Из коробки донесся истеричный визг.
Надежда в ужасе вскочила, схватившись за сердце… но тут же сообразила, что случайно села на резинового утенка, с которым Вовка играл в раннем детстве, когда его купали в пластмассовой ванночке. Утенок этот оглушительно пищал, когда на него нажимали.
– Нет, нервы у меня стали ни к черту! – проговорила Надежда вслух. – Хотя это неудивительно… сначала найти окровавленный труп, потом спуститься с балкона практически без страховки… но вообще, этого утенка давно пора выбросить, только рука не поднимается… ох, не про резинового утенка мне сейчас нужно думать! Как мне отсюда выбраться, вот в чем вопрос!
– Надя, ты с кем там разговариваешь? Ты что там делаешь? – донесся снизу чей-то удивленный голос.
Надежда вздрогнула от неожиданности и взглянула вниз.
Балкон, на котором оказалась Надежда, выходил на заднюю сторону дома, в глухой тупичок, где никогда никого не было. Тем не менее сейчас там прогуливалась Надеждина соседка Антонина Васильевна, которую в доме называли Недреманным Оком за острый интерес к чужой жизни, проще говоря – неумеренное любопытство. Она была в курсе всего, что происходило в доме, и даже того, чего и в помине не было. И сейчас Антонина Васильевна подтвердила свою репутацию, углядев Надежду на балконе.
– Надежда, – повторила Антонина. – С кем ты разговариваешь?
– Да это я по телефону с подругой говорила, – ответила Надежда и добавила, спохватившись, что телефона у нее в руке нет: – У меня беспроводная гарнитура.
– Ах, гарнитура! – проговорила Антонина Васильевна, поджав губы, как свекровь на свадьбе. – Ах, беспроводная! Дорогая, наверное… а вообще, что ты там делаешь?
Такое любопытство разозлило Надежду, и она хотела было сказать, что балкон – ее и она может делать там все, что захочет, но она вовремя остановила себя: ссориться с Антониной Васильевной – все равно что плевать против ветра, все на тебя же и попадет. Поэтому она самым вежливым тоном ответила, что решила в кои-то веки навести на балконе порядок.
– Порядок – это хорошо! – одобрительно проговорила Антонина. – Порядок – это правильно.
– А вы что там делаете? – в свою очередь поинтересовалась Надежда Николаевна.
– Я-то? – в голосе Антонины, может быть, впервые в жизни прозвучала неуверенность. – Гуляю я здесь…
– Гуляете? – переспросила Надежда с легкой ноткой удивления. – Странное место для прогулок!
– Ничего не странное! – огрызнулась Антонина Васильевна, но тут же резко изменила показания: – У меня подстаканник в окно выпал, вот я его и ищу…
– Подстаканник? – недоверчиво проговорила Надежда Николаевна. – Выпал? Сам по себе?
– Ну, выпал! – отозвалась Антонина агрессивно. – А что такого? Ты, чем вопросы всякие задавать, лучше посмотри сверху, может увидишь, у тебя глаза помоложе моих будут…
Надежда перегнулась через перила и действительно увидела в пожухлой траве газона тускло блестящий предмет.
– Вот он! – Она задала Антонине направление, та вскоре нашла свой подстаканник и удалилась, не подумав поблагодарить Надежду.
«Интересно, – подумала Надежда Николаевна, проводив соседку взглядом, – что это она подстаканники в окно бросает? Была бы она замужем, я бы подумала, что разыгралась семейная ссора, но ведь она одна живет, даже собаки у нее нет…»
Впрочем, Надежда тут же отбросила мысли о любопытной соседке, поскольку у нее были собственные, куда более важные проблемы. В частности, она не знала, как выбраться с балкона…
Она на всякий случай еще раз подергала балконную дверь, но та не поддавалась.
Надежда снова тяжело вздохнула, опустилась на коробку и приняла позу роденовского «Мыслителя».
Выбраться с балкона не удалось, придется дожидаться, пока вернется с работы муж и выпустит ее.
Неприятно, конечно, что он застанет ее в таком глупом положении, но ничего страшного: она как-нибудь отговорится. Главное, что ее не застали возле трупа. Вот тогда муж устроил бы настоящий скандал – он считает, что Надежда дня не может прожить без какой-нибудь криминальной истории, и очень это не одобряет. При этом мотивы у него самые лучшие – он заботится о жене и беспокоится за ее безопасность, но это беспокойство принимает такие формы, которые портят Надежде кровь…
Надежда пошевелилась, чтобы разогнать кровь, – на улице октябрь месяц, а она в тонком свитерке, как бы простуду не схватить.
Тут за стеклом показалась нахальная рыжая морда – это Надеждин кот Бейсик заметил хозяйку в неподобающем месте и теперь с удивлением ее рассматривал.
– Что смотришь? – проговорила Надежда. – Злорадствуешь? Лучше бы помог мне отсюда выбраться!
Кот фыркнул и разве что не повертел пальцем у виска.
Еще немного полюбовавшись на хозяйку, он вдруг распушил усы, повел ухом и исчез.
Взглянув на часы, Надежда поняла, что кот помчался в прихожую встречать хозяина.
Надежда тяжело вздохнула: муж пришел, и нужно срочно придумать какую-то безобидную легенду, объясняющую, как она оказалась на балконе…
Прошло несколько удивительно долгих минут, и наконец Надежда Николаевна увидела мужа. Он вошел в комнату и теперь расхаживал по ней, с кем-то разговаривая по телефону, возле его ног отирался Бейсик, умильно заглядывая в глаза хозяину.
Надежда сверлила мужа взглядом через стекло, как эстрадный гипнотизер, но он ее не замечал.
– Вот ведь какой, – пробормотала Надежда с обидой, – жены нет дома, а ему хоть бы что! Разговаривает себе… небось, если бы его не встретил обожаемый кот, сразу бы переполошился!
Выждав еще полминуты, она окликнула мужа:
– Саша! Саша!
Тот даже не повернулся в ее сторону. Должно быть, звуки не проникали через двойной стеклопакет. Не обманули изготовители окон, действительно отличная звукоизоляция!
Надежда забарабанила пальцами по стеклу.
На этот раз муж что-то услышал, повернулся к окну, и на его лице отразилось искреннее изумление.
Он подошел к балконной двери и что-то проговорил – рот широко открывался, губы шевелились, как в немом кино, но Надежда ничего не слышала.
– Да открой же ты дверь! – проговорила она раздраженно и для верности показала на дверную ручку.
Наконец он открыл дверь и повторил с детским недоумением:
– Надя, а что ты тут делаешь?
– А ты как думаешь? – огрызнулась Надежда Николаевна. – Загораю, наверное!
Она вовсе не хотела скандалить, но помнила, что нападение – лучшая защита, кроме того, очень рассердилась на мужа за то, что тот ее не хватился и долго не замечал, что она заперта на балконе.
– Загораешь? – переспросил муж недоверчиво, оглядев ее с ног до головы. – В свитере и джинсах? И вообще, извини, конечно, но это – теневая сторона! Осень на дворе…
– Ты совсем шуток не понимаешь? – фыркнула Надежда. – Да вышла я, чтобы порядок здесь навести! У нас тут черт знает что творится, настоящие авгиевы конюшни, давно нужно выкинуть все лишнее! Вон, утенок резиновый лежит – кому он нужен?
Для подтверждения своих слов она взяла в руку злополучного утенка и сжала его, тот оглушительно взвизгнул.
– Ну, я не знаю… – протянул муж, едва заметно поморщившись от этого визга. – Но как получилось, что ты там заперлась?
– Все из-за твоего кота! – выпалила Надежда, покосившись на Бейсика, который жался к ногам хозяина, с интересом наблюдая за развитием событий.
Это была ее ошибка.
Муж Надежды, Сан Саныч, кота обожал и ни за что не дал бы его в обиду.
– При чем тут кот? – воскликнул он возмущенно. – Не перекладывай все с больной головы на здоровую! Или со здоровой на больную! – и он покосился на Бейсика.
– При чем кот? – Надежда слегка отступила. – Да я боялась, что он опять выскочит на балкон, и поэтому прикрыла дверь поплотнее, а она защелкнулась!
– Опять? – Сан Саныч выделил в ее фразе ключевое слово. – Что, он уже выходил на этот балкон? Ты его уже сюда выпускала? Надя, как ты могла! Это же очень опасно! Он же мог сорваться! Он мог разбиться! Это не шутки! Разве можно так легкомысленно относиться к коту…
