Или не говорила, а уговаривала? Да, скорее всего, уговаривала, причем, если судить по мрачному лицу лысого, без особого успеха. Рядом в нескольких метрах вертелся рыжий пацаненок, тот самый, который предлагал им сигареты и ключ от калитки. Гальяно решил, что тетка в халате и дядька в комбинезоне его родители.
— Чего сидишь? Остынет все! — Туча ткнул Гальяно в бок.
— Кто про что, а вшивый про баню! — Гальяно многозначительно посмотрел на опустевшую тарелку Тучи.
— Сам ты вшивый, — проворчал Туча и потянулся за стаканом с компотом. — Просто невкусно потом будет.
— А и ладно! У тебя ж еще курица осталась. Ее ж доесть нужно, чтобы добро не пропало. Поделишься с товарищем?
Туча посмотрел на него долгим взглядом, а потом улыбнулся и кивнул. Странноватый, конечно, перец, но, в общем-то, неплохой. По крайней мере не жадный. И до Мэрилин ему никакого дела нет…
А происходящие во дворе события тем временем перешли в новую фазу. Лысому удалось-таки поднять девчонку с земли. Она вырывалась, бестолково дергала тонкими ручками, дрыгала ногами и от всего этого была похожа на ожившую марионетку. Надо сказать, кукловод не особо церемонился. Когда девчонка попыталась его лягнуть, с силой отвесил ей оплеуху. Наверное, это было больно, потому что девчонка перестала вырываться, прижала ладонь к лицу. Тетенька в халате испуганно всплеснула руками, обхватила девчонку за плечи, точно защищая. Блондинка покачала головой, сказала что-то сначала лысому, потом тетеньке. Мужик в комбинезоне стоял с мрачным лицом, засунув руки глубоко в карманы. Рыжий пацаненок куда-то исчез.
Гальяно перевел дыхание, отвернулся от окна. Оказалось, что за происходящей во дворе пантомимой очень пристально наблюдает еще один человек. Дэн Киреев смотрел в окно невидящим взглядом. Его брови сошлись на переносице, а кулаки он сжимал с такой силой, что побелели костяшки пальцев. Похоже, творящийся снаружи беспредел ему тоже не нравился. Заметив, что за ним наблюдают, Киреев отвернулся от окна и уставился в тарелку, но кулаки так и не разжал.
Гальяно гордился своей наблюдательностью и особым чутьем на людей. В Кирееве странностей было больше чем достаточно. Даже улыбчивый и с виду простодушный Туча казался шкатулкой с двойным дном. Пожалуй, самым нормальным из их четверки, не считая самого Гальяно, был Матвей. Впрочем, любой человек имеет право на маленькую придурь, и если эта придурь не выходит за рамки, тогда все о'кей! А вот девчонок бить нельзя! Это уже не придурь, а скотство. Даже если девчонка похожа на огородное пугало и, вполне вероятно, немного не в себе.
Матвей
Автобус со вторым отрядом приехал ближе к вечеру. Матвей с ребятами к этому времени уже успел изучить территорию. Территория была большой, если не сказать огромной. Кто бы раньше ни жил в этом поместье, в средствах он явно не нуждался, потому что, помимо главного здания и двух флигелей, в усадьбе имелись еще хозпостройки и маленький гостевой домик, в котором жил Василий со своими родителями. Сзади к дому примыкал парк, старый, но ухоженный. В парке имелись скамейки, фонари и даже на удивление чистая беседка. От внешнего мира парк, как и весь лагерь, отделял высокий кирпичный забор. Забор этот прерывался лишь в двух местах: на въезде, где имелась будка охранника, и в глубине парка, где в самом укромном уголке обнаружилась запертая на висячий замок калитка. Сквозь прутья калитки была видна дорожка, убегающая в глубь окружающего поместье леса. Если судить по ширине, то пользовались дорожкой нечасто.
— Приплыли! — Гальяно подергал за калитку, попытался вскарабкаться вверх по прутьям, но едва не свалился. — Концлагерь какой-то! — сказал с досадой и, вытащив из кармана джинсов сигареты, закурил. — Будете? — Он кивнул на пачку.
— Спасибо, в другой раз. — Матвей тоже подергал калитку. Не то чтобы ему так уж хотелось оказаться на той стороне, просто стало любопытно.
Дэн отказался от сигарет, молча мотнув головой. Он вообще был самым неразговорчивым из них, и ни разу за день знакомства Матвей не видел, чтобы Дэн улыбался.
— А я, пожалуй, закурю! — Туча потянулся за сигаретой, рука его заметно подрагивала.
— Уверен? — спросил Гальяно, но зажигалкой все-таки щелкнул.
— Угу, — пробормотал Туча, прикуривая.
Он закашлялся в тот самый момент, когда погасла зажигалка, а его вечно румяное лицо вдруг нездорово посинело.
— Вот дурак, — прокомментировал ситуацию Дэн. — Зачем тебе?
— Не умеешь — не берись! — Гальяно выхватил у Тучи сигарету, аккуратно загасил о стену, сунул обратно в пачку. — Потом докурю. Неизвестно еще, как здесь все сложится.
— Тебе же сказали, за десять процентов комиссионных все добудут, — усмехнулся Матвей, хлопая по спине не прекращающего кашлять Тучу.
— А для постоянных клиентов у меня еще и скидки имеются, — раздалось вдруг совсем рядом, и из-за куста шиповника высунулась рыжая голова Василия.
— Шпионишь, малый? — пригрозил ему пальцем Гальяно.
— Не шпионю, а держу ситуацию под контролем. — Пацаненок выбрался из кустов и теперь косил на них хитрым глазом.
— Контролер выискался! — Гальяно глубоко, по-взрослому, затянулся.
Переставший, наконец, кашлять Туча посмотрел на него со смесью зависти и восхищения.
— Ну и как, есть за этим забором что-нибудь достойное нашего внимания? — поинтересовался Матвей.
— Стольник — и калитка откроется! — Пацаненок выудил из кармана штанов ключ, помахал им у Матвея под носом.
— А не слишком ли жирно? — недобро сощурился Гальяно. — Это теперь ты каждый раз с нас по стольнику будешь драть, чтобы калитку открыть?
— Стольник — это не за калитку, это за экскурсию, — сказал Василий. — А за ключик — тысяча! Я ж говорил.
— А ты, тезка, как я посмотрю, барыга! — Гальяно загасил сигарету, спросил с угрозой: — А если мы ключик у тебя просто так заберем, без денег?
— Оно-то можно. — Мальчишка, похоже, нисколько не испугался. — Только у бати моего этих замков знаешь сколько? Ему замок поменять — раз плюнуть.
— Давай пока начнем с экскурсии, а там уже разберемся. — Дэн сунул парнишке сотню.
— Вот это серьезный разговор! Вот это я понимаю! — Василий деловито загремел замком. — Прошу! — Он распахнул калитку.
С той стороны, на воле, оказалось красиво. То есть в самом лагере тоже было неплохо, но здесь, в напоенном ароматом нагретой солнцем смолы лесу, ощущалось какое-то особое приволье.
— С чего начнем? — спросил Василий.
— А что тут интересного? — Гальяно надвинул на лоб кепку.
— Речка есть. Тут недалеко.
— Класс! Голосую за речку! — Матвей поднял вверх руку.
Дэн посмотрел на безоблачное, уже чуть розовеющее у горизонта небо, кивнул.
— А нас не хватятся? — опасливо поинтересовался Туча.
— Два часа у вас точно есть, — успокоил его мальчишка. — Если
