Робот толкнул дверь и вошел в комнату. Кривясь от отвращения, я зашла следом и осмотрелась. Пустые ободранные стены, грязный бетонный пол, в углу куча неопознаваемого тряпья. Кажется, какой-то человек тут пытался вить гнездо.
— Слушай, — не выдержала я, поворачиваясь к роботу, — какого черта мы здесь делаем? Нельзя было найти что-то менее жуткое? Это место похоже на какой-то наркопритон!
Хад остановился возле окна, положил пушку на пол и медленно обернулся, а от его злой улыбки у меня чуть душа в пятки не ушла.
— Знаешь, Алмазова, не думал, что однажды твоя жизнь будет в моих руках.
И тут я вспомнила, откуда мне знакома фраза "хад диглех". Похоже, звезда встретила своего антифаната.
Глава 5. Никто не любит встречи одноклассников
Начну с того, что "хад диглех" с сомалийского означает "кровавая тень". Именно под этим именем его знала Милена. Эти двое никогда не встречались, но каждый в галактике Кольцо Смерти знал, что этот парень невероятно крут и совершенно беспринципен. Он занимается любой противоправной деятельностью, если ему заплатят. Но просто заплатить мало. Кровавая Тень берет заказы только у тех, кто в будущем может быть ему полезен. Ходили слухи, что он был наемным убийцей, но Милена никаких подтверждений этому не нашла. В общем, стать должником этого парня — крайне паршивая затея.
А вот я знаю сомалийца под ником "Хад Диглех" еще со времен старшей школы. Был у нас один мальчик, ха-ха. Не сразу я его вспомнила, потому что проучился парень в школе всего пару месяцев, а запомнила его, потому что ушел он очень громко.
Настоящее имя моего знакомого — Даниял Азиз Шейх Саид Хаттаб. Как несложно догадаться, эта пара месяцев в русской школе далась парню нелегко. Одного "Хаттаба" хватило бы, чтобы одноклассники высунули свои ядовитые жала, но плюсом к этому, вообще-то, красивому имени шла еще и темная кожа сомалийца. Все это можно было бы свести в безобидную шутку, но Даня обладал мрачным нелюдимым темпераментом, из-за чего любая насмешка воспринималась очень остро.
И он, может быть, дотерпел бы до выпускного, но случилось непредвиденное событие, в котором я стала главной виновницей, после чего молчаливый мальчик слетел с катушек. Дело в том, что через месяц после его перевода, состоялась школьная экскурсия к историческому памятнику архитектуры — Храму Святого Духа. Не спрашивайте, что мусульманину делать в христианском храме. Думаю, он хотел как-то интегрироваться в наше ядовитое сообщество и завести приятелей.
В общем, руководство храма разрешило нам позвонить, и кто-то из наших послал Даню на колокольню. Им показалось, что это будет забавно. Подначивали мальчика так сильно, что отказаться не было никакой возможности, и он пошел.
Наверное, сказалось нервное перенапряжение, но колокол он тот раскачал так, что звон разносился далеко окрест. И на этом история бы закончилась, но веревка зацепилась за выступ колокола, и Даню с силой дернуло вверх. Короче, намотало сомалийца на православный колокол, а я выложила видео в сеть. Без всякой левой мысли. Я просто постоянно что-нибудь стримила и вела свой канал в сети. К слову, подписчиков у меня было больше миллиона.
Несложно догадаться, к чему это привело. Парень в ярости, а я — главная виновница. Шанса объясниться у меня не было, он ушел из школы в тот же день, но сделал всем нам "прощальный подарок". Даня взломал школьную сеть, обрушив всю систему и обнародовав бухгалтерские отчеты не самой прозрачной чистоты, а что же касается меня, то тут тоже не дали выйти сухой из воды. Сомалиец взломал мой аккаунт и снес канал подчистую. Весь тяжелый труд стримера был пущен по ветру.
Такая судьба настигла многих ребят, которые раньше его притесняли, но только на моих аккаунтах он сменил все ники на свое это "Хад Диглех". Наверное, боялся, что я не догадаюсь, от кого был сей пламенный "привет". Вот так я и запомнила Даню. На всю свою долгую и счастливую.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
И теперь обиженный потомок сомалийских пиратов завел меня в задний проход географии, чтобы с жуткой ухмылкой сказать такую двусмысленную фразу. Испугаться было бы очень уместно в моем положении, но все, что я сейчас чувствовала, — это вину и желание извиниться.
— Дань, — поджав губы, жалобно протянула я. Услышав детское сокращение своего имени, робот дрогнул и нахмурился. — Дань, это же ты, да?
— Помнишь, значит? — с вызовом поднял подбородок парень, сжимая кулаки. — И тебе все еще есть что сказать?!
— Есть, — уверенно кивнула я, твердо глядя в глаза роботу. — Прости меня, пожалуйста, за то детское недоразумение. Я на самом деле не хотела причинить тебе вред. То видео... это была случайность. Ты же знаешь, трансляции сохраняются автоматически, у меня не было цели посмеяться над тобой. Я просто не додумалась сразу удалить запись стрима с канала! Так много событий произошло... А когда вернулась домой, ты уже сам все удалил. В школу ты больше не вернулся и контактов твоих ни у кого не было, поэтому не было ни одной возможности позвонить и извиниться. Ты обиделся на нас и поэтому не вернулся, да?
— Вот еще, — надменно фыркнул робот, но атмосфера стала значительно теплее. — Мы просто переехали в другой город.
— Вот как? — вздохнула я с пониманием. — Ясно. Все равно очень жаль. В тот день тебя быстро увезли, мы переживали, что ты мог пострадать.
Говоря все эти слова, я едва ли наполовину была искренна, если честно. На самом деле мы все катались со смеху, пересматривая видео, где негритенка разматывало по колокольне, и удалять запись никто не собирался. Что поделать? Дети злые.
Однако Даню лично я вспоминала всегда с теплом, но тоже не из-за доброты своей души. Дело в том, что, с его приходом в наш класс, меня наконец оставили в покое. Сомалиец стал новой жертвой насмешек и стеба, а я смогла облегченно вздохнуть.
В эту секунду робот тоже вспомнил сей занятный факт и не смог промолчать, мерзавец:
— Кста-а-ати, — расплылся Хад в гнилой ухмылке, — почему ты вдруг стала госпожой Алмазовой, м?
— Так, — мгновенно растеряв все свои добрые качества, обратила я на робота убийственно мрачный и тяжелый взгляд. — Если тебе жизнь дорога, то Алмазовой я была с рождения, ясно?
— М-м-м, — ни капли не испугавшись, насмешливо протянуло это ведро болтов и гаек. — Представляешь мое удивление, когда увидел тебя в каком-то сериале, а в титрах это имя? Я вот помню тебя под другой фамилией. Очень говорящая фамилия для такой лгуньи, которая думает, что может обмануть мой модуль сканирования притворным раскаянием, да, Наибулина?
— Хаттабыч, ты когда-нибудь думал, что я могу телепортировать твою голову в космос в порыве гнева? — холодно улыбнулась я.
Люди, которые ненавидят встречи одноклассников, сейчас поймут меня. Это такие встречи, для которых нужен собственный круг в аду.
— Да что ты? — ядовито рассмеялся гад. — Ну извини. Я тоже не хотел тебя обидеть, ага.
Нет, это просто нелепо. Почему даже в другом мире я должна была встретить старого врага? Несправедливо!
— Хорошо. Если ты достаточно почесал свои зубы о мою самооценку, может, вернемся к делу? Если ты не забыл, мы в чертовой галактической тюрьме. И если ты не намерен меня пристрелить за дело тысячелетней давности, то используй свой рот, чтобы сказать что-то умное, наконец.
— Как скажешь, Наибулина. Как скажешь, — вздохнул сомалиец, не забыв напоследок задеть меня.
Хад окинул беглым взглядом пространство и не нашел ничего лучше, чем усесться на пол возле окна. Паралич вновь вернулся на лицо робота, будто не он минуту назад теребил при мне свою детскую обиду. Сосредоточившись на деле, он снова заговорил:
— Я изучил обстановку на планете и проанализировал полученные данные. После побега Милайлы охрана на Нод-Алоре была утроена. Мои расчеты говорят, что нет никакого шанса проскользнуть мимо охраны и добраться до ангаров незамеченными. Даже при помощи твоей магии мы не сможем это сделать.
