелы вериги из чёрного железа.
– Если уж на то пошло, то брат Лаза́р, – произнёс он осторожно. – Один мой знакомый, моряк из Хал-Азара, как-то обтесал моё имя до двух смешных слогов, и всем понравилось.
Не думала же она, что его правда зовут Лале? Ла-ле – мягкое, восточное, почти женское.
Ольжана похолодела.
– Я не понимаю. – Во рту стало сухо. – Вы настоящий башильер?
– А я не понимаю, что вы имеете в виду, госпожа Ольжана. – Он ободряюще улыбнулся. – Жгу ли я ведьм? Нет, не жгу. Я бродячий лекарь, травник и библиотечный крысёныш – в отличие от многих моих братьев, прославленных воинов, бившихся под Кел-Гразифом. Ненавижу ли я колдунов или хал-азарцев? Я признался вам, что вожу знакомство с паном Авро и ношу прозвище, данное хал-азарским моряком.
– Длани, а я ведь упомянула при вас Жавору. – Знала бы, выбрала бы кого-нибудь другого, а не языческого нечестивого.
– Но вы также упомянули Длани, так что мы в расчёте. – В его глазах заплясали искорки смеха. – Так что делает меня настоящим башильером, госпожа Ольжана?
– Клеймо, – предположила она, ещё не оправившись от потрясения. С ума сойти, живой башильер! – У вас на груди есть клеймо? Меч и олива.
– Да, иначе какой же меченый брат без метки. Показывать, с позволения, не стану… и, пожалуйста, не будем об этом. Такие разговоры меня смущают, а я, если вы помните, монах.
Неожиданно Ольжане тоже стало весело от его тона.
– Какая чепуха! – простонала она. – Чародейка Драга Ложи отправляет вас, башильера, помогать мне, ведьме.
– …предварительно наказав, как следует вести себя в дороге. Раз вы до сих пор живы, значит, чудовище можно обогнать. Да и мне по роду службы положено много знать про чародеев и тех, кого они лепят из своих чар… – Невыносимо смешило, что Лале её успокаивал. – Не думаю, что наше путешествие продлится долго: госпожа Кажимера обратится к пану Авро, и вместе они поймают чудовище.
Ольжана взглянула на него с грустью.
– Не знаю, как пан Авро, а вот госпожа Кажимера, похоже, не слишком-то вас ценит. – И её заодно. Она могла бы отправить к ней
