страшно… Что с мамой случилось? Что с друзьями? Как они? Где они? Этот пожар вряд ли только лес задел.
Олега тоже волновал вопрос: что сейчас с близкими? Погода за окном наводила на жуткие и неприятные мысли, которые подросток попробовал отбросить, посмотрев на прижавшуюся Настю. Сквозь щели деревянных дощечек виднелась вернувшаяся ночь, медленно переходящая в утро. Было видно, как розовеющая тьма затягивалась тяжелыми облаками, похожими на грязный дым.
— Мы пойдем в город, как только отдохнем. Возможно, нас ищут. Не может же быть такого, что мы остались одни? Найдем в городе газеты и узнаем, что случилось. Думаю, ничего серьезного не произошло.
— Ты идиот, Олежек, — спокойно сказала Настя. — Мы чуть не сгорели заживо, может и во всем мире некоторые люди чуть не сгорели, а ты: ничего серьезного не произошло.
Олег приобнял Настю и примкнул губами к ее рыжим локонам сальных волос, после чего ответил, не сводя глаз с щелей в дощечках:
— Нужно надеяться на лучшее. При любых обстоятельствах. К тому же, откуда ты знаешь, что во всем мире есть люди, чуть не сгоревшие от этого пожара?
Настя вздохнула с укоризной и сказала:
— Пожар затянул все небо, только это говорит о том, что во всем мире это произошло. Лучше скажи, что нам делать?
— Идти в город, к людям. Я уверен, нам помогут. Только найти дорогу бы… Вот куда ты нас вывела, а? Тоже мне Сусанин, блин!.. Сталкер Стругацких… Только не в Зону привела, а черт знает куда!
Настя посмеялась и ехидно ответила:
— А ты думал, что все так просто? — И сразу же стала серьезной. — Я же не знала, что выведу на эту тропинку, я думала, что мы придем к дороге, по которой пришли. А вообще ты в этом виноват!
— Почему?
— Вот зачем ты сознание потерял? Вывел бы нас, и мы спокойно бы лежали в больнице или дома! Нет, ему плохо стало!.. Я, значит, его спасала, пыталась найти дорогу из леса, чтобы он не сгорел там, а он еще, видите ли, недоволен! Черт знает куда привела, да?
Олег все это время смеялся и под конец ответил с довольным взглядом:
— Да.
Настя обиженно толкнула его в плечо и снова прижалась к Олегу, замолчав. Улыбка сползла с улыбки, став унылой и тоскующей миной, смотрящей жалостливым видом куда-то в безвестную даль, скрытую в мраке тайн.
— Ты обиделась? — серьезно спросил Олег.
Она помотала головой, прижимаясь к телу подростка. На мгновение у Насти остекленел взгляд, зрачки застыли в холодном и испуганном безмолвии. Девушка попыталась пошевелиться и сказала:
— Мне плохо…
— Что случилось? — спросил немедля Олег, взяв отвернувшуюся Настю за локти.
— В голове тишина… — шептала в ответ девушка. — Мои слова так громко звучат…
— Настя…
— Эх, не видать мне море… Я скоро умру… — И заплакала.
— С тобой все хорошо? — спрашивал Олег.
Он думал, что Настя ответит, что с ней все хорошо, однако услышал:
— Я не знаю…
— Что случилось? Ты из-за пожара?
— Нет, не совсем. Я странно себя чувствую. Сердце колотится, как бешенное, звон в ушах, а мысли вовсе путаются. Я будто не могу ими управлять. Они сами по себе появляются и сменяются. И при чем я даже не понимаю, о чем эти мысли. Олег! — вскрикнула Настя и зарыдала. — Мне тяжело говорить! Я слышу голоса, которые мешают мне говорить! Я не понимаю, что говорю!
— Настя! Успокойся! Может тебе голову напекло или отравление? — Олег схватил Настю за плечи и посмотрел внимательно в заплаканное лицо девушки. Слезы рекой текли по ранам, оставляя следы. В глазах появился странный блеск. Очень похожий на блеск от слез, но этот был серым. Белок глаз покрылся черными пятнами. Зрачки расширились настолько, что юноша видел в них свое отражение даже на относительно большом расстоянии. Олег обнял Настю и почувствовал, как в районе груди бьется ее сердце. Настолько сильно и громко, что казалось, сейчас выпрыгнет. Ее руки, ослабшие и дрожащие, старались сжать Олега, но напряжение и старание только усилили дрожь. Часто девушка стала вздрагивать, как вздрагивают люди, которым приснилось свое падение. Олег чувствовал учащенное и дерзкое дыхание рыдающей девушки. Она не могла успокоиться.
До слуха парня доходили вопли:
— Обними меня, пожалуйста!
— Я обнимаю тебя, Насть. Мои руки на твоей спине.
Немного помолчав, Настя ответила:
— Я не чувствую…
Ногти Насти скомкали одежду на Олеге, пытаясь схватится за кожу и поцарапать. Настя на это повторяла последнюю фразу и кряхтела, не то задыхалась, не то пыталась остановить поток слез и успокоиться. Олег выбрался из объятий и посмотрел на лицо девушки. Кожа стала немного бледнее, чем у Олега, и даже с сине-фиолетовым оттенком. Вместо слез текла черная жидкость, напоминавшая кровь. Из носа точно шла кровь. Глаза раскрыты и не двигались, черные точки на белке заполоняли все глаза, сужая зрачки. Настя запрокинула голову назад и вместе с ней все тело. Олег держал девушку за талию, что не дало ей полностью упасть. Подросток, вспомнив о носовом кровотечении, повернула голову девушки вниз, дав крови возможность выйти из нее. Пока кровь выходила, он из той же кофты вырвал совсем маленький кусок ткани и вставил его в нос Насти.
Прошло тридцать минут. Настя неподвижно лежала на кровати с раскрытыми глазами и раскинутыми в разные стороны руками и ногами. Олег подложил ей под голову подушку и движением ладони прикрыл ей глаза. Некая обида, страх и боль заполнили сердце подростка и обвили его ржавой колючей проволокой — волнением, которое заставляло сердце обливаться кровью и выдумывать самое страшное. Попробовал прощупать пульс на холодном запястье — слабо чувствовался, и что-то понять о состоянии Насти по нему было сложно. Подросток судорожно прислонил ухо к груди и услышал слабое сердцебиение. Надежда оставалась на дыхание. В свете одной свечки было сложно увидеть движение груди, поэтому подросток, уже еле сдерживая слезы, подставил палец к открытой ноздре носа и немного подождал. Что-то холодное скользило по пальцу, указывая на наличие дыхание. Узнав, что Настя жива, Олег успокоился и счастливо заплакал. Но факт того, что она не двигается, заставил юношу сделать ей массаж сердца.
Пятнадцать раз нажав на грудную клетку девушки, Олег без всякого страха примкнул к ледяным и мягким губам Насти и пустил воздух. Проделав это еще несколько раз, показалось, что Настя ожила и открыла свои очи. Это действительно произошло. Глаза жалостно смотрели на Олега, в самый последний момент загорелись надеждой и погасли, пытаясь что-то сказать. Однако Настя продолжала дышать и даже
