На сцену вышел доктор Морфи, выхватил складную указку и без всяких предисловий начал читать лекцию по анатомии. Целый час он быстро рисовал на доске диаграммы, засыпал терминами и под конец направил всех в лаборатории.
Пока их вели по длинному холодному коридору и показывали, где находятся халаты, все хранили непривычное молчание и со страхом чего-то ждали. Девушки, за исключением высокой Мики, никак не могли найти подходящего халата и довольствовались тем, что закатали рукава. Записные книжки и сумочки с инструментом для анатомирования исчезли в огромных карманах.
Лаборант держал в руках блокнот, ранее ходивший по рядам, и быстро выкрикивал имена и номера столов. Пока студенты шли к назначенным местам, тайна блокнота прояснилась. Все просто: столы для анатомирования были разной высоты, и студентов направляли к тем, которые соответствовали их росту. После такого распределения Мики попала в компанию трех ребят, а Сондра, Рут и еще две девушки заняли места за одним столом.
Девушкам не повезло — они попали в лабораторию мистера Морено.
Коротышка Морено с полным важности видом вошел в лабораторию. Пока студенты нерешительно переминались у столов, на которых лежали накрытые трупы, Морено театрально произнес нараспев:
— В четырнадцатом веке от студентов школы Салерно[10] требовалось, чтобы они перед анатомированием служили обедню за упокой души трупа. Хотя здесь, в Кастильо, не прибегают к такой крайности, мы настаиваем на том, чтобы к нашим трупам относились с уважением. Джентльмены, у нас не допускается — повторяю, не допускается — никаких злоупотреблений анатомическим материалом. Никому не дозволено проникать сюда среди ночи и засовывать конфеты или сосиски во влагалища или отрезать пенисы. Я преподаю анатомию уже двадцать лет, и все это видел. Нет такой детской шалости, которую я не встречал бы. Ни одну из них не назовешь новой или остроумной. Любое осквернение, джентльмены, — я повторяю, ЛЮБОЕ ОСКВЕРНЕНИЕ трупа — приведет к немедленному исключению из нашего колледжа!
Морено опустил указку и снисходительно посмотрел на испуганные лица, хорошо зная, что, как ни запугивай, такие проделки все равно встречаются на любом курсе.
— Так вот, — продолжил он не столь громко, — вы обнаружите, что к каждому трупу прикреплен лист с информацией. На нем приводятся данные об умершем и причина смерти. Большей частью это бедные люди без семей, так что некому оплачивать расходы на их похороны. Чтобы успокоить вас, джентльмены, сообщу, что в конце этого курса колледж должным образом похоронит их бренные останки.
Он прошелся среди столов, на которых под зелеными простынями лежали трупы с гротескно очерченными контурами.
— У каждого стола вы найдете расписание последовательности анатомирования и одноразовые перчатки. — Он задержался у последнего стола и нахмурился. В лаборатории царила гробовая тишина, большей частью из-за того, что студенты пытались не дышать опьяняющими, тошнотворными парами формалина. — Что за дела? — Морено выглядел искренне удивленным. — Ваш труп не подняли наверх. Кому-то придется спуститься в подвал и доставить его сюда.
Он обернулся и пошел к лабораторной скамье, на которой лежал блокнот. С наигранной беспечностью сдвинув брови, он произнес:
— Ну-ка посмотрим, кто определен к столу номер двенадцать? Вот, нашел. Я выберу имя наугад. Мэллоун, где вы?
Сондра подняла руку.
— Хорошо, Мэллоун. Спуститесь на лифте вниз, в подвал, и доставьте сюда труп. Скажете медбрату, что он недодал нам одно тело.
…Лифт скрипнул и остановился, подземный коридор заполняли запахи, от которых спирало дыхание. Над головой висели голые и лампочки. В тусклом свете казалось, что со всех сторон надвигаются грозные тени. Сондра, пройдя мимо нескольких закрытых дверей без табличек, начала думать, что заблудилась. А когда одна из теней шевельнулась и вышла ей навстречу, Сондра чуть не закричала.
— Здравствуйте, — сказал пожилой мужчина в комбинезоне и рубашке в клетку. — Я вас жду.
Сондра подавила свой испуг:
— Вы меня ждете?
— Первый день анатомирования, верно? У вас Морено, так? Мисси[11], идите сюда, за мной. — Он захромал к открытой двери и провел Сондру в большое, похожее на резервуар помещение, в котором висели столь густые пары формалина, что из глаз Сондры тут же потекли слезы. — Я вам достану хороший труп, — пожилой медбрат потянулся к длинному шесту, который напоминал крюк, какими в стародавние времена со сцены стаскивали плохих актеров. — Хорошие трупы не такие страшные.
Сквозь пелену слез Сондра с трудом разглядела помещение. Большой бассейн углублялся в бетонный пол. Такой бассейн можно найти в любой гимназии или фитнес-центре, только этот вместо воды наполняла консервирующая жидкость, а тела буровато-коричневого цвета, похожие на мумии, не плавали, а медленно покачивались. Сондра смотрела, как медбрат крюком подтащил труп к краю бассейна и начал вытаскивать его.
Лицо трупа было скрыто, полностью обмотано белой марлей; руки связаны вместе над грудью, словно в молитве. Сондра увидела, что это тело молодой женщины.
— Я оказываю услугу, мисси, вручая вам такой хороший труп, как этот. Трупы не часто бывают столь молодыми. Эту девушку звали Джейн Доу. У окружной больницы имеется договор с нашим колледжем. Колледж не только избавляет больницу от необходимости нести расходы за похороны девушки, но и платит за труп. — Он закинул труп на складные носилки. — Морено проделывает этот номер каждый год. У него плохая черта характера. Все трупы находятся наверху, они старые и неприятные, из них ничего хорошего не получится. А теперь, мисси, раз Морено так поступил с вами, что ж… — Он приподнял носилки и закрепил ноги трупа. — Что ж, я отдаю вам самое лучшее, что у нас есть. Все будут завидовать вам и вашим коллегам… Ну вот еще! — Медбрат схватил ее за руку. — Вам плохо?
Сондра поднесла руку к вспотевшему лбу.
— Нет.
— Я подниму труп вместо вас. Я отвезу его на лифте, а вы поднимайтесь по лестнице.
— Вы сказали… вы сказали, что он такое проделывает каждый год? — шепотом спросила Сондра.
— Только со студентками. Ему не по душе, что женщины учатся в колледже. Так что ему нравится, когда те корчатся от страха.
— Понятно. — Она хотела сделать глубокий вдох, но не смогла. — Дальше я сама справлюсь. Спасибо.
— Послушайте, мисси, мне не трудно ради вас поднять его наверх.
— Нет, со мной все в порядке. Мне подниматься тем же способом, что я спустилась сюда? Пожалуйста, накройте это… ее. Спасибо.
