На улицу выйдешь, вон в ту дверь, – кот указал когтистой лапой мне за спину. – Там ребята тебя встретят и проводят куда надо.
Я повернулся, сзади действительно оказалась большая дубовая дверь с кованой ручкой. А сбоку, там, где мы входили, вообще стена, как и не было ничего.
– Прощай, Андрейка!
– Мама? – оклик заставил обернуться, но оказалось уже поздно. В комнате никого не было. Вот котяра!
Я постоял, посмотрел на пустой стол и попытался отогнать нарастающее ощущение раздирающей пустоты внутри. Всё. Теперь она ушла навсегда. С другой стороны, уже много лет как ушла. Но время, как оказалось, не совсем такое, как мы его представляем. Странная штука это время.
Деревянная дверь за спиной скрипнула и отворилась, намекая, что пора бы и честь знать. Я вышел из домика прямо на улицу, ступив на пыльную землю.
Место было совсем не то, куда мы с котом прилетели. Но я уже к такому привык – дверь во сне – та ещё загадка. Никогда не знаешь, что за ней окажется.
Я посмотрел на редкие сосны, чахлый цветник под окнами домика, какие-то хозяйственные постройки. За изгородью виднелся еще один дом, а впереди между кустами бузины пролегала протоптанная тропинка. Что за ней – не видно, может, ещё один портал. Но надо же как-то отсюда выбираться.
Я взглянул на мерцающие на коже мандалы и уверенно ступил на тропинку.
Мир за кустами действительно переменился: там оказалась толпа людей. Они не просто стояли, а шли потоком, наполняя улицу гомоном и тревожными взглядами.
Одни двигались вверх по улице, другие – вниз. Некоторые время от времени шныряли в кусты. А другие словно не видели вход на тропинку. Я стоял, раздумывая, куда мне пойти, как заметил в толпе знакомое лицо.
Толстая одутловатая женщина растерянно оглядывалась по сторонам. Это ж Валентина Степановна! Секретарша отца! Неужели она умерла? Или просто случайно заблудилась?
Я пробрался сквозь толпу и схватил её за руку. Встретился с затуманенным взглядом: неосознанная.
– Вы что здесь делаете? – спросил я, и тут же мне на плечо легла рука.
– А ты что здесь делаешь?
Рядом возникли два паренька. Такие подростки в толстовках и обтягивающих джинсах немного хипстерского вида.
– Да так вот, мне как раз надо домой, – ответил я.
– Правильно, тебе здесь не место, – кивнул один из парней.
– Вон ещё один! – крикнул второй хипстер и выцепил какого-то парнишку из толпы. – Пойдёмте! Нечего шататься среди мертвецов.
– Постойте, а как же… – дёрнулся я. – Валентина Степановна, пойдёмте с нами!
– Я не могу, – медленно ответила секретарша. – Маму жду.
– Ждёт человек, – ткнул меня в бок парень. – Пошли уже!
Он потянул меня за руку, и я потерял лицо Валентины Степановны в толпе.
Мы с хипстерами и парнем отошли в сторонку к кустам. Я разглядывал этих двоих и никак не мог «навести фокус» на лица. Тоже, наверное, какие-нибудь неорганы вроде моих близнецов. Интересно, у них принято по двое ходить, что ли?
– Вынесем вас вот в этом, – хипстер снял со спины небольшой рюкзак и протянул мне. – Залезай.
Я недоумённо посмотрел на паренька.
– Разве не видишь, что я сюда не помещусь? Вон он какой маленький.
– Да, конфигурация не та, – вздохнул хипстер. – Ну ничего, ща переформатируем.
Он снял с шеи наушники, похожие и я таскал, когда боялся ветра.
– Слушай.
Я взял из его рук наушники и надел. В сознание сразу же влились басы, электронщина какая-то.
– Утц-утц-тыгыдым-тыгыдым-утц-утц! – Музыка каким-то образом вливалась в тело, заставляла его отвечать вибрациями. Мандалы вспыхивали в такт ритму. А потом меня в прямом смысле начало корежить и складывать, как картонную фигуру. Мир картинками мелькал перед глазами всё время под разными углами обзора: куст бузины, синее небо, толпа, ухмыляющееся лицо хипстера, проём рюкзака.
– Утц-утц-тыгыдым…
Музыка внезапно оборвалась, и перед глазами стало черно. «Сняли наушники и засунули в рюкзак», – догадался я.
Темнота, казалось, длилась мгновение. Вспышка света, сотни оттенков юлой метнулись вокруг меня. И я снова нормального роста, а вокруг лес, и хипстеры стоят передо мной, улыбаются, вытряхивают из рюкзака какой-то кубик. Кубик упал на траву, покатился и на глазах собрался в человека, как трансформер из мульта.
Передо мной оказался тот парень, которого вместе со мной отловили в толпе.
– Ничего себе у вас технологии! – восхитился я.
– Тебе – туда, – хипстер не купился на похвалу и недовольно ткнул пальцем в зелёную кочку за моей спиной. – Давай, пошевеливайся.
Я, не совсем понимая, чего от меня хотят, пошёл к кочке. Залезть на неё, что ли? Кочка была пушистая и выделялась на фоне остальной травы более сочным оттенком. Она скрипнула и смачно чавкнула под ногами.
– И что да-а-а... – фразу закончить я не успел. Невесть откуда взявшийся поток подхватил меня и рванул вверх. Аж дух захватило! Голубое небо стремительно приблизилось, треснуло надвое, ощерившись улыбкой черной пустоты, и я вылетел через этот раскол наверх. В глаза снова ударил свет, а потом меня хорошенько швырнуло оземь.
Мир собрался: дача. Конечно же, это был наш дачный участок. Что же ещё?
Я встал, посмотрел на крыльцо, тропинку, ведущую в сад, и только потом заметил: яблони на участке словно покрылись белыми пушистыми шапками. Они цвели.
Глава 4
Я ухитрился не услышать будильник и проспал где-то на час. Вломился в офис с бутербродом в зубах, кофе наперевес и уставился на худую блондинку, сидевшую на месте секретарши Валентины Степановны. Это что ещё за дела?
– Здравствуйте, Андрей Евгеньевич! – дежурно выпалила она.
– Здравствуйте, – согласился я. – А где…
– Не будет Валентины, – отец выглянул из своего кабинета. – Зайди. Надо обсудить закупку.
– А где она? – поинтересовался я, закрывая за собой дверь. Сразу вспомнилось: домики, улица полная народу, растерянное лицо Валентины Степановны.
– Мать у неё в коме, – нехотя бросил отец. – В другом городе живёт. Так что уехала Степановна на всю следующую неделю. Отпуск взяла, а там посмотрим.
«Мать не выживет», – мелькнуло у меня в голове.
– Ясно, – я кивнул отцу, усаживаясь за стол. – Жаль.
– Конечно, жаль! – недовольно фыркнул отец. – Она всех клиентов по голосу уже узнавала, знала, с
