— Мне трудно даются обычные вещи, — попыталась объяснить девушка, не надеясь, что ответ наладит натянутые отношения с Дрейком.
— Я должен был догадаться, — Мендакс взял ее руку в свою, словно извиняясь, и, поцеловав внутреннюю часть запястья, скупо улыбнулся.
Он подошел ближе, обдавая ее ароматом приторных духов, и Рея, скривившись, вежливо отступила, высвобождая ладонь из мертвой хватки. Дрейк с легкостью нарушал личные границы, считая, что все, на что он положил глаз, автоматически принадлежит ему. И Рея не стала исключением. Его напускное дружелюбие и добродушие мигом исчезли, уступая место привычной злости и осуждению, целиком и полностью направленных на девушку.
— Что не так? — он нахмурился, испепеляющим взглядом прожигая Рею. — Я думал, между нами что-то есть, но за год нашего близкого общения ты не позволила себя даже поцеловать.
Рея кисло усмехнулась, с досадой глядя на Дрейка, и в который раз убедилась, что не стоит подпускать к себе людей, пока в собственной душе творится бардак. Он требовал от нее любви, которую она не могла ему дать по причине отсутствия всяких чувств, и вместе с тем ее хорошее отношение к нему посеяло зерно надежды в Мендаксе, что их дружба может перерасти во что-то большее. Именно поэтому Рея избегала встреч не только с ним, но и с другими друзьями, потому что расспросы и выяснения отношений меньшее, что ей сейчас требовалось.
— Я никогда не давала тебе повод думать, что испытываю к тебе что-то кроме привязанности, — медленно проговорила девушка, пытаясь сохранять спокойствие.
— Вот как. О, знаешь, — Дрейк неопределенно махнул рукой в ее сторону, — это уже слишком. Еще и твоя непонятная болезнь. Ты, конечно, не заметила, но мне тяжело, представляешь?
Рея возмущенно изогнула бровь, удивляясь, в каком месте Мендаксу вдруг стало тяжело. В трудный момент она увидела его истинное лицо, и оно разительно отличалось от маски, которую постоянно носил Дрейк, находясь рядом с девушкой. Он поставил эгоизм выше их дружбы, которой на самом деле и не существовало вовсе, и ловко повесил вину на нее.
— Ты очень негативно все в жизни воспринимаешь. Если ты не можешь изменить ситуацию, отпусти ее и не переживай. Какая разница, сколько ты будешь убиваться, если исход неизбежен? — Дрейк очаровательно улыбнулся, словно сказал что-то самое умное за всю жизнь.
— Мне не советы сейчас нужны, — тяжело вздохнула Рея, окончательно отгораживаясь от парня и закрываясь в себе.
Дрейк непонимающе пожал плечами, словно он пронес для Реи непосильную ношу, а она в ответ даже не соизволила понять его жертву. Он молниеносно переключился на проходящую рядом девушку, словно Уайт никогда и не существовало, и драматично начал одаривать ее безграничным вниманием.
— Эй, Лисс, ты занята в выходные? В Примвисе намечается праздник. Не хочешь пойти со мной? — Мендакс нетерпеливо поплелся за однокурсницей Реи, даже не взглянув на Уайт, и беззастенчиво разглядывал фигуру новой жертвы.
Мелисса задорно рассмеялась, кокетливо прикрывая рот ладошкой и торжественно объявляя, что совершенно свободна, чем несказанно порадовала подорванное самолюбие Дрейка, и новоиспеченная парочка скрылась в конце коридора, то и дело хихикая над нелепыми шутками.
Рея равнодушно проводила их взглядом, чувствуя знакомое накатившее одиночество, и разочарование придало ей сил и веры в то, что она справится с трудностями сама. Всегда справлялась. За окном отчаянно завывал ветер, нагоняя тоску и предвещая скорое приближение зимы, и девушка ощущала, что в душе тоже наступает зима, и никто не сможет растопить ее личные ледники Озариса.
* * *
Роланда одолевали сомнения. Неделя кропотливой работы, упорных трудов и бессонных ночей не принесла ровным счетом ничего. Исследования не выявили отклонений в крови, или опыта Ротманта оказалось недостаточно, чтобы их заметить, и поэтому артефактор отправился в библиотеку, чтобы отыскать ответы среди книг.
Девчонка выполнила указание по поводу погрома во время занятия блестяще. Амулеты взорвались с такой силой, что ингредиенты к ним разлетелись по всему классу, на что Ротмант не без удовольствия заставил Рею оттирать их со стен с помощью половой тряпки и отбывать у него наказание целый месяц. Она спокойно повела плечами и принялась за работу, активно орудуя шваброй, пока однокурсники искренне сочувствовали ее пребыванию на третьем этаже в кабинете мастера артефакторики.
В воскресный вечер после празднования основания Рейвенхарта библиотека пустовала. По крайней мере, Роланду так показалось. Студенты сновали из столовой с остатками угощений или отдыхали в спальнях со стаканом горячего чая, сладостями из Примвиса и ярмарки мастеров, и мало кто хотел добровольно лишать себя уютной и теплой атмосферы в кругу друзей. Ротмант быстрым шагом прошел очередной стеллаж с учебниками, наслаждаясь тишиной и отсутствием детей, как его взгляд зацепился за фигуру, склонившуюся над столом. Рея, погрузившись в чтение, задумчиво крутила в руке перьевую ручку и, нахмурившись, по привычке потирала лоб. Пребывание студентки вне спальни курса в праздничный вечер за чтением запылившейся библиотечной книжонки несколько озадачило мужчину, однако Ротмант не остановился, решая, что время для него ценнее.
Старые справочники предлагали сотни вариантов проверки крови, большую часть из которых Роланд уже опробовал, и все они оказались бесполезны. Он метался от шкафа к шкафу в поисках новых книг, листал их за деревянным столом и с негодованием возвращал на место, не обнаружив нужной информации. Ротмант намеревался отбросить в сторону очередной попавшийся под руку фолиант о мутациях в магическом мире, но его привлекли проводимые опыты, а также описанные симптомы у исследуемого. Он забрал ее и еще несколько научных журналов с собой, чтобы досконально изучить в излюбленном кресле своего кабинета, и, отметившись в карточке, отправился на выход.
Рея до сих пор сидела за столом, активно делая пометки на пергаменте и тихо постукивая ботинком по полу. Она не понимала сама, что именно искала, но бездействие наводило на нее тоску и уныние, а наблюдение за тем, как друзья используют магию на практике, больше не радовало. Мысли путались, а страх неизвестности пугал, и Рея находила покой в библиотеке среди тишины и запаха старых книг. За чтением время текло быстрее, и сознание ненадолго переключалось с переживаний и тревог на чужие идеи, напечатанные на бумаге. Она случайно наткнулась на статьи Ротманта, написанные несколько лет назад и убранные в дальний угол библиотеки, и начала читать их из любопытства, не ожидая, что они
