по творческому письму? — продолжил расспрос незнакомый молодой человек.
— Да.
— Здорово. Я тоже там. Кстати, я Леша Потапенко.
Кира кивнула ему. Любой на ее месте подумал бы, что это банальное приветствие и дальнейшего развития такой разговор не предполагает. Она хотела вставить наушник назад, но новый знакомый внезапно продолжил говорить.
— А правда, что ты встречаешься с Пашей Королевым? — осторожно и с некоторой неприязнью поинтересовался он.
Кира резко обратно повернулась в сторону собеседника.
— Что? С чего ты взял? Кто это вообще?!
— Нападающий в команде по футболу. Ты что, не знаешь?
— Откуда мне вообще про него что-либо знать?
— А, то есть ты спишь с парнем, даже не поинтересовавшись, как его зовут?
Бешено застучало сердце, и Кира почувствовала, словно проваливается под землю.
— Ты что несешь вообще?! — возмущенно крикнула она, напрочь позабыв, где находилась.
В аудитории повисла тишина. Речь преподавателя была оборвана на полуслове, и теперь все взгляды приковались лишь к ней. С виду милый и безобидный парень оказался пиявкой, которую невозможно было сбросить, не применив усилие.
— Сокол?! — вопросительно произнес преподаватель, давая ей шанс оправдаться или же все-таки высказаться, по какому поводу она закричала на всю аудиторию.
Кира оглянулась по сторонам и потерялась в сотне глаз, обращенных в ее сторону.
— Извините, — произнесла она, не добавляя своей фразе какой-либо окраски.
Она молча уставилась в тетрадь. Кира взглянула на нового знакомого и, казалось, что через несколько секунд она сожжет его дотла. Весь его внешний вид шел вразрез с желчью, которую он выдал. Аккуратный свитер в темно-синюю и черную полоску, четко отглаженные классические брюки, начищенные до блеска туфли — все это не вязалось у Киры с образом парня, который способен доверять подобным разговорам в стенах университета и так открыто кидаться этой информацией, будто Кира здесь главный обвиняемый. Она фыркнула себе под нос. «Этот выскочка всего лишь один из тех неудачников, которые, смотря на других, более красивых людей, развивают в себе комплексы, причем осознанно».
— Эй, — окликнула она его, — мы не закончили.
Леша покосился на нее краем глаза. Кажется, после пристального внимания всей аудитории он боялся даже шелохнуться, словно это его пристыдили, а не Киру. Она, не отрываясь, смотрела на парня с ожиданием. «Он хоть что-нибудь прояснит?»
— Прости, — тихо, с ласковой улыбкой на лице шепнул он, — я не хотел тебя обидеть.
Леша оторвал клочок бумаги с конца тетради и принялся что-то писать. «Господи, детский сад», — подумала Кира, поняв, что записка предназначена для нее. Закончив, Леша кинул заветный клочок на парту Киры. Она развернула записку и мгновенно пробежала ее глазами, пытаясь наткнуться на «детонатор». И найдя его, она словно одеревенела, прячась от стыда и паники. «Ходят слухи, что Королев переспал с тобой в день съезда недалеко от университетского стадиона», — прошептала Кира, читая записку.
— Это ложь! — с нажимом шикнула она Леше.
Парень лишь пожал плечами, будто говоря: «Извини, но таймер этой бомбы уже включен». Кира схватилась обеими руками за лоб и вновь склонилась над запиской. «Боже мой! Что происходит?» Девушка взглянула на часы, до конца лекции оставалось четырнадцать минут. «Пусть эта лекция никогда не закончится! Никто не выйдет за пределы аудитории и не услышит свежих сплетен». Ее еще не построенный мир уже начал разрушаться, хотя она провела здесь всего лишь две недели.
«Значит, это для них так просто? Кто пустил этот слух?» Кире вспомнилась реакция Ани, у которой только при одном упоминании Королева заскрежетали зубы. «Возможно, это сделал он». Конечно, вариант, что это дело рук его дружков, тоже рассматривался, но разве в этом контексте имелась какая-то разница? Здесь был только Королев, остальных личностей в его окружении не существовало. Они просто приложение.
Кира почувствовала, как у нее закружилась голова и задрожали губы. Она поджала их, превращая в упрямую полоску. «Я знаю правду, а они – лгут!» Того, чем пестрели дурацкие слухи, никогда не было, и никогда не бывать. Она не позволит очернить свое имя.
Резкий звук звонка, пронесшийся по всему учебному заведению, заставил тело Киры впасть в ступор. Люди уже покидали аудиторию, и ей необходимо было сделать то же самое. «Нельзя плестись в конце». Если она выйдет последней, то ее встретит толпа насмешников и недоброжелателей, перевоплощая уродливую сплетню во вполне правдоподобную травлю.
— Слушай, я бы хотел… — промямлил Леша, но конец фразы Кира уже не услышала.
Она подорвалась с места и мгновенно влилась в поток выходящих студентов. Кира затерялась в толпе, но пыталась прислушиваться к тому, о чем все говорили. Свое имя она ни разу не услышала, и все же это ее не успокоило.
Оказавшись теперь посреди оживленного коридора, Кира на несколько минут замерла. Затем она осторожно переместилась к расписанию, задержка возле которого не покажется никому подозрительной.
Достав небольшой блокнот из сумки, она принялась переписывать расписание. В это время она вновь пыталась уловить любое упоминание своего имени, но вместо этого вздрагивала от произнесенного глухого звука «к» в любом слове. «Значит, так выглядит паранойя?»
Кира косилась на всех людей, наиболее близко подходивших к ней, но ничего нового о себе все-таки не услышала.
Внезапно она почувствовала приятный мужской парфюм, витающий возле нее, и заметила высокую фигуру по левую сторону от нее. Это был он. Тот самый парень, что одаривал ее изучающим взглядом по ту сторону «коробки» на физкультуре.
— Ручка есть? — вдруг спросил он, не опуская на нее глаз, а просто смотря на доску объявлений, располагавшуюся по соседству с расписанием.
Она кивнула и протянула парню ручку, которую до этого сжимала в ладони. Кира не хотела казаться навязчивой и тем более выдать, что этот странный незнакомец волнует ее, но не могла оторваться от притягательного профиля. Он смотрел в одно из объявлений и что-то переписывал себе на руку. Кажется, расписание тренировок. Это выглядело небрежно, но почему-то именно в этот момент занудные замашки Киры куда-то испарились.
Неожиданно он повернулся к ней и застал девчонку за неприкрытым разглядыванием его лица. Сам парень казался непринужденным, словно ничего в этой жизни его не волновало. На физиономии незнакомца было все написано: он плохой парень и не стоит играть с ним. Но Кире требовалось копнуть глубже, пусть даже она и напрашивалась на грубость.
С ее стороны очень наивно полагать, что одного пронзительного взгляда будет достаточно, чтобы вызвать
