а Бартон считал, что он берет начало из озера Танганьика. Чтобы доказать свою правоту, Спик один отправился во второе путешествие. И на этот раз ему удалось выйти к истокам великой реки…
Спик был поражен: вдоль берегов в речной прохладе отдыхали стада гиппопотамов, в воздухе проносились стаи голубых и оранжевых птиц, которых он никогда не видел в зоопарках Лондона. Спик услышал тяжелый, мерный топот — это на водопой вышло стадо слонов. Сегодня на том месте, где английский путешественник подошел к истокам Нила, стоит каменный обелиск с надписью, сообщающей об этом событии.
Впрочем, это было открытие истока Нила для европейцев. Африканцы многие века жили в этих местах. Ко времени появления Спика и других исследователей в центре Африки на берегах Белого Нила существовало несколько развитых государств: Карагуе, Буганда и Баниоро.
На местном наречии озеро, которое Спик в честь английской королевы назвал озером Виктория, называется Ньянза, что значит «большая вода». Белый Нил был открыт африканцами много веков назад и навсегда вошел в их жизнь, в их историю.
Позже еще двое английских путешественников — супруги Бейкер проделали путь вверх по Белому Нилу. Собственно, на этом и кончается географическое исследование истоков Белого Нила и начинается период колониального «освоения» этих мест. Последовавший за Бейкерами английский журналист Генри, Стэнли, корреспондент американской газеты «Нью-Йорк Геральд Трибюн», интересовался уже не столько географией, сколько политикой. Он представил английскому правительству обширный доклад, в котором указывал на необходимость овладения этим ключевым районом в центре Африки. Он отмечал, что территория, где находятся истоки Нила, непосредственно прилегает к Судану и Египту, задачу захвата которых ставила в этот момент Британская империя. Правда, английские колонизаторы двигались, так сказать, против течения Нила. Захватив в 80-х годах Египет, они к концу XIX в. после долгой и упорной борьбы и ряда неудач овладели Суданом, и уже в начале XX в. в их руках оказались и истоки Белого Нила. В это же время здесь побывал тогда еще мало известный парламентарий и журналист Уинстон Черчилль. Результатом его поездки была книга «Путешествие в Африку», где он назвал эти места «райским уголком». Природа района, окружающего истоки Белого Нила, произвела на него глубокое впечатление. Это, действительно, необыкновенно красивые места: высокие скалистые горы, ревущие водопады, над которыми постоянно стоит туман мелких брызг. Даже сейчас, после долгого хозяйничания англичан, бесцеремонно уничтожавших животный и растительный мир, эти места сохранили свое очарование.
Путешествие по Белому Нилу от туристского местечка Чоба-Лодж до водопада Эдуарда на небольшом пароходике оставляет неизгладимое впечатление. Вдоль заводей на песке безмятежно дремлют крокодилы. В жаркий полдень на дне реки отдыхают бегемоты, можно наблюдать, как они неожиданно всплывают и вода становится черной от их спин. Они шумно заглатывают воздух и снова спускаются на дно.
Острова усеяны разнообразными птицами, среди них грациозные черные цапли, несколько неуклюжие марабу, которые неподвижно сидят на деревьях, опустив огромные коричневые клювы. На берегу можно наблюдать стада слонов и черных быков с загнутыми к спине рогами. Встречаются также львы и жирафы, но их увидеть труднее, так как они всегда держатся в стороне от людей…
Много веков назад Нильская долина была, по-видимому, раза в три-четыре шире нынешней. В те времена там росли леса, может быть, не такие густые и пышные, как у истоков Нила, но все-таки способные дать приют гораздо более многочисленному и разнообразному животному миру, чем тот, который населяет сегодня нильские берега в Египте.
Известно, что еще несколько веков назад почти по всему египетскому течению Нила водились крокодилы и бегемоты.
Побывавший в Египте в XVIII в. польский путешественник князь Николай Радзивилл, оставивший забавную книгу с описанием этого путешествия, утверждал, что еще в те времена Нил буквально кишел бегемотами. «Мы видели в реке четырех бегемотов, кои буйволам нашим видом, шерстью и величиною весьма подобны, только что рогов не имеют, — писал он. — Они посевам весьма великий делают вред, ради чего огороды обводятся глубокими рвами, ибо животные сии имеют ноги короткие, не могут перейти насыпь»[7]. Князь Радзивилл даже утверждал, что, «нашедши человека, они умерщвляют его немедленно»[8], в чем он, конечно, как говорится, дал лишку. Далее он в своем описании выходит за всякие пределы реального, утверждая, что «животное сие бывает иногда столь велико, что слона даже пожрать может». С большим страхом он описывает одного убитого бегемота, которого ему довелось видеть в Каире. «У него была великая и видом страшная голова, коея зев в полтора локтя и у коея торчали превеликие зубы»[9].
Но так или иначе этих животных в настоящее время осталось мало. Та же судьба постигла и крокодилов, хотя в представлении иностранцев Египет долгое время был населен этими зверями. Рассказывают, что посол одной иностранной державы, будучи на приеме у Гамаля Абдель Насера в первые дни своего приезда в страну, ведя светскую беседу, полюбопытствовал, случалось ли ему видеть в Египте крокодилов. «Да, конечно, — ответил Насер, — в зоопарке».
Голубой Нил вытекает из озера Тана в Эфиопии. Озеро находится на высоте 3 тыс. м над уровнем моря. Это район жестоких зимних бурь. За сезон здесь случается до 400 таких бурь, сопровождаемых лавинами камней, уничтожающих все живое. После того как Голубой Нил, покидает озеро Тана, он образует водопад, названный Тизизат, что означает на местном наречии «ревущий огонь». Водопад действительно кажется красным, так как над ним постоянно стоит радуга, в которой преобладает красный цвет. После водопада река попадает в русло, глубина которого достигает километра. Вода здесь кипит и пенится даже в сухой сезон. Далее Голубой Нил достигает Судана, где несколько укрощает Свой темперамент. Часть его вод забирается Сеннарской плотиной.
В самом центре столицы Судана Хартуме он встречается со своим собратом Белым Нилом, и отсюда уже течет единый Нил, пересекая северную часть Судана и вступая на территорию Египта. Однако Голубой Нил остается основным источником собственно Нила: он снабжает его водой на три четверти.
В XVII в., когда португальцы проникли в Эфиопию, один из них — монах Педро Паез — утверждал, что ему удалось побывать у истоков Голубого Нила, куда он сопровождал эфиопского царя во время его поездки. В 1770 г. английский купец Джеймс Брюс заявил, что посетил истоки Нила и проделал путешествие вдоль его течения, но не по реке, так как все те же садды не дали ему этой возможности, а по суше. В 20-е годы XIX в. британский майор Р. Е. Чизмен побывал на берегах озера Тана, но ему не удалось совершить путешествие вдоль течения Голубого
