мука есть. Блинчики были бы отличным вариантом. Не хватает молока.
Трезво рассудив, что поблизости должен быть магазин, в каком районе его нет, я быстро переоделась, взяв с полки первые попавшиеся джинсы и свитер, взяла ключи с тумбы у входной двери и, стараясь не шуметь, вышла из квартиры.
Оказавшись на улице, я огляделась. Вдалеке виднелась знакомая вывеска сетевого магазина, и я направилась к нему, вертя головой по сторонам разглядывая окрестности и мимо проходящих людей. Кажется, жизнь текла по-прежнему: ездили машины, люди спешили по своим делам. Все по-прежнему. Я другая.
Я остановилась на светофоре, ожидая зеленого сигнала. И вдруг в голове появилась мысль, парализовавшая меня.
Я не взяла деньги.
Я обернулась назад, потом посмотрела на светофор, который уже разрешил переход, но я продолжала стоять на месте. Я растерялась.
У меня вообще есть деньги? Откуда у меня деньги, я ведь не работаю. Раньше мне Дима давал деньги на подобные расходы и немного карманных, а теперь? Слезы навернулись на глазах.
Господи, какая я жалкая… Даже молока купить не смогла. Я обняла себя руками и, развернувшись, неспешно побрела обратно.
Продолжая копаться в своих мыслях, я зашла в квартиру, и тут же на меня налетел Артем. Он уже оделся, волосы взъерошены взгляд безумный, в руке сжимает телефон.
— Мать твою, Соня! Ты где была? — Кричал он на меня.
Я растерялась и замерла на пороге. Слезы полились из глаз с новой силой.
— За молоком ходила, — прошептала я, — блинчики испечь хотела… нужно молоко… а у нас нет молока… Почему ты на меня кричишь? — Мой голос дрожал. Я обняла себя руками.
Артем медленно выдохнул и подошел ко мне, порывисто обнимая, притягивая меня к своей груди.
— Прости, малыш. Просто… — он снова вздохнул, пытаясь взять себя в руки, — вчера ты сбежала от Димы, сегодня я проснулся, тебя нет… Почему ты телефон не взяла?
— Я как-то не подумала… Думала быстро вернусь… просто купить молока вышла… и вот, — никак не могла взять себя в руки и успокоиться.
Артем поцеловал меня в волосы.
— И где молоко, Сонь? — Спросил он и, оторвавшись, посмотрел на меня.
— Я… — я сглотнула, — уже у магазина поняла, что вышла без денег, а потом задумалась, откуда у меня вообще деньги, я ведь не работаю… и вот, — я стерла мокрые дорожки, что оставили слезы на мои щеках.
— Я понял, — сказал Артем и потянул меня в кухню, усаживая на стул, а сам ушел, но тут же вернулся с женской сумкой и стал в ней копаться.
— Это твоя сумка. Мне отдали твои вещи, когда тебя привезли в больницу…так, паспорт… — Артем достал из сумки, очевидно, мой паспорт и положил мне на колени.
Я открыла его.
Завадская теперь.
Не Белова.
— Куча каких-то очевидно нужных вещей… — продолжал Артем, копаясь в моей сумке, — вот. Твой кошелек. Здесь наличные, карточка, — он посмотрел на меня, — на твое имя. Она привязана к моему счету.
Я собиралась возразить, но Артем остановил меня.
— Даже не думай. Мы это уже проходили, Соня. — Артем встал. — Ты моя жена. Я должен быть уверен, что когда тебе понадобятся деньги, они у тебя будут.
Вид у Артема был такой решительный, что я не рискнула с ним спорить. Да и собственно, какие у меня аргументы?
Я посмотрела на него и кивнула.
— Пойдем, позавтракаем где-нибудь, а потом в магазин сходим, — он улыбнулся, — холодильник у нас с тобой пустой.
Я снова кивнула. Забрав свой телефон и спальни, я вернулась в коридор. Артем обулся, накинул мою куртку мне на плечи и, взяв меня за руку, вывел из квартиры.
* * *
Мы сидели за круглым столиком у окна в небольшом, но уютном ресторане.
Официантка принесла заказанный кофе и, ставя чашку перед Артемом, улыбнулась ему, но он кажется, этого не замечал, потому что сосредоточено смотрел в свой телефон и хмурил брови.
Я испытала укол ревности.
Какого черта она себе позволяет? Я ведь сижу рядом! И у него кольцо на пальце. Я снова посмотрела на свою руку.
Пусто.
Артем быстро печатал что-то в своем телефоне.
— Какие-то проблемы? — Спросила я нерешительно.
Он посмотрел на меня и убрал телефон.
— Не бери в голову, Сонь. Это по работе. Накопилось много в мое отсутствие.
— Ты пропускал работу? Из-за меня?
Не хочу, чтобы из-за этого у него были неприятности.
— Как я мог быть в офисе, когда ты там… одна. Я не мог оставить тебя, Соня, — он покачал головой.
Да что ж такое. У меня опять слезы на глазах навернулись. Нужно уже взять себя в руки, наконец. Я попыталась улыбнуться.
— Ну теперь ты можешь вернуться к делам.
Он снова покачал головой.
— Они справятся без меня.
— Не хочу, чтобы у тебя были проблемы. Твоему начальнику это не понрав…
— Соня, — он перебил меня, — начальник моей компании сидит сейчас здесь с тобой.
Я уставилась на него, складывая в голове то, что он мне только что сказал.
Он улыбнулся.
— Уже устала от меня?
— Нет, — я помотала головой и тоже улыбнулась.
Зазвонил мой телефон. Я потянулась к карману куртки, что висела на спинке соседнего кресла. Достав телефон, посмотрела на экран. На нем светилось имя «Миша», я растеряно посмотрела на Артема.
— Я не знаю, кто это.
Артем протянул руку, я отдала ему свой телефон. Он посмотрел на экран, улыбнулся и принял звонок.
— Какого хрена ты названиваешь моей жене, черт бородатый? — Весело проговорил он в трубку.
Невидимый Миша что-то ответил Артему и тот рассмеялся.
Таким беззаботным выглядел сейчас Артем. Складка, что была между его бровей, разгладилась. Сейчас он был другим, не таким как в больнице. Казался сейчас расслабленным. Мне захотелось, чтобы он всегда был таким.
— Мы в «Ханте», подъезжай, — а потом закатил глаза и произнес, — да, да, конечно, моя жена будет счастлива тебя увидеть… Да… Иди к черту… Не передам… Разумеется я не буду вам мешать.
Очень странный разговор.
Артем вернул мне телефон.
— Миша — это друг наш. Дима сказал ему, что тебя выписали, и он позвонил узнать как ты. Он недалеко, сейчас подъедет.
— Ты очень странно с ним разговаривал.
Артем улыбнулся.
— Нууу, — протянул он, — у тебя с ним несколько странные отношения…
— В каком смысле?
— Он ведет себя с тобой так, будто меня нет. Это трудно так объяснить. Он приедет сейчас, сама увидишь. Только не пугайся, хорошо? Он нормальный, — Артем задумался на мгновение, — хотя я все чаще в этом сомневаюсь, — а потом улыбнулся и добавил, — это в шутку
