Упомянутые рисунки отражают интернализацию позитивных образов. Теперь у Сэма сформировалось позитивное, хотя и немного преувеличенное представление о самом себе (рис. 2.20), а Билли восстановил связь с архетипом матери (Нойманн, 1974) в виде своей внутренней «бабушки».
Рис. 2.20. «Я в виде супермена»5. Отъединение от помощника. На завершающей стадии ребенок отчасти заимствует либидо у консультанта. Например, на автопортрете Сэма помощник изображен на заднем плане в виде крошечной фигурки. Помощник уже не занимает столь же видное положение, как летчик вертолета на прежних рисунках. Билли всегда просил консультанта ставить свое имя на его рисунках, вначале на лицевой стороне, а потом на обратной. Однако в последнее время он перестал обращаться к консультанту с такой просьбой.
После появления рисунков указанного типа ребенок обычно говорит: «Я больше не хочу приходить сюда». И тогда консультант понимает, что больше нет необходимости в дальнейших встречах с данным ребенком. Появляется решительность, которая находит внешнее проявление. Происходит восстановление позитивных внутренних образов («продуктов интроекции») и в результате этого нередко исчезают проблемы поведения, которые привели ребенка к консультанту.
Роль консультанта
Уровень активности, вызванной консультантом, составляет трудную проблему, решение которой в конечном счете зависит от особенностей уникальной личности самого консультанта. Вначале очень важно, чтобы консультант был немногословным и верил в возможность достижения понимания и смысла на бессознательном уровне в символической форме. Тем не менее, если ребенок испытывает болезненные и противоречивые переживания, а консультант сознает необходимость укрепить перенос и привязанность, тогда можно приступить к установлению взаимосвязи между рисунками и ситуациями внешнего мира. Устанавливать такие взаимосвязи можно тогда, когда консультант замечает, что ребенок зациклился, или в тех случаях, когда для облегчения страданий или беспокойства необходимо применить интерпретацию. При этом следует учитывать, что постановка множества вопросов, избыточное отображение и злоупотребление интерпретацией нередко блокирует процесс спонтанного исцеления ребенка.
Установление взаимосвязей и применение интерпретации необходимо осуществлять в конце занятия, используя содержание рисунков в качестве мостика для перехода к эмпатической реакции. Например, в случае Сэма консультант мог бы высказать следующее замечание:
«Я вижу, что ты нарисовал много столкновений грузовиков с легковыми автомобилями, домами и людьми… Мне кажется, что тебе не раз приходилось переезжать с одного места жительства в другое, и это тебя огорчает. После многочисленных переездов у тебя осталось чувство обиды и раздражения».
На следующем занятии консультант мог бы сказать так:
«Я вижу, как летчик вертолета чинит дорожную выбоину… Быть может, и ты порой воспринимаешь меня как летчика, который помогает тебе залечить ушибы».
В некоторые моменты применение интерпретации существенно облегчает перенос и способствует росту. Интерпретация играет важную роль при «зацикливании» ребенка на сильных амбивалентных чувствах, от которых он не может самостоятельно дистанцироваться. На упомянутых рисунках негативные силы (взрывы, винтовки, ножи, бревна, грузовики) уничтожают позитивные образы или символы (дети, цветы, деревья). В сочетании с внутренним чувством консультанта («этот ребенок зациклился») повторение амбивалентной темы на протяжении 4–5 занятий побуждает консультанта включить отображение и интерпретацию в динамику процесса. Например, когда Билли продолжал рисовать «злые деревья, поражавшие стрелами маленького Джека Простака», консультант мог бы высказать следующее замечание:
«Билли! Я заметил, что злое дерево четвертый раз попыталось убить Джека… Наверное, Джек очень досадил этому дереву, и поэтому оно хочет причинить ему боль… Быть может, уход матери из дома до сих пор вызывает у тебя чувство гнева, и этот гнев время от времени „всплывает на поверхность“ твоей души, чтобы заставить тебя уничтожать различные предметы. Что еще собирается сделать злое дерево?… Быть может, мы смогли бы сделать для дерева что-нибудь такое, чтобы оно почувствовало себя лучше и перестало причинять боль Джеку».
Таким образом консультант может одновременно вести беседу по поводу образов, представленных на рисунках, и внешней реальности. Происходящее на рисунке в символической форме отображает внутреннюю психологическую борьбу. Раппорт, своевременность и точность интерпретации имеют существенное значение в тех случаях, когда ребенок должен одобрить и понять интерпретацию. Решение проблем и изменение поведения могут быть инициированы на символическом уровне, отсюда обращение консультанта к дереву. В данном случае консультант признает существование гнева в душе ребенка (символизируемого «злым деревом») и предлагает свою помощь.
На заключительной стадии консультант должен подчеркнуть важное значение позитивных особенностей рисунков, победы героических фигур и восстановления покоя и порядка. Так, по поводу последнего рисунка консультант мог бы высказать следующее замечание:
«У твоей бабушки счастливое лицо; рядом с ней находится много вкусных вещей… Опасное бревно утратило власть… В последнее время ты чувствуешь себя намного лучше. Преподавательница сказала мне, что тебе нравится ходить в школу, заводить друзей и делать свою работу».
Другая особенность этой стадии заключается в том, что консультант должен отметить успехи, достигнутые ребенком за время занятий:
«Билли! Помнишь, как ты первый раз пришел ко мне? Тогда жизнь казалась тебе несладкой. Но ты очень изменился за то время, когда вместе со мной занимался рисованием и отражал на рисунках свои мысли и чувства».
Консультант должен дать ребенку понять, каким образом он может обратиться за помощью. Приближаясь к завершению занятий, консультант мог бы задать Билли такой вопрос: «Если тебя в будущем что-нибудь огорчит, как ты поступишь?»
Консультант должен обсуждать ответ ребенка на этот вопрос до тех пор, пока ребенок не опишет ряд стратегий возможного поведения. В конце занятия консультант может разложить на столе или на полу все рисунки в хронологическом порядке, попросить ребенка высказать свое мнение о них («О чем ты думаешь, когда смотришь на все свои рисунки?»), а затем сделать ряд общих замечаний («Когда ты впервые пришел ко мне, я заметил, что ты нарисовал… а затем… И вот теперь твои рисунки, по-видимому, говорят о том, что…»). Далее консультант спрашивает ребенка, возьмет он папку со всеми рисунками с собой или оставит ее родителям или консультанту для хранения в безопасном месте.
Направленный подход
При использовании направленного подхода к серийному рисованию консультант предлагает ребенку для рисования определенные темы и образы до тех пор, пока не приступит к спонтанному рисованию или не отвергнет предложенные консультантом темы. Для того чтобы включиться в процесс рисования и самораскрытия некоторые дети нуждаются в помощи и руководстве. В таких случаях фактор своевременности играет решающую роль, так как неизбежно наступает момент, когда любое указание со стороны консультанта представляется неуместным. Другими словами, неуместность таких указаний становится очевидной тогда, когда психологические побуждения ребенка достигают готовности к самостоятельной реализации. Проще говоря, направленный метод предполагает, что консультант должен регулярно просить ребенка рисовать образ или символ, который соответствует эмоциональному состоянию ребенка или имеет символическую значимость для данного ребенка. Направленный метод включает в себя три основных компонента: а) использование теста Д-Д-Ч (дом-дерево-человек) (Бак, 1948); б) использование направленных рисунков и в) использование свободных рисунков.
Использование теста Д-Д-Ч. После установления раппорта консультант приступает к проведению теста Д-Д-Ч. Когда ребенок закончит рисовать третий рисунок, консультант кладет перед ним рисунок дома и проводит упрощенный опрос. По поводу каждого рисунка консультант задает следующие вопросы: а) «Не связана ли с этим домом какая-нибудь история?» б) «Не причинил ли кто-нибудь дому вред?» в) «В чем нуждается дом?» г) «Нет ли у дома какого-нибудь желания?» В заключение консультант говорит: «Я попросил тебя нарисовать для меня три рисунка. Теперь меня интересует, не хочешь ли ты нарисовать что-нибудь по своему усмотрению?» (Если ребенок тратит много времени на каждый рисунок, попробуйте распределить процесс рисования на несколько занятий.) На основе четырех рисунков консультант определяет возможность вторжения в процесс с помощью направленных рисунков или рисунков, созданных по усмотрению ребенка.
