хуже всего, на нем графический ключ! Можно, конечно, попытаться перепробовать различные комбинации, но вряд ли мне удастся подобрать нужную… Света говорила, что у Насти сложный пароль. Для этого она даже листочек носит с напоминалкой… — он вздохнул. — …Носила…
«Листочек, листочек, листочек, — думал Миша. Ему казалось это слово каким-то важным. — Листочек… Какой, нахуй, листочек?!»
Вдруг его осенило. Он встал столбом на одном месте, пока Коля пробовал различные комбинации, водя своим указательным пальцем вверх-вниз по экрану телефона, рисуя на нем короткие отрезки.
Вверх…
Вниз…
Вбок…
Влево…
— Хе-хе, — Мишу пробрал нервный смешок. — Коля… Коль…
— Что тебе?
— Я думаю, нам надо вернуться обратно. На крышу.
— Зачем?
— Просто надо. Прошу тебя, не задавай лишних вопросов.
— Послушай, если тебе сейчас в голову пришла гениальная идея, как было бы круто поссать с шестнадцатиэтажного дома, то я пас. Давай без меня.
— Нет. Это связано с нашим мини-расследованием, — Миша положил свою руку на плечо другу.
Коля поднял голову. Мишин взгляд был немного безумен (впрочем, как обычно), но при этом в нем читалась какая-то провинность. Коля хорошо знал этот взгляд и только по одному нему мог понять, в чем здесь дело.
— Нет… Прошу тебя, не говори, что ты…
— Не совсем так… — стал оправдываться Миша. — Просто…
— Просто ты ее сожрал, как тогда в садике мой рисунок с мамой.
— Нет, конечно!.. Тогда я просто проголодался!.. Послушай, не кипишуй. Я почти на сто процентов уверен, что она все еще там!.. Честно…
2%
Добежав до дома Насти, они позвонили Людмиле Степановне. Она открыла им дверь. Они вбежали, поднялись на лифте на последний этаж и забрались на крышу.
Дул сильный ветер.
Ребята стали рыскать где только можно в поисках скомканного тетрадного листа с паролем от телефона.
Миша краем глаза заметил, как небольшого размера бумажное «перекати-поле» несется на потоках ветра прямо к обрыву крыши. Он резко спохватился и устремился за ним. Еще один толчок ветра, и маленькая скомканная бумажка перемахнула через небольшой порожек, отделяющий территорию крыши от обрыва высотой в несколько десятков метров. Миша подбежал, вскинул руку, и в тот момент, когда листок находился уже над пропастью, он поймал его.
Сила тяги потянула его вперед. Вниз. Еще чуть-чуть, и он бы повторил участь Насти, если бы не спасительная длань, схватившая его за воротник толстовки и оттащившая обратно.
— Пиздец, ты че творишь?! — закричал Коля.
Миша вскинул над собой правую руку с зажатой в ней бумажкой.
— Вот она, ебать!.. — обрадованно воскликнул Миша, но потом к нему пришло осознание другого немаловажного факта. — Погоди-ка, Колясик… Ты сматерился или мне показалось?
— Тебе показалось, — равнодушно ответил Коля, выхватив у него из руки бумажку.
Он достал телефон и стал вбивать нужную комбинацию.
Все разблокировалось. Но короткий сигнал уведомил всех присутствующих о том, что заряда батареи осталось мало. И если Коля и Миша хотят узнать что-то интересное и важное, то пусть лучше поторопятся.
Коля стал лазить по различным файлам, галереям, сам до конца не понимая, зачем он это делает. Наверное, это все фильмы виноваты. Кто знает, возможно, среди фотографий найдутся какие-то подсказки. Но там ничего не было, кроме обычных совместных фото. В СМС тоже не было ничего, кроме уведомлений от банка и сотового оператора. В записи телефонных звонков тоже мало интересного. Последний, кто звонил Насти, была ее мать, и этот звонок был сделан уже после ее смерти — 5 октября в 10.15. Скорей всего, именно его слышал дворник.
— Здесь пусто! — нервничал Коля.
Заряд телефона показывал два процента.
Последней надеждой было зайти в социальную сеть. В данном случае это был VK.
Коля открыл его. Все это время Миша стоял позади и наблюдал за его действиями.
В разделе «сообщения» самое последнее было адресовано Свете. Судя по дате и времени (4 октября 21.00), это было примерно в то же время, когда Настя умерла.
Небольшое голосовое длиной в минуту пятнадцать секунд. Справа напротив него стоит восклицательный знак, уведомляющий, что оно не было отправлено. Лежало как черновик.
Коля дрожащим пальцем нажал на значок «плей».
1%
Света, я не в обиде на тебя… Наверняка ты сейчас чувствуешь, что ты виновата, но знай, это не так…Я рада, что он выбрал меня из нас двоих… Я рада за тебя… Он оказался последним козлом, который растоптал мои чувства в пух и прах…После того как ты убежала, я продолжала ждать его и пыталась убрать весь этот беспорядок, какой мы с тобой тут развели. Ха-ха… Ты вырвала мне клок волос, сучка!.. Но да ладно, зато у тебя вся щека расцарапана. Ха!.. За это, кстати, прости. Надеюсь, царапины неглубокие и скоро все заживет… Я люблю тебя, Свет. И я всегда буду считать тебя своей лучшей подругой. Знай это. Мне бы хотелось сказать, что завтра мы снова встретимся как ни в чем не бывало и вдоволь посмеемся над всем тем, что произошло. Или поплачем о том, что никто не ценит наших чувств… Мне правда хотелось бы этого… Но я не могу. Я правда люблю его… И его ребенка… Было бы гораздо проще сказать, что все кончено, и забыть эту часть жизни как страшный сон или неприятное воспоминание… Если бы я только могла… Прости меня… И передай от меня привет нашим двум придуркам!..Мне правда жаль…
0%
Заряд батареи стоит на нуле.
Экран гаснет…
Давно забытый дом
ГЛАВА 1
— Давай кто быстрее до того дерева, у поляны!? — cказал Дима, уже набирая скорость, крутя педалями своего старенького велика, прыгая по кочкам и неровностям проселочной дороги.
— Ты решил детство вспомнить? — крикнул ему Влад, ехавший позади.
Но Дима уже гнал вовсю, и то, что Владу показалось вопросом, на самом деле было началом гонки.
— Ладно! Хрен с тобой! Все равно я приду первым! — Влад стал набирать скорость на своем спортивном велосипеде, купленном ему этим летом.
— Даже не рассчитывай на победу в этот раз, мажор сраный! — прокричал Дима, не оборачиваясь. Хотя про себя думал, что все-таки эта «гнида» включит третью скорость и пролетит рядом с его железным конем (доставшимся ему еще от дедушки) как пуля, и тогда ему, Диме, только и останется, что смотреть вдаль на крутой велик его друга, медленно сбавляющий скорость, когда до финиша остается еще несколько метров.
Повыебываться все любят, что поделаешь.
Их гоночная трасса пролегала за городской
