в её поместье работала, а потом сюда уехала, как только она замуж вышла. Ты не подумай, подружками мы не были. Но сердце у неё столь огромное было, что она всю любовь свою вокруг дарила. С герцогом ругалась, если тот нас наказывать брался по пустякам, да так, что места живого не было. А потом на кухню после ссор прибегала, плакала да пирожки таскала. Когда тобой забеременела — вообще тут поселилась, не хотела в городе жить. Ох намучилась я с ней! То пирожные солёные подай, то фруктов эльфийских, то мяса почти сырого. Как-то ночью просыпаюсь, а на кухне шум. Я какую-то палку нашарила, захожу сюда — а она вся в сливках сидит, облилась, значит, пока пила. И ревмя ревёт, потому что сорочку испортила. А ещё…
Как-то незаметно промелькнула пара часов, за которые остальные поварихи успели приготовить обед, прибраться и тихо уйти, чтобы не мешать.
Иона улыбалась, мечтательно смотря куда-то вдаль. Она наяву видела маму, которая ночью пробиралась на кухню, чтобы стянуть печенья с кружкой холодного молока. Видела её улыбку, когда Орби рассказывала ей сказки со своей родины. Почему-то не хотелось представлять, как она плакала или злилась. Вздохнув, девушка от всего сердца поблагодарила Орби за воспоминания, которыми она поделилась. Повариха только рукой махнула, украдкой стирая слезинку со щеки.
— Ты заходи, герцогиня. Ещё поболтаем, угощу чем вкусненьким.
— Обязательно, Орби.
Решив, что на озеро она сходит завтра, Иона направилась в библиотеку. После рассказа Орби хотелось по старой памяти найти какую-нибудь книжку со сказками и, читая их, уплыть в грёзы.
Чем она и занялась, почти сразу наткнувшись на сборник драконьих сказок, невесть как попавший на полки. Пробежавшись мельком по строчкам, Иона порадовалась, что текст переведён с драконьего. Она конечно его учила, но знала не так хорошо, чтобы с лёгкостью понять витиеватый слог крылатой расы.
С ногами забравшись в мягкое кресло, герцогиня погрузилась в чтение. Тот, кто занимался переводом этой книги, обожал своё дело и вымышленные истории. Потому что столь простым, но при этом интересным был слог, что Иона пропала на несколько часов, пока не прочитала сборник от корки до корки. Закрыв книгу, девушка ещё пару мгновений просто смотрела в окно. В мыслях кружили в воздухе драконы, свободные и прекрасные, их наложницы танцевали, причудливо изгибаясь под тягучие звуки музыки. Пару раз моргнув, Иона тряхнула головой, чтобы вынырнуть из мечтаний. Поставив книгу обратно на полку, герцогиня с удовольствием потянулась и выглянула в окно, чтобы понять, сколько прошло времени. Только-только начинало смеркаться, так что Иона решила, что перед ужином неплохо будет принять ванну.
Открыв дверь, девушка едва сдержалась, чтобы не закрыть её обратно. Потому что в коридоре, казалось, собрались вообще все работники поместья.
— Миледи? — Вперёд выступила худощавая девушка в форме горничной. — Можете уделить нам минутку?
— Да, конечно… Что-то случилось?
— Нет, нет! Просто… Мы хотели поблагодарить вас, миледи.
Озадаченно моргнув, Иона перевела взгляд с горничной на остальных, не понимая, что происходит. Но вот заметила знакомую картину — у девушки был шрам над глазом. У второй обожжённая когда-то щека до сих пор не восстановилась, оставив страшные рубцы. Третья, четвёртая… Под дверьми библиотеки собрались те, кого она отправила сюда. Горничная, которая обратилась к ней, чуть припадала на одну ногу. Иона вспомнила, что эта девушка была отправлена сюда лет пять назад, одна из первых. Все одновременно поклонились и хор голосов заполнил коридор:
— Благодарим, миледи.
— Я… Не за что. То есть, вам спасибо. За службу. — В горле вдруг запершило, а мысли спутались. И, спотыкаясь на словах, Иона произнесла. — Если кто-то хочет уволиться или вернуться обратно в поместье, только скажите.
Вперёд выступил невысокий кряжистый мужчина, с удивительно яркими глазами. Чуть прищурившись, он посмотрел на Иону так внимательно, что девушка помимо воли покраснела.
— Герцогиня, моё имя — Агис, я работал главным конюхом. Герцог Блэкклоу отправил меня на виселицу за то, что я не уследил за любимым пони леди Алеены и тот подох. Моей вины в том не было, я не раз говорил девочке, что не стоит кормить лошадь пирожными и печеньем. Вам было всего четырнадцать, когда вы тайком отправили меня сюда.
— Я помню, Агис. Алеена тогда в отместку чуть не потравила моего Гланлота.
— Я бы хотел вернуться в поместье и служить вам верой и правдой.
— И я хочу!
— И я, если миледи не смущает моё лицо!
Растерявшись от такого гомона, Иона сделала шаг назад. Вернуться хотели не все, но очень многие. Агис вдруг развернулся к работникам и сурово на них посмотрел.
— А ну утихли! Не пугайте госпожу, квочки! — Конюх повернулся к герцогине. — Простите, миледи. У многих остались семьи в городе, кто-то отказался сюда ехать, кто-то просто не может.
— Завтра мы с Огюстом обсудим всё. Кто захочет уволиться — напишу рекомендации, кто хочет в городское поместье — придумаем, как лучше это сделать.
— Благодарим, миледи.
В очередной раз склонившись в поклоне, прислуга расступилась, давая герцогине пройти. Иона поклонилась в ответ, чем вызвала очередную бурю эмоций.
Уже ночью, сидя на подоконнике в своих покоях и раздумывая над произошедшим, Иона вдруг поняла, что глупо улыбается. Усмехнувшись, девушка покачала головой и отправилась в постель.
Глава 3
Открыв глаза на следующее утро, герцогиня подозрительно прищурилась и села на кровати. Ощупала всю себя, осмотрелась вокруг. Но разум был чист, постель не сбита. Впервые за неделю она проснулась не от кошмара, а просто потому что выспалась.
Посидев какое-то время неподвижно и пытаясь понять, почему же этой ночью все было спокойно, Иона встряхнулась и решила вставать. Тело будто звенело от наполняющей его энергии и девушка радостно улыбнулась своему отражению, которое заметила в небольшом настенном зеркале. Пританцовывая, она ушла умываться, наскоро причесалась и заплела небрежную косу. За окном едва занимался рассвет, но сонливости не было, так что Иона решила пойти прогуляться. Малыш, спящий на кровати, вопросительно мурлыкнул, заметив суету вокруг.
— Спи, маленький лентяй. Хотя какой ты уже маленький… — Иона задумчиво оглядела кота, который вырос уже
