Читаем без скачивания Назад в будущее - Боб Гэйл

— С трудом работает.

Доктор дрожащими руками провёл по крыше машины:

— Нужно оттащить её назад, в лабораторию, Марти.

Мы должны вернуть тебя домой.

Марти долго возился у телевизора, присоединяя провода от видеокамеры. Наконец-то работа была окончена.

— Смотрите, док.

Браун нагнулся перед экраном, оцепенело глядя на возникшую картинку — стоянка перед большим супермаркетом, машина времени и высокая нескладная фигура в белом комбинезоне.

— Я — доктор Эммет Браун. Я нахожусь в ХиллВэлли. Сегодня — двадцать шестое октября тысяча девятьсот восемьдесят пятого года…

Браун завизжал от восторга, тыча пальцем в экран:

— Смотри, смортри! Да это же я! Как это возможно? Смотри, я старый, но волосы на голове ещё есть! А что это такое на мне надето?

— Противорадиационный костюм.

Браун выпрямился и хлопнул себя ладонью по лбу:

— Противорадиационный? Да, правильно! Нужно использовать огромное количество энергии. Ядерной энергии.

Марти решил перемотать кассету вперёд, чтобы показать Брауну результат эксперимента. Доктор наклонился над видеокамерой.

— Господи, — поражённо сказал он, — да тут целая телевизионная студия! Теперь я понимаю, почему у вас президент — актёр. Его, наверное, всё время по телевизору показывают.

— Вот, смотрите.

На экране снова появился Браун, который пояснил:

— Мне нужен ядерный реактор, чтобы создать необходимое напряжение. Машине требуется мощность в одну целую двадцать одну сотую гигаватта.

— А-а! — словно безумный заорал Браун и стал бегать по лаборатории. — Боже мой, целый гигаватт!

Он выбежал в соседнюю комнату. Марти остановил воспроизведение записи и бросился следом за Брауном с криком:

— Доктор, а что такое гигаватт?

Браун схватил стоявший на камине в комнате портрет Томаса Эдисона и, обращаясь к изображению великого инквизитора, закричал:

— Как я мог быть таким неосторожным? Гигаватт! Ну откуда у меня может быть такая мощность?

Он бухнулся в кресло с портретом в руках.

— Том, это же невозможно! Невозможно!

— Док, вам нужно только немного плутония, и все.

Браун поднялся, чтобы поставить портрет на каминную полку, и снова уселся в кресло.

— Это у вас, в восемьдесят пятом году, наверное, можно в любой аптеке плутоний купить, — уныло протянул он. — А у нас его нет. Марти, извини. Я боюсь, что ты отсюда домой не уедешь.

— Но, док, — Марти стал трясти его за полу пиджака, — я не могу оставаться здесь. У меня есть другая жизнь там, в восемьдесят пятом году! У меня девушка есть!

Браун, насупившись, сидел в кресле. Он оживился только при упоминании о девушке:

— Красивая?

— Очень! Она просто с ума по мне сходит! — Марти полез в карман и сунул под нос Брауну листовку «Спасём городские часы», на обратной стороне которой Дженнифер написала номер телефона и ещё кое-что. — Вот, смотрите, она сама это написала.

Браун хмуро взглянул на надпись «Я тебя люблю», сделанную быстрым размашистым почерком, и отвернулся.

— Док, вы моя единственная надежда, — чуть не плача, произнёс Макфлай.

Браун развёл руками:

— Марти, извини, но такая электрическая мощность может возникнуть только при ударе молнии.

Марти вскинул голову:

— Что вы сказали?

— Я сказал, что такая мощность бывает только у молнии. Но, к сожалению, никогда нельзя узнать заранее, куда и когда она ударит.

Лицо Марти прояснилось. Он расправил зажатую в руке листовку и протянул её Брауну:

— Мы знаем.

Док недоверчиво взглянул на юношу и стал читать текст на листовке. Спустя мгновение он радостно подскочил в кресле:

— Вот оно! Точно! Вот ответ! Здесь написано, что молния ударит в городские часы ровно в десять часов четыре минуты вечером следующей субботы, двенадцатого ноября. Если нам как-нибудь удастся схватить этумолнию и направить её в энергетический флуксуатор, то, вполне может быть, что у нас получится. В следующую субботу мы отправим тебя в будущее! Марти потери руки.

— Суббота? Прекрасно! У нас ещё есть время. Я подожду здесь с недельку, а вы мне тут все покажете.

Браун замотал головой:

— Об этом не может быть и речи! Нет! Ты не должен даже выходить из дому. Тебе ни с кем нельзя разговаривать! Вообще ничего! Ведь это может повлиять на будущее. Неужели ты не понимаешь?

Марти вынужден был согласиться:

— Ну да… конечно.

Док с подозрением посмотрел ему в глаза. Марти смущённо отвернулся.

— Ты с кем-нибудь, кроме меня, сегодня разговаривал, Марти?

Макфлай вздохнул:

— Да, немножко. Я встретил своих родителей.

— Господи! — сокрушённо произнёс доктор. — Нука, покажи мне ещё раз фотографию своего брата.

Марти полез в бумажник и достал снимок. Док схватил фотографию и поднёс к глазам. На снимке у брата Марти, Дэвида, отсутствовала голова.

— Я так и думал! — покачал головой Браун. — Взгляни — у него нет головы. Это подтверждает мою теорию. Видишь?

Марти нахмурил брови, глядя на снимок.

— Наверное, стёрли случайно, — он потёр пальцем глянец фотобумаги.

Доктор поднял голову и шёпотом произнёс:

— Стёрли… из истории…

Утром в понедельник Марти Макфлай и доктор Браун отправились в школу — восстанавливать нарушенный ход истории. Марти остановился перед освещённым ещё тёплым осенним солнцем белым зданием школы и восхищённо присвистнул:

— Ух ты! Совсем ещё новая! Так что будем делать, док?

Браун, в помятом сером костюмчике и сильно пострадавшей от времени шляпе, с видом заговорщика осмотрелся по сторонам.

— Помни, Марти, — наставительно сказал он, — ты помешал встретиться собственным родителям. Они до сих пор незнакомы. Если они так и не встретятся и не полюбят друг друга, у них, конечно, не будет детей. Вот почему твой брат исчезает с фотографии. Потом исчезнет твоя сестра, потом ты.

Марти почесал в затылке:

— Да, клёвая перспектива.

Они вошли в здание школы. Прозвенел звонок на перемену и коридоры школы заполнились толпами учащихся. Док и Марти остановились у окна.

— Ну, где твой отец? — буркнул док. Марти вытянул шею:

— Вот он.

Навстречу им по коридору, рассеянно глядя в книгу, шагал Джордж Макфлай. Кто-то из учеников прицепил ему за воротник курточки листок с надписью: «Ударь меня». Увязавшиеся за Джорджем любители бесхитростных развлечений стали отвешивать ему оплеуху за оплеухой. Джордж, не подозревая, в чём дело, покорно сносил удары, сыпавшиеся со всех сторон. После очередной затрещины, полученной Джоржем, книги, которые он держал в руках, рассыпались, и Джордж стал под смех и улюлюканье ползать по полу.

Марти густо покраснел от стыда, а док тяжело вздохнул.

— Да-а… — протянул он. — Лучше бы тебя взялииз детского дома.

В этот момент в коридоре появился Стрикленд. На нём был костюм цвета бордо с неизменной бабочкой, его наголо обритая голова сверкала в лучах калифорнийского солнца, падавших сквозь окна.

— Макфлай! — закричал он. — Ты что, не понимаешь, что происходит? Ты всю жизнь будешь таким сосунком?

Он сорвал с куртки Джорджа провокационный листоки исчез.

— Смотри, док, это же Стрикленд! — удивлённо произнёс Марти. — У него сейчас волос нет!

Док с сожалением посмотрел на Марти:

— И что твоя мать нашла в этом придурке? Юноша пожал плечами:

— Не знаю. Наверное, потому что пожалела. Её отец сбил его машиной. — Марти отвернулся в сторону и едва слышно пробормотал: — О, чёрт, он же меня сбил машиной…

Док поправил шляпу.

— Это называется синдромом Флоренс Найтингейл, — объяснил он. — Когда сестра милосердия влюбляется в своего пациента. Ладно, иди работай.

Он подтолкнул Марти к возившемуся на полу Джорджу, а сам отошёл в сторону, наблюдая за происходящим.

— Привет, Джордж, — сказал Марти, помогая ему собирать книги. — Я тебя повсюду ищу. Помнишь меня? Я тебе жизнь вчера спас.

— Да, — Джордж испуганно посмотрел на Марти и, собрав книги, быстро зашагал по коридору.

Док, прячась за спинами школьников, последовал за Макфлаями.

— Слушай, Джордж, — сказал Марти, — я хочу познакомить тебя кое с кем.

Они прошли мимо висевшего на стене плаката «Добро пожаловать на субботний бал „Очарование у моря“». У входа в кабинет биологии спиной к Марти стояла Лоррейн в окружении подружек.

— Привет, Лоррейн! — сказал Марти, останавливаясь вместе с Джорджем возле девушки.

Она обернулась, лицо её растянулось в восторженной улыбке.

— Привет, Кэлвин!

Марти поморщился, но, стараясь не выказывать неудовольствия, показал рукой на смущённо топтавшегося рядом Джорджа:

— Познакомься, Лоррейн, это мой хороший друг Джордж Макфлай.

С неожиданной вальяжностью Джордж произнёс:

— Очень приятно познакомиться.

Словно не заметив его, Лоррейн шагнула навстречу Марти. Джордж, оставшись позади, кисло улыбнулся и уныло потащился по коридору.