Читаем без скачивания Сон. Книга первая - София Алексеева

Посидел ещё какое-то время, пока не смог спокойно опустить руки, убедившись в том, что головная боль немного утихла.

— Нико Ни! Ну, ты чего сидишь? Не слышишь что ли? У тебя будильник уже семь минут звонит! — в мою комнату заглянула тётя Минеко, прошла к тумбочке, выключила будильник и вышла, — Поднимайся скорее, у тебя сегодня важный день!

Не знаю, сколько времени прошло, но, похоже, я отключился и всё это время просидел на кровати.

Хорошенько продрав глаза, я оглянулся. Всё тот же шкаф, тот же стол, те же полки, но при этом комната показалась мне совершенно чужой.

Мне нужно встать, идти умыться, позавтракать… А тело совсем не слушается…

Мне ничего не нужно. Я ничего не хочу. Это всё так странно. Чувство, будто я всё ещё сплю. Или, скорее, осознание, что всё это время я на самом деле спал.

Я вспомнил. Точнее, я думаю, что действительно вспомнил. Не было никакой автокатастрофы. Я ведь принц. То есть, там я действительно был им…

Бред. Так не бывает. В этом мире правит демократия, а магии в принципе не существует.

Но тогда получается, что все эти сны — плод моего воображения? Но это же ненормально! А что если я схожу с ума? Это предположение звучит куда менее утешительно, чем первое.

Но что мне делать? Как мне понять, действительно ли я вспомнил всю свою жизнь, или это лишь выдумка?

Я упал на подушку, тяжело вздохнув. Мне нужно разобраться. Тщательно всё обдумать, а после уже действовать.

Тётя Мин вновь заглянула ко мне. Я сказал ей, что сегодня останусь дома, потому что плохо себя чувствую. Тут я не наврал, руки ужасно трясутся, а голова периодически болезненно пульсирует, заставляя жмуриться.

Я повернулся на бок, уставившись в белую стену. Мысли снова покинули мою голову. Я слышу, как щёлкнул дверной замок: тётя ушла на работу.

Хорошо. А я останусь здесь. Полежу ещё немного. Спокойно…

* * *

По дому раздался внезапный звонок в дверь.

Я проснулся, пытаясь понять, что вообще происходит. Наконец, вспомнив утреннее происшествие, я приподнялся на кровати и посмотрел на часы: 16:48. Уроки уже закончились. Скорее всего, это пришли Рико и Кирилл. Будут выпытывать, что со мной, и почему я пропустил занятия.

Плевать. Они всё равно не поймут. Я лёг обратно на кровать и стал ждать тишины… Но дождался настойчивого стука в окно. Наверное, Киря перелез через забор и прошёл на задний двор. Ну и пусть. Шторы плотно задёрнуты, он меня не увидит.

Как я и предполагал, эти двое скоро прекратили попытки вломиться в мой дом и ушли.

Я ещё раз прокрутил в голове то, что произошло утром. Не так уж мне и плохо. Но почему я тогда даже не смог встать? После небольшого мозгового штурма я понял: это был приступ? Истерика? От обычного кошмара? Нет, этот кошмар был явно необычным. Ни один мой сон нельзя назвать обычным. Неважно. Не сейчас. Я подумаю об этом в другой раз.

Мне надоело лежать, а живот недовольно заурчал, выдавая голод. Я попытался подняться с кровати. Чуть пошатнувшись, я смог встать. Голова уже практически не гудела.

Медленно дошёл до кухни, придерживаясь одной рукой за стену. На столе стояла тарелка с яичницей и овощами. Рядом градусник, пара упаковок таблеток и записка:

«Нико Ни, я приготовила тебе завтрак! Как встанешь, обязательно поешь. Померь температуру и прими лекарства. Позвони мне, если станет лучше или хуже! Поправляйся, милый. Вернусь вечером.

Тётя Минеко»

Она как всегда беспокоится. А ведь что интересно, в сегодняшнем сне Гоффриль разговаривал с девушкой, чей голос был поразительно похож на голос тёти, только был какой-то грустный. И в самом конце он назвал её «Мин».

Возможно ли, что..? Нет. Рано строить предположения. В конце концов, это всё может оказаться неправдой, а я уже не маленький, чтобы верить в сказки. И всё же…

Я сел за стол, взял в руки вилку и начал есть уже давно замёрзший завтрак. Потом поставил пустую тарелку в раковину и стал измерять температуру.

Через пару минут градусник пискнул, а дисплей показал неожиданную цифру: 37.9.

У меня жар.

Решив не беспокоить лишний раз тётю, я просто выпил лекарство и направился в зал. Плюхнулся на диван, включил телек и начал бездумно щёлкать каналы.

«Сегодня нашим героям предстоит приготовить…»

«Потому что это шоу Уральские…»

«Детёныши пингвинов не похожи на своих родителей, но…»

«Сегодня городские камеры в очередной раз засекли попытку ограбления…»

Ничего интересного. Я выключил телевизор, бросив пульт на подушку, и пошёл к себе в комнату. Всё равно не собирался ничего смотреть.

Сев за стол, достал из шкафчика книжку в розовой обложке. Я решил всё-таки записать то, о чём сейчас старался не думать.

На автомате выписывая буквы, я очень скоро закончил. Эта глава была бы действительно интересной для читателей, но мне, почему-то, совершенно не хочется её выкладывать.

Вернув тетрадку на место, снова лёг в кровать. Меня сегодня весь день клонит в сон.

Проснулся я уже под вечер. В дальней части дома стучала посуда, а по дому разнёсся волшебный аромат свежей выпечки.

Я встал с кровати, часы показывали 19:49. Решил посмотреть, что происходит на кухне.

— Приве, Нико Ни! Как ты? — тётя Мин мило улыбнулась мне, спешно вытирая руки об фартук. Она подошла ко мне, положила ладони мне на щёки, а губами прислонилась ко лбу, — Хорошо, Нико. Температуры нет. Как ты себя чувствуешь? Ничего не болит? Садись скорее за стол! Я сварила куриный суп, он поможет тебе поправиться. А потом будем пить чай с коричными булочками! Твои любимые, по моему особому рецепту!

Я постарался улыбнуться ей и сел за стол. Тётя торопливо поставила передо мной тарелку супа, дала ложку, а сама продолжила что-то вымешивать и то и дело заглядывать в духовку.

Через двадцать минут обещанные булочки были поданы к столу и покрыты белоснежным кремом. Минеко сняла фартук, вымыла руки и присоединилась ко мне за столом. На моей памяти это первый раз, когда мы пьём чай в абсолютной тишине. Но, с другой стороны, мне просто нечего ей сказать, а она, по всей видимости, слишком беспокоится, чтобы о чём-то разговаривать.

Возможно, я мог бы спросить у неё насчёт всего того, о чём я думаю с самого утра. Но что она мне ответит? Что обо мне подумает? Если все мои «воспоминания» настоящие, то,